Курорт графини-попаданки - Глория Эймс

— …Теперь ты будешь делать все, что я тебе прикажу, — киваю ему. — Иначе все твои тайные встречи с очаровательной сообщницей получат огласку. А как удивится графиня де Лансе! У нее ведь тоже есть что рассказать о тебе в свете!

— Не смей, — Клаус поднимает руку, но затем, подавив порыв, опускает. — Дорогая, это грязный шантаж.

— Увы, — покорно соглашаюсь я. — А все так хорошо начиналось, правда? Но ты сам построил эту клетку, Клаус. И теперь я запираю тебя в ней. Забудь о своем титуле, о власти, о своих интригах. Отныне ты — моя марионетка.

Клаус молчит, сжав кулаки. В его глазах плещется ярость, но он понимает, что проиграл.

— У меня есть три свидетеля, которые подтвердят, что видели твои романтические встречи в доме утех и слышали все разговоры, что ты там вел. А на случай, если со мной что-то случится, я оставила подробное описание твоих встреч в письменном виде. В надежном месте, разумеется. И ход письму дадут, если даже один волос с моей головы упадет, как говорится.

В глазах Клауса уже настоящее бешенство, но он не может, не имеет права его выпустить наружу. Я чувствую его злость, но это меня это забавляет.

— Итак, начнем, — говорю я, доставая из кармана небольшой свиток. — Первое: ты публично извинишься передо мной, и я подтвержу, что у тебя просто плохо с чувством юмора. Второе: мы в компании юриста уничтожаем страховку моей жизни на твое имя. Да-да, про нее я тоже в курсе. И, разумеется, больше ты не берешь на себя подобных вольностей. И третье…

Я делаю паузу, наслаждаясь его мучениями.

— …Отныне ты обеспечиваешь все мои прихоти, будь то выращивание роз и прочих декоративных прелестей в саду или бриллиантовые серьги. Думаю, это достаточно унизительно для такого великого интригана, как ты.

На лице Клауса ходят желваки, пока он слушает меня. А когда я заканчиваю выдвигать требования, он вскидывает голову:

— Ты все равно не сможешь развестись со мной. Ты не поймала меня при свидетелях наедине с… — он запинается, — …с кем бы то ни было. Значит, у тебя нет причин для развода. Нет законов, которые бы сейчас ты могла использовать в своих интересах. Мы с тобой навсегда, пока смерть не разлучит нас.

— Мне будет грустно так рано овдоветь, но я подумаю над твоим предложением, — убийственно улыбаюсь напоследок и выхожу прочь, чтобы спуститься к гостям.

Глава 27. Пикник у моря

— Клаус — мстительный гад… Не думаю, что отсрочка будет долгой, — подняв бокал, Юстас рассматривает, как лучи преломляются в напитке. — Тем более после такого унижения. Он наверняка уже придумал десяток новых способов по-тихому избавиться от тебя.

— Не сомневаюсь, — киваю я.

Конечно, Юстас прав, но в глубине души так хочется забыть обо всем и наслаждаться моментом затишья!

Мы сидим в шезлонгах на берегу моря, и теплый бриз окутывает нас восхитительным ароматом.

Солнце уже в зените, пронзительная синь неба чуть побледнела в его ярких лучах. Волны лениво накатывают на берег, унося с собой остатки суеты. Вдалеке виднеются силуэты рыбацких лодок. Здесь, на этом тихом пляже, все кажется таким безмятежным и далеким от интриг и заговоров!

На мне старинный купальный костюм потрясающего кроя. Когда я нашла его в гардеробе, все сомнения, стоит ли мне ехать с Юстасом на пляж, отпали сами собой. Голубой цвет подчеркивает идеальную кожу Арнелии, а небольшой корсет настолько удобный, что я чувствую себя так легко, будто одета в мини-бикини.

Юстас тоже хорош собой — рубашка и шорты для плавания смотрятся на нем превосходно. Картинка столь идеальна, что нас можно было бы прямо сейчас использовать для рекламы какого-нибудь курорта.

— Может, тебе стоит сбежать? — Юстас усмехается, но в его глазах мелькает серьезность. — Уехать на время куда-нибудь, где Клаус не сможет до тебя добраться. Хотя, зная его возможности…

Отпиваю глоток из бокала, чувствуя, как терпкий вкус растекается по языку. Побег — это всегда вариант, но в то же время это признание поражения. Клаус останется безнаказанным, а я буду вечно оглядываться через плечо. Нет, я не готова сдаваться!

— Я останусь, — твердо говорю я, глядя в глаза Юстасу. — И дам отпор Клаусу. Будет знать, что со мной лучше не связываться.

Юстас кивает, усмехаясь с одобрением во взгляде:

— Арнелия тоже не отступила бы. Жаль, что снадобье для оборота пока не удалось связать с Клаусом… Но дядя пока собирает улики через своих людей.

Мне остается только наблюдать, как развивается дело. Поначалу у меня была мысль рассказать все подробности следователю, но… слишком много «но»!

Я совсем не знаю реалий местной жизни, и мои доводы могут счесть очень странными. Графини тут не ездят по домам утех, выслеживая супругов. Бандерша в свидетели не пойдет, ей скандал не нужен. А моя земная речь и отсуствие воспоминаний обо всем, что случило раньше, чем две недели назад, на суде могут вызвать столько вопросов, что о Клаусе все позабудут, а вот ко мне внимание станет слишком пристальным.

Дело рассыпалось на два: кто-то неизвестный зачем-то пытался отравить Юстаса, а граф де Бошан вроде как невзначай пальнул в свою супругу, спасая ее от разбушевавшегося оборотня. Именно эта версия и разлетелась в местной прессе со скоростью света.

Связывало это две ниточки только пикантное обстоятельство, о котором шептались в аристократических кругах: оборотень в неконтролируемой фазе утаскивает только тех, кто ему по-настоящему нравится и с кем уже было нечто интимное.

Таким образом Юстас получил статус моего официального фаворита.

И потому уже не имело значения, сколько времени мы будем проводить вместе, компрометируя мое доброе имя (вернее, имя Арнелии де Бошан). Всю неделю мы с Юстасом выезжали то в город по делам, то осматривали окрестности и прогуливались по побережью.

А сегодня, в первый по-настоящему жаркий день, решили искупаться на пляже.

— Что ж, тогда я предлагаю начать подготовку к войне с Клаусом прямо сейчас, — Юстас встает с шезлонга и протягивает мне руку. — Пойдем плавать? Нужно смыть с себя все дурные мысли и набраться сил.

Я с удовольствием принимаю его предложение. Вместе мы идем к воде, и я чувствую, как песок приятно щекочет мои ступни. Волны ласково обнимают наши