Мастер Трав. Том 6 - Ваня Мордорский

— Как сходил? — спросил я, — Кого-то встретил?

— Да так, — отмахнулся Грэм, — Не было настроения ни с кем разговаривать, да и у тех, кого встретил, видимо, тоже.

Я кивнул. Всё, проветрился, а теперь обратно за варку.

Первая полноценная варка.

Я работал медленно и точно, будто ментальный эликсир позволил аккумулировать полученный за эти часы опыт. Каждое движение было выверено, каждая пропорция отмерена идеально, насколько это было возможно. Котелок булькал, ингредиенты растворялись смешиваясь и превращаясь во что-то новое. Запах менялся от резкого травяного к чему-то другому.

Я добавил янтарный катализатор, затем щепотку измельченного кристалла живы, а после самое главное — мою живу, которая всё это активировала и превращала в алхимический эликсир. Без нее всё это не было бы эликсиром. Да собственно… к моему разочарованию эликсиром то, что я сварил и не стало.

[Создан: Улучшенный Отвар Укрощения Зверя

Качество: 50 % (Умеренно-хорошее)

Эффект: Временное подавление звериных инстинктов и неконтролируемых мутаций

Длительность: 5 дней

[Варка 38 % +2 %]

Но длительность… Пять дней вместо месяца, который был у эликсира Морны, который я проанализировал… Это было проблемой. Но и название было не эликсир, а отвар. Неприятно, но все равно эффект у него был достаточным.

Я посмотрел на результат: темно-фиолетовая жидкость, густая, с маслянистым блеском. Ее было меньше, чем я ожидал — отвар словно «уселся» в процессе варки и уменьшился в объёме по сравнению с исходными ингредиентами. На микродозинге такого не наблюдалось или же… просто объемы были такие, что я этого просто не заметил. Того, что было в котелке хватило на две бутылочки.

Вторая варка.

Голова уже болела. Еще не сильно, но уже ощутимо. Я понимал, что это первые признаки отката, но игнорировал боль, сосредоточившись на процессе.

Те же действия и пропорции, та же точность.

[Качество: 51 %]

Третья варка.

Боль усилилась. Виски сдавило, словно кто-то медленно закручивал тиски.

Руки слегка дрожали. Я заставил их успокоиться. Не хотел переносить варку и принимать повторно ментальный эликсир. Хотел закончить всё одним махом.

[Качество: 50 %]

Я смотрел на шесть бутылочек, выстроившихся на столе. Шесть порций улучшенного отвара укрощения зверя и каждая на пять дней.

Тридцать дней — этого должно хватить. Должно дать Морне время найти новые ингредиенты, а мне — улучшить рецепт.

Голова раскалывалась. Боль пришла внезапной и оглушающей волной.

— Черт…

Я попытался встать и мир качнулся. Пол ушёл из-под ног.

Говорите, просто сильная головная боль?

Кажется у меня и у системы разное понятие о ней.

Последнее, что я запомнил — это шесть бутылочек на столе и странное чувство удовлетворения, несмотря ни на что.

Я смог сварить всё это за один день. Неплохо потрудился.

Глава 8

Сознание возвращалось медленно, словно я всплывал со дна глубокого омута.

Первое, что я ощутил — боль. И не просто обычная головная боль, к такой я уже привык, а что-то сродни раскаленному обручу, стянувшему череп. Подобное я ощущал, когда перенапрягся и сумел протянуть связь к десятому семени. Но я ведь уже это прошел и привык к такому количеству связей.

Я попытался открыть глаза и не смог. Веки будто налились свинцом, а каждый удар сердца отдавался в висках молотом кузнеца.

Мысли возвращались медленно и скоро пришло осознание, что это боль от ментального эликсира, который я вчера создал. Да уж, неплохо меня накрыло. В прошлый раз было слабее. Похоже, над побочками нужно еще как следует поработать, потому что это не дело — просыпаться с такой болью.

Я нащупал рукой лежанку и понял, что Грэм перенес меня, после того как я отключился после варки.

Несколько минут я лежал, просто привыкая к пульсирующей боли. И теперь размышлял, а стоило ли оно того? Помогло ли оно мне в варке эликсира Морны? Может и без него я бы получил такой же результат? Может его нужно использовать только когда я копаюсь в памяти Элиаса, его эффект был действительно заметен?

Ладно, что сделано — то сделано.

Я нашел в себе силы открыть глаза и пошевелиться. С трудом принял сидячее положение и как-будто полегчало. Движение — это жизнь, значит надо больше двигаться.

Сделал несколько шагов по комнате, игнорируя боль и привыкая к утреннему свету, который бил из окошка. Глазам первое время было больно, но через пару минут полегчало.

Я вздохнул, облокотился о подоконник и прикрыл глаза. Что-то было неладное с моими связями: я потянулся к ним и едва не застонал вслух. Десять… нет, не десять. Они ощущались как раскалённые провода, протянутые сквозь мозг: Виа — более толстый, остальные потоньше, — душильник поменьше и еще два корнечервя. Но кого-то не хватало.

Семена… я начал их пересчитывать. Одно… второе… третье… четвертое. И всё. А должно быть шесть.

Похоже, что две связи оборвались, когда я потерял сознание. Вот как… Выходит, связи — это не просто «установил и забыл», их нужно удерживать постоянно, под нагрузкой. А слабые рвутся первыми, особенно когда ты в отключке после перегрузки. Может из-за этого головная боль такая сильная — из-за спонтанных разрывов связей? Оборви я их сам, возможно всё прошло бы легче. Ладно, буду знать.

Отошел от окна, присел на стул, и, потирая виски и оглянувшись вокруг, сразу заметил кое-что странное. Комната была… чистой. Не то, чтоб она раньше была прямо грязной, но сейчас я видел, что всё было выметено, вымыто и где-то даже еще вода после мытья не высохла.

Я вышел из комнаты и направился к очагу — убрано было везде. Стол, за которым я вчера варил эликсиры, сиял, будто его надраивали песком. Все мои бутылочки, склянки и инструменты аккуратно разложены по полкам. Котелок был вычищен и стоял у очага. Сам я давненько проводил уборку, и похоже Грэм решил это исправить. А еще на стуле лежали мои доспехи из ржавозуба — те самые, которые я вчера не успел как следует вымыть. Они также были вычищены и, похоже, чем-то натерты до матового блеска. Рядом лежали метательные кинжалы, наточенные так, что, казалось, ими можно бриться.

У каждого бывает день, когда хочется всё убрать до идеала, и похоже, именно такой день сегодня был у Грэма. Ну а спал я так крепко, что звуки уборки меня не разбудили.

— Проснулся наконец.

Грэм стоял в дверном проеме, скрестив руки на груди. Его лицо было непроницаемым, но в глазах мелькнуло что-то похожее на удовлетворение, при взгляде на всю эту чистоту.

— Я вижу… стало чище. —