Охотники за потусторонним. Книга 2 - Евгений Прядеев

— Нет, — хором ответили все трое.

— Ух какие дружные стали… ладно, сейчас. Ну-ка, давай, — он коснулся Костика, и тот нажал на кнопку.

— Ничего не изменилось.

— А чего должно было поменяться? — удивился Кузьмич, на которого сейчас падал луч света.

— Так ты же чего-то сделал?

— Верно. Сделал. Идем.

— Но…

— Идем!

Кузьмич повел всех запутанными коридорами с ответвлениями, которые заканчивались тупиками, с низкими потолками и постоянной пылью под ногами. Кроме того, в катакомбах всегда дул ветер.

— Раньше такого не было, — недовольно поежился Кузьмич, когда песок прилетел ему прямо в лицо.

В гротах то и дело попадались надписи, чаще всего типа «здесь был кто-то». Ничего зловещего, никаких жутких и непонятных символов не было, точно здесь и не водились колдуны. Для места, куда регулярно спускались спелеологи-любители, внутри было довольно спокойно.

— Здесь довольно… обычно, — шепнул Кащей, но все равно получилось громко.

— А ты ожидал чего? — еще тише ответил Кузьмич — шум разносился далеко по коридорам, галереям и гротам. — Что здесь будут черепа, кровь и тела убитых туристов?

— Вроде того, — кивнул он.

— Колдуны живы лишь потому, что они умеют прятаться. Кто прятаться не умеет, тот долго не живет. Раньше же их много было, а при советской власти много кого истребили, — ответил Кузьмич. — Вот помощники мои тоже в нужный момент не спрятались. Не сообразили, что добро нынче не в чести.

— Что с ними случилось? — включилась в разговор Кеша, светя фонариком себе под ноги, в отличие от Кащея, который временами пускал луч и в потолок.

— Один пропал — несколько месяцев назад. Другого якобы задрал медведь. Третьего нашли в Твери зарезанным. Всплыл с ножом с груди.

— Ш-ш-ш! — вдруг зашипел Семен. — Нас могут услышать!

— Не услышат, мы еще далеко, — ответил Кузьмич.

— Ты откуда знаешь?

— Потому что я знаю эти каменоломни и знаю, где здесь место силы. Мы сейчас обходим основные точки, чтобы убедиться, что они пусты и никто не появится у нас за спиной. Ты же чуешь, девочка? — спросил он у Кеши.

— Здесь… пусто, — неуверенно ответила она.

— Правильно, — в глазах Кузьмича блеснул огонек. Или это был просто отблеск фонаря Кащея. — Когда все закончится, мы с вами поговорим. О вас. И о дарах ваших. Много о чем на поговорить стоит.

Далее некоторое время вновь шли молча. И чем дольше молчали, тем сильнее ощущалось напряжение: Аркаша с Вороном арестованы, что с ними делают — неизвестно, но каждая лишняя минута заставляла думать, что делают явно что-то нехорошее.

— Стойте, — скомандовал Кузьмич. — Приближаемся. Интересно. Я не ожидал, что они настолько хорошо подготовились. Даже после всего случившегося. Сворачиваем. Пройдем другим путем.

— Что там? — поинтересовался Кащей, чья беззаботность исчезла вместе с «буханкой».

— Ловушки. Причем примитивные. Но их нельзя убрать, не предупредив их. Ведьминские. Попадем, будем кругами тут ходить, пока нас не найдут. А лучше бы не находили. Так что ищем обходные пути.

Четверка свернула влево и начала петлять. Кузьмич, знавший эти места, как свои пять пальцев, в считанные минуты назвал еще несколько проходов, которые должны были вести в те же самые гроты дальше, однако он утыкался лишь в новые ловушки, которые, хоть и оставались бесхитростными при ближайшем рассмотрении, все равно мешали их дальнейшему продвижению.

После очередного такого тупика он крепко задумался.

— Со всех сторон обложились, гады, — высказался он. — Не подступиться.

— Обвалим проход? — предложил Семен, будто держал в кармане пару шашек динамита.

— Нет, слишком много шума и пыли. Надо иначе. Надо их выманить.

Решили, что Кузьмич даст себя «почуять» колдунам, чтобы те вышли сами, а дальше в дело вступит Костик, если придет один колдун, а если больше, то Семен и Кеша помогут. Да и сам Кузьмич в стороне не останется.

Не став больше испытывать Кешу, Кузьмич сам попытался вычуять колдунов — сектантов для Семена — и постепенно вернул всех к первому проходу, где изначально пытался провести свою команду.

— Идут, — шепнул он.

Все выключили фонарики, затаились. Вскоре раздались шаги.

— Опять кого-то сюда принесло.

— С чего ты взял?

— Ну чуйка!

— Чуйка у него? А хвост не отваливается еще, чуйка? Псина ты сутулая! — ругались колдуны.

— Ритуал сегодня в ночь, ты думаешь, хорошо будет, если кто чужой припрется и помешает нам, а?

— Стой, куда прешь!

— Смотреть, куда ж еще.

— А про ловушку забыл?

— Э-э! Забыл.

Повисла звенящая тишина, даже эхо от криков колдунов как будто бы замерло где-то и ждало более подходящего момента, чтобы вернуться.

— Вот теперь можно. Иди. Видишь кого? Или чуйка отказала? Воздух еще понюхай.

Кузьмич подтолкнул Костика вперед. Прятались они на приличном расстоянии от прохода, так что появление очередного туриста с фонариком в рухах колдунов не удивило.

— Эй! Эй-ей! Ты, да ты. Сюда прохода нет.

— Как хорошо, что я вас нашел! — замахал руками Костик, пока луч фонаря выхватывал из темноты очертания фигур. В отличие от темноты вокруг, фигуры были пыльными и грязными — вместо явно стильного черного. — А чо это вы как вырядились? — и, пользуясь моментом, врубил дар. — Я попал на какую-то вечеринку.

— Не-не-не, дружище! — повеселел колдун, который издевался над товарищем с «чуйкой». — У нас тут вечеринка чисто для своих. Приглашения нет — нет прохода.

— Ты чего несешь, придурок! — накинулся на него другой колдун. — Совсем чердак протек?

Костик застыл, понимая, что со вторым колдуном у него как-то не срослось. Похоже, надо дожидаться помощи в лице Кеши или Семена.

— А вас тут на входе что ли поставили? — Кащей продолжил играть роль глуповатого туриста.

— Ты кто такой вообще? Странный какой-то… — продолжал колдун с чуйкой.

— Да практически свой, что ты, — улыбался другой.

— А может ты и прав. Пошли с нами. Ты ж свой. Поговорим.

Неожиданная смена мнения ничего хорошего не сулила. Кащей напрягся.

— Да я, быть может, к вам в другой раз. Приглашение когда вышлете…

— Стоять! — рявкнул колдун с чуйкой. — Ты за кого…

Возможно, он бы успел договорить шаблонную фразу, если б не двустволка Кузьмича, со всего размаху приложенная об его затылок. С этой точки зрения его оружие было больше похоже на посох.

— Настоящая гром-палка! — тут же заявил Кузьмич. — Гром в ушах и пыль в штанах, — и, как заправский спецназовец он перехватил оружие, упер приклад в плечо и прицелился в другого колдуна, очарованного Костиком. — А, этот обычный, что ли? — и тут же опустил оружие.

— Мир, братья… — понесло колдуна.

— Нет, не совсем обычный, — добавил Кузьмич и