Революция - Владимир Викторович Бабкин

Но, мама допускала такие поездки только если кто-то из взрослых вел под уздцы или за ошейник животное. Сегодня сама Маша затребовала ручную коляску, чтобы лично толкать по аллеям экипаж младшего брата. Разве она маленькая? Ей уже девять лет целых!

Тем более что они не сами на аллее. Далеко впереди виднеется один охранник. Ближе, метрах в пятидесяти шёл другой, внимательно поглядывая по сторонам. Ещё ближе шла поручик Анучина — дочь самого генерала Анучина. Светлана Анучина возглавляла личную охрану Великой Княжны Марии Григорьевны.

За Светланой, метрах в десяти, уже шла Мария с коляской.

За ней нянечка Юры и фрейлина самой Маши.

За ними, в дюжине метров, шла мама со своей фрейлиной. Или с кем-то из гостей.

Позади двигалась охрана. Замыкала шествие четвёрка конных «почётного караула» Лейб-Гвардии Санкт-Петербургского Царицы Елены Прусской драгунского полка.

— Hoheit, Sie haben es zu eilig, meine Herrin. Ihre königliche Mutter ist zurückgeblieben. Wir sollten uns nicht so schnell beeilen.

Мария оглянулась. Да, они уже на полсотни шагов впереди. Мама изволит идти так медленно!

Маша кивнула фрейлине.

— Ja, Katarina Amalia, wir habenes zueilig.

Графиня Финк фон Финкенштейн сделала реверанс и вновь отошла, заняв своё место позади принцессы и Кронпринца Прусских.

Мама приставила Катарину к ней не только в качестве фрейлины, но и как носителя языка. Так выразился папа, давая согласие на эту должность для молодой графини. Хоть графиня и представляла древний и знатный Остзейский род, без одобрения Императора и Царицы она не могла быть назначена.

Царица запретила Катарине говорить с детьми на русском языке. Так что Марии всё время приходилось переходить на немецкий, что ей упорно не нравилось, но, деваться было некуда. Мама никогда не кричала на детей. Но, иной раз, у Маши было чувство, что уж лучше бы она кричала, чем тот благородный лёд осуждающего взгляда, которым иной раз могла одарить мама.

* * *

ЦАРСКОЕ СЕЛО . ДВОРЦОВЫЙ ПАРК. 5 (16) мая 1784 года.

— Ваше Величество, вэйци не зря переводится на русский язык, как «игра в окружение»…

Елена кивнула коллежскому советнику.

— Я понимаю, Алексей Леонидович.

Старичок смиренно кивнул.

— Это так, Ваше Величество. Но, смею обратить ваше внимание, что вы часто нетерпеливы и пытаетесь играть в вэйцы словно в ваши любимые шахматы. Но, последние годятся только как поле боя, и то, противны китайскому пониманию войны, как искусства, вэйцы же — это искусство побеждать играя долго. В шахматах всё быстро. Позиция. Шах. Мат. Комбинация. Вэйцы же учит спокойствию и мудрости духа.

Царица усмехнулась.

— Алексей Леонидович, но, воля ваша, сидеть и ждать, пока по реке мимо тебя проплывёт труп твоего врага, это как-то…

Леонтьев поморщился.

— Моя Госпожа. Вы снова мыслите по-европейски, не желая вникать в глубинный смысл. Не надо понимать и принимать мудрость буквально. Подумайте спокойно.

Лена кивнула. Леонтьева, в качестве советника по Китаю и всем делам, с ним связанным, муж привлёк с год назад. Почти полгода он уже постоянно при Священной Особе Елены. Они часто беседуют либо за лучшими сортами китайского чая, либо за игрой, которую Пётр называет Го, либо вот, как сейчас, — во время таких прогулок.

Пётр возвысил его и пожаловал ему чин коллежского советника, что равнялось армейскому полковнику и в Табеле соответствовало шестому классу. Впрочем, старику было почти безразличны чины. Он служил России не ради звёзд на погонах. Хотя, очень ценил уважение со стороны Императора и его Супруги. Один из немногих в России специалистов по Китаю, много лет служивший там в русском посольстве, свободно говоривший на путунхуа — мандаринском диалекте китайского языка, он помогал Царице разобраться в дальневосточных делах, он учил её восточным мудрости и философии, учил лучше понимать соседей Империи. Да, и, жизнь в целом.

— Я должна набраться терпения и не спешить с принятием решений?

Кивок советника.

— Да, моя Госпожа. Отчасти это так. Суета тут излишня. Если вы сумеете окружить клетки противника, то всё, что внутри вашего кольца, достанется вам. Ненужно охотиться за каждой пешкой или фигурой, как в шахматах. Но, вы всегда должны помнить, моя Госпожа, что ваши противники стараются сделать то же самое с вашими силами. Вы, да простит меня Ваше Величество, должны не допустить этого. Спокойно и изящно ввести в заблуждение. Умиротворить. Обмануть.

Царица вновь кивнула.

— Скрывай за улыбкой кинжал?

— Истинно так, моя Госпожа.

Добивайся доверия противника и внушай ему спокойствие;

Тогда осуществляй свои скрытые планы.

Подготовив всё, как подобает, нападай без колебаний.

И не давай врагу опомниться.

Конечно, Лена знала 三十六計 — древнекитайский военный трактат из тридцати шести утверждений переведённый по поручению Петра её теперешним собеседником. Но, за что, в том числе, она ценила Леонтьева, так это за то, что старик не лебезил перед всемогущей (почти) женой Императора, а спокойно и уверенно направлял, и поправлял её мысли, придавая им глубину и мудрость. Показывал иной взгляд. Убирал суету из её души.

Царица в ответ процитировала:

— Пусть в стане врага назревает разлад и растёт неотступно смута.

Нужно держаться от этого вдалеке и ждать, когда наступит крах.

Взаимные распри и взгляды, полные ненависти,

Верный знак того, что враг сам себя погубит.

Придворный поклон старика.

— Всё так, Ваше Величество. Женщины лучше всех умеют ждать.

Великая Княгиня-Супруга перевела разговор в практическое русло.

— Советник, вы о чём-то хотели поговорить со мной.

Поклон головы.

— Да, Ваше Величество. Господин Чжан Сюэчэн прибыл в Петербург, и я смею рекомендовать его ко Двору Ваших Величеств.

— Вот как? И чем он хорош?

Вновь склонённая голова.

— Государыня, господин Чжан Сюэчэн — философ и историк, довольно известный в Поднебесной. Удостоен высшей учёной степени цзиньши, доктора наук по нашему, преподавал в частных конфуцианских академиях. Служил секретарём высокопоставленного чиновника и учёного Би Юаня. После опалы последнего был обвинён в том, что рассчитывал систему уклонения от уплаты налогов.

— Зачем он нам?

— Он много знает и может быть нам полезен. Его бывший начальник приговорён к смертной казни. Вряд ли Чжан Сюэчэн хочет вернуться в Китай.

— То есть полезный авантюрист?

— Нет, Ваше Величество, я бы не назвал его авантюристом. Просто так сложились обстоятельства при китайском Дворе. Вы