Жизнь, которой не было. Том 3 - Денис Палимов

поддержать тебя или утешить? У тебя не вышло ни с одним мужчиной, ни с другим. Магией тоже не владеешь. Да и возраст давно уже не брачный. Ты даже рыцарем нормальным стать не смогла. Альвия, ты бесполезна, просто прими это. Хватит пытаться что-то исправить и предпринимать попытки. Ты свою задачу выполнила, родила детей, вот и займись ими. А меня не доставай.

— Но я ведь родила наследников… Разве я не молодец? — спросила девушка, прикусив губу.

— Ты хвалишь корову, которая родила тебе телёнка? Или курицу, что снесла яйцо? Это их задача, а не достижение.

— Н-нет…

— Просто смирись, Альвия. Ты моя дочь, живи в этом доме, воспитывай детей, развлекайся. Но не пытайся показать свою значимость. Ценности как в члене семьи Мельдия в тебе просто нет. А теперь, закрой за собой дверь, — спокойно сказал Зерос, вернувшись к документам.

В тот день Альвия вместе с дверью закрыла ещё и душу. Превратилась в какую-то куклу. Ходила есть с близнецами, иногда читала им книги, занималась вновь тренировками, даже стала носить платья и учиться ходить на каблуках. Но ничего из этого не доставляло ей никаких эмоций.

Тисия в этот момент как раз куда-то уехала и обсудить произошедшее было не с кем. Но и начинать вновь пить ей не хотелось. Краски потухли окончательно.

Даже после возвращения её старшего сына ничего не изменилось. Как безвольный призрак она перемещалась по дому, повторяя одни и те же действия.

Пока на второй день после их приезда на территорию императорского дворца, её не остановила Тисия.

— Долго этот будет продолжаться? — спросила она Альвию, схватив за руку.

— Что? — удивлённо спросила девушка.

— Эта твоя бесконечная хандра. Тебе двадцать восемь лет, а ты ходишь как будто уже старуха. Еле разговариваешь.

— Что тебе нужно, сестра? — спросила Альвия, вырывая руку.

— Чтобы ты перестала строить из себя жертву. Никто в этом доме этого не оценит.

— Я никого не строю. Думаешь, я не хочу вести себя нормально? Просто не получается!

— Если бы хотела, то вела. Слушай, я не знаю, что тебе наговорил наш отец, но какая разница? Не думала, что когда-нибудь это скажу, но когда ты была сукой, то нравилась мне больше.

— Ты можешь хотя бы выслушать меня? — проговорила Альвия с надеждой.

— Не-а. Я не слишком эмпатичный человек и слушать плохо умею. Но могу подсказать к кому обратиться. Уверена, этот разговор тебе поможет, если будешь честна.

— К кому? — с интересом спросила девушка.

— К Эдиусу. Поговори со своим сыном.

* * *

Альвия и Эдиус прошли в комнату мальчика. Впервые за всю свою жизнь девушка так сильно нервничала. Даже когда она сражалась с опытными рыцарями волнения не было, а тут её прямо трясло.

Она не понимала, зачем вообще Тисия посоветовала поговорить с Эдиусом. А ещё больше удивляло то, что она действительно её послушала и позвала мальчика на разговор.

Её сын сел на кровать, слегка сдвинув лежащего на ней рыжего бакэно. Альвия слегка удивилась, что в его комнате живёт такое чудное существо, но виду показывать не стала. Просто взяла стул и села напротив парня.

— Так, о чем вы хотели поговорить, мама?

Девушку что-то кольнуло в грудь. Впервые она обратила на это внимание. Её собственный сын обращался к ней на «вы». Она точно помнила, что с Тисией он не соблюдал формальности. Чувство дискомфорта стало ещё сильнее.

— Моё поведение, оно странное? — выдавила из себя Альвия.

Выражение лица её сына сменилось сначала на удивлённое, потом на заинтересованное, потом вновь на удивлённое.

— Ну, раньше вы вели себя иначе, — наконец изрёк из себя Эдиус.

— Это было лучше или хуже? — продолжала Альвия.

— И то и то — ужасно, — безжалостно сказал мальчик.

Альвия прикусила губу. Вновь она услышит лишь недовольства. Зачем вообще кому-то открываться, если всё кончается одинаково? Эдиус стал членом этой семьи, а она, наоборот, теперь лишь никому ненужная помеха. И каждый раз этому находятся всё новые подтверждения.

— Значит, я в любом случае ужасная мать? — спросила Альвия, с трудом открывая рот.

— Это если мягко говорить, — продолжал мальчик, не щадя Альвию. — Я видел вас рядом с собой меньше, чем отца. А отца я практически не вижу уже лет шесть или семь.

Альвия не знала, чему больше удивляться — что мальчик помнит себя в три года или тому, что Нил перестал проводить время с сыном. Девушка помнила, как её муж ждал этого ребёнка и упрашивал с ним сбежать. Ей было сложно понять, почему такой эмоциональный и любящий человек перестал видеться с сыном.

— Что же мне делать? — спросила девушка в итоге.

— Для чего?

— Чтобы измениться, — ответила Альвия, будто это очевидно.

— А что вы понимаете под изменениями, мама? — спросил Эдиус, слегка наклонив голову на бок.

— Ну, стать… стать хорошей, — выдавила она через силу.

— Я не верю в то, что люди могут так легко измениться. Если бы это было так, то любой мошенник по щелчку пальцев мог остановиться и начать бескорыстно помогать людям. Вы хотите стать хорошей матерью или стать лучше в чьих-то глазах? — спросил мальчик, взглянув прямо на Альвию.

В этот момент девушка чуть приоткрыла рот от удивления. Теперь она начала понимать, почему Тисия отправила её к старшему сыну.

— Я хочу стать хорошей матерью. И хочу… — на секунду Альвия задумалась, заканчивать ли фразу, но всё-таки продолжила. — Хочу, чтобы меня наконец-то признали и полюбили.

Девушка сжала кулаки. До чего дошла её жизнь? Она сидела и жаловалась девятилетнему ребенку. Сыну, которого даже не воспитывала. Насколько же жалкой можно быть?

— А что вы хотите больше? Чтобы вас любили дети или окружающие? Нельзя стать хорошей для всех. Хватит ли того, что дедушка заметит вас, если при этом через десять лет близнецы забудут даже ваше имя?

— Я просто хочу, чтобы всё было хорошо. Чтобы у меня была любящая семья. Никто не обвинял меня и ни с кем не сравнивал. Хочу быть по-настоящему частью семьи Мельдия. Что мне для этого сделать? — вывалила девушка, закончив подбирать слова.

— Нужно просто перестать слушать дедушку, — спокойно сказал Эдиус. — Если все эти навязчивые мысли появляются лишь из-за отсутствия признания с