Фантастика 2026-112 - Арлен Аир

— Хоу! — тысячи человек и не совсем людей ответили мне единым порывом, да так, что пришлось накладывать на себя самоисцеление, благо это видели только видящие.

— Но я не встаю в управление, я не пастух, я в первую очередь защитник! Я тот свет, который поведет наше с вами государство в будущее, которого мы с вами достойны! Я буду первым среди равных, и когда понадобится — помогу, когда понадобится — спасу. Я сделаю всё, что возможно, всё, что в моих силах, чтобы был мир на этой земле! Чтобы граждане Эллады могли жить!

— Но при этом, — взяла слово Ника. — Всем нам предстоит еще пройти через множество испытаний. Пройти через множество лишений. Быть готовым к самым тяжелым ударам судьбы. Прорыв еще вернется. И твари, которые оттуда будут вырываться, станут еще смертоноснее, еще опаснее. И мы должны быть готовы! Ибо самый смертельный, самый тяжелый удар придется именно на нас! И когда это произойдет, Эллада должна встретить его со щитом и копьем! Быть готовой дать тот бой, который ужаснет захватчиков, и они больше никогда не посмеют сюда вернуться! И мы…

— … клянемся! — хором стали говорить. — Стоять между миром и бездной! Быть мечом и щитом! Хранить Элладу до последнего вздоха! Пусть боги видят, мы не требуем их благ, но исполняем их долг: защищать всё ими созданное и вести к миру и свету! Клянемся именами тех, кто пал и кто еще не родился! Клянемся не знать покоя, пока над нашим миром есть угроза! Мы, Император, — сказал только я, а потом только Ника, — и Императрица, — и снова хором, — первые в своем роде и последние в роду богов! Пока шумит море и бьют молнии! Пока жив хоть один из нас, КЛЯНЕМСЯ! Эллада будет стоять! Хоу!

— Хоу! — вскинули в небеса оружие полубоги.

— Хоу! — ударили ввысь Легенды.

— Хоу! — воскликнули все Легаты во главе с Меллом.

— Хоу! — ответили на клятву вожди и шаманы союзных племен, признавая таким образом нас и самих себя в составе Эллады.

— Хоу! — ответили все Советники разом.

— Хоу! — взревел весь остальной народ.

— Хоу! Хоу! Хоу! — буквально сотрясали все мы вместе небеса своим кличем, обращая на себя внимание всех богов.

Тут же мы сели на колено с Никой перед народом, склонили головы. За нашими спинами появились двое. Первая — дочь Геры, наследница той, кто воплощает собой семейные узы. Вторая — дочь Гестии, хранительницы согревающего пламени в очаге. В их руках были золотые венки.

Они медленно подошли, обогнули нас с разных сторон и медленно опустили нам на голову символы власти и служения народу. И я буквально ощутил в этот миг внимание всех богов на себе. Стало даже как-то неуютно, но… это было не гневное внимание, а благосклонное. И народ, словно почувствовав это, заликовал еще больше.

— Встаньте же, — сказала дочь Геры, но ее устами говорила словно сама богиня. — Встаньте перед своим народом, ибо вы с ним — едины!

— И храните его так же, как любой воин будет защищать свой дом! — проговорила дочь Гестии.

— Встаньте! — сказали они хором.

И мы рывком поднялись на ноги, держась с Императрицей за руки. И небеса вновь озарил сноп золотистых молний.

Боги признали.

Народ признал.

А значит…

— Друзья! — поднял я руку, успокаивая всех, кто тут был, а когда дождался, улыбнулся, отпустил руку супруги, а сам свои развел в разные стороны и добро улыбнулся. — Да будет пир!

Глава 20

Праздник… удался. Как мне потом доложили, праздновали во всех городах Эллады, а мою с Никой речь записывало сразу несколько летописцев, чтобы с точностью ее передать для наших потомков. Ну как наших, их потомков, лично я помирать не собираюсь, коли такая возможность у меня присутствует. Если дают — надо брать.

Во всех крупных городах Советы решили, что раз в Спарте праздник, то почему у них не должно быть? И я разделял их мнение на самом деле. Может, везде было немного по-своему, может, и не было именно моих речей, но общая суть была известна всем, кто возглавлял города: под нашим началом мы должны в первую очередь подготовиться к тому, что грядет, — к завершению прорыва, к завершению войны.

Потока добровольцев, конечно, я не ожидал, да и лишний он был уже сейчас, но из множества городов поступала информация о том, что довольно много мужчин, как бывших воинов, так и молодежи, хотят вступить в Легионы. Они были нашим резервом, их всех записали, всем выдали специальные знаки, на все их дома нанесли специальные знаки. Если что — их призовут. И они к этому должны быть готовы. Бегать долго не будут. Даже если не будет явки… то первое время это вообще не критично. В Легионы мы насильно никого и никогда не затаскивали. Не наш метод. Мы — через вдохновение. Мы — через веру. Мы за мирный подход внутри нашего государства. Поэтому всё, что бы мы ни делали, — всё ради наших людей в первую очередь. Всё ради самого человечества!

Но сегодня был особенно важный день. Последние подготовки перед отплытием. Последние проверки. Последние минуты мира для тех, кто поплывет далее на войну. Она будет короткой, но она будет жестокой. Культ мы щадить больше не будем. Кем бы ни были культисты, что бы они ни значили для тех, кто идет на войну.

Они должны ради нашего будущего умереть все. Как бы это ни было жестоко. Их уже не вернуть. Их разум уже полностью принадлежит тем, кто решил напасть на этот мир. Из зависти? Наверное. Но если так посмотреть, когда появился Хаос, у человечества пошел прогресс. Когда были старые боги — мы жили в пещерах и лишь думали о создании общин, хотя многое уже должны были уметь. И в такое состояние вновь я не позволю нас вернуть!

Первый город — мой родной. Тут было сразу пять Легионов, которые готовились к отплытию. И шестой для обороны. Тридцать тысяч воинов. Никогда в городе столько не видел народа после его разрушения во время первого прорыва. Никогда не чувствовал этой мощи от нашего государства в этом месте. И это… завораживало! Нет, действительно, я мог гордиться тем местом, откуда родом, оно приняло всех,