Надеюсь, увидимся еще не скоро - Габриэль Коста

каких-то несколько маленьких участков приносили их маме настоящую радость. Но почему-то хвастаться своими цветами она не любила и выращивала их к северу от жилища, со стороны леса. Им повезло, и их дом стоял прямо на краю деревни. Никто, кроме Джихвана, не ценил трудов мамы, но он стыдился своей любви к цветам, поэтому тайно, под предлогом позвать ее куда-то, посещал их небольшой сад. Сегодня никто не мог подсмотреть за ним и подразнить за любовь к немужскому делу. Он нашел маму, как и ожидалось, на заднем дворе.

– Как твоя нога, Джихван? – не поворачиваясь, спросила она его. – Только не ври мне и не заставляй самой смотреть.

Он посмотрел на ногу, понимая, что не все с ней хорошо, однако мужчинам не положено жаловаться, но маму обмануть непросто.

– Болит, – коротко ответил он и добавил: – совсем немного.

– Посиди еще пару дней дома. Мне все равно нужна помощь. – Она улыбнулась, мягко давая понять, что даже не собиралась начинать спор из-за поля. – Сейчас не так много работы; из-за двух дней ничего не изменится.

– Но, мама, – все же хотел возразить Джихван, но решил сдержаться. – Хорошо. Я помогу. Скажи чем?

– Вон там небольшое ведро с водой, полей хризантемы…

– Они у тебя выросли?! – Он сказал так быстро и восхищенно, что поспешил закрыть рот руками и оглянуться, не подошел ли кто. – Ты говорила… они не приживаются в земле нашей деревни.

– Так было раньше. Сама удивляюсь, почему у всех не возникало проблем, а у меня то и дело гибли, – сказала мягко мама. – Так что там с ведром?

Уже несколько месяцев она пыталась вырастить хризантемы, которые привезла из города. Достались они ей случайно, кто-то подарил на рынке за оказанную любезность. Несколько небольших стеблей пробивались из-под земли и гибли спустя пару недель. Сначала мама думала, что земля неподходящая, и уже собиралась бросить дело, но, видимо, цветы прижились. У Джихвана не всегда была возможность наблюдать за процессом взращивания, поэтому он с нетерпением нес воду, хромал и улыбался.

– Невероятно… – прошептал он и опустился на землю.

Небольшой куст хризантем, еще недостаточно окрепший и с редкими листьями, он заставлял сомневаться в своем благополучии и силе. Однако, как и Джихван, мальчик невысокого роста и хилый на первый взгляд, гордо стоял с одним-единственным распустившимся бутоном с белыми лепестками. Джихван смотрел на него и не мог оторвать взгляда. Лепестки, будто блестели. Ни один из других цветов не мог сравниться с хризантемой. Мама обещала ему пышные кусты с огромным количеством бутонов. Джихвану оставалось надеяться, что у этого куста хватит сил устоять и порадовать его еще много дней. Он аккуратно вылил воду из ведра около стебля и продолжил наблюдать, пока мама смотрела на цветок.

– Прекрасно… – прошептал Джихван.

Глава 7

– Я только прошу тебя, не забывай о том, что на тебе нет нижнего белья. Не сиди, широко расставив ноги, пожалуйста, – сказала Минджу, а стыдно стало Джихвану.

Половина рынка замерла, прислушиваясь, у кого там нет нижнего белья.

Жнец лишь приподнял бровь, безмолвно спрашивая, не нашлось ли у нее выражения получше. Они зашли в то самое кафе, под вывеской которого Минджу превратилась из детектива по особо важным делам в строгой одежде в фею из самых прекрасных сказок. Само по себе место особо не отличалось от десятков, что они видели, пока шли сюда.

Здесь нашелся один свободный барный стол со стульями на двоих, и они поспешили занять его. Джихван не особо стеснялся своего внешнего вида, пока Минджу не привлекла внимание всех в округе. Он специально сел ближе к стене, скрестив ноги, и с недовольным лицом попытался передать все свое возмущение. Она фыркнула и убрала волосы за плечи. Длинные и непослушные, они то и дело лезли ей в глаза, рот и мешались на столе. Несмотря на неловкую ситуацию, Минджу чарующе ему улыбнулась. Джихван уже хотел идти и просить хозяина выключить волшебный свет.

– Джихван, не стоит так хмуриться, иначе появятся морщинки, а у тебя, кажется, нет денег на пластического хирурга. – Она вновь убрала прядь за ухо. – Подумаешь, все знают, что ты предпочитаешь не носить нижнее белье.

– Не переживай,Мин-Мин, я оплачу хирурга, когда подам на тебя в суд за незаконные обвинения. – Джихван специально выделил интонацией сокращенное имя Минджу, которое услышал еще много лет назад, в день, когда погибли ее родители. – Так, заказывай нам, пожалуйста, еду, иначе я начну отбирать ее у соседних столиков.

– Тогда я смогу задержать тебя по вполне реальному делу. – Она улыбнулась и наклонилась к электронному табло, чтобы сделать заказ.

Джихван поднял руку, вновь привлекая внимание к ним. После его шутки о воровстве еды соседние столики и так напряглись.

– Ты чего делаешь? Зачем руку поднял? – У Минджу забавно вытянулось лицо.

– А разве не так делают заказ? – Весь опыт поведения в общественных заведениях для Джихвана ограничивался деревенской общей столовой, военной частью. Он только сейчас заметил, что часть воспоминаний отсутствует. Джихван не раз наблюдал за людьми в кафе, но сейчас эти знания будто покрыл туман. Возможно, весь опыт за последние семьдесят три года ждет эта же участь. Непросто ему будет.

– Нет, опусти руку, – прошипела Минджу, но он ее не послушал. Тогда ей пришлось схватить его кисть и прижать к столу. Она так некстати отметила его узоры вен на накачанной руке. – У нас уже давно есть вот эти электронные табло. Закажем, и нам все принесут. Никого звать не надо. – Она говорила шепотом.

– А. – Он наклонился к ней поближе и тоже шепотом произнес: – Тогда, может, отпустишь мою руку, Мин-Мин?

– Конечно, – сказала она, но выполнила просьбу лишь спустя долгие пять секунд.

До этого она не рассматривала Джихвана с таким пристрастием лишь потому, что знала – это доставляет ему удовольствие. Помимо острого языка и чувства юмора, которым он приправлял каждую вторую свою фразу, она не могла не отметить его красоту: бледная кожа, миндалевидные глаза, которые в профиль придавали его образу таинственности, с каким-то мистическим магнетизмом. Черные, без единого блика даже в ярком, переливающемся свете кафе радужки глаз – бездна, в которую Минджу затягивало с силой, что обычно тянет корабли на дно океана.

Он смотрел на посетителей