Фантастика 2026-81 - Максим Шаравин

Ольфария сжала кулаки, глядя на избитого Гипериона. Ещё утром она жила в мире, где добро побеждало зло, где справедливость торжествовала. Теперь её учитель изгнан, Альфонс мёртв, а человек, который утешал её в горе, лежит сломленный у ног тирана.

— Я не буду вам служить, — сказала она тихо.

— Будете, — улыбнулся Гордей. — Потому что альтернатива — смерть всех, кто вам дорог. Начиная с лорда Гипериона.

Он подошёл к ней, его глаза блестели от торжества.

— Добро пожаловать в новую империю, синьорина. Здесь правят не идеалы, а сила. И сейчас вся сила принадлежит мне.

В разрушенном зале, среди трупов и крови, родилась новая эпоха. Эпоха железной руки императора, который двадцать лет готовился к этому дню. И теперь ничто не могло остановить его восхождение к абсолютной власти.

Ольфария стояла, глядя на самодовольную улыбку императора, и чувствовала, как внутри неё нарастает ярость. Не та беспомощная печаль, что терзала её после смерти Альфонса, а холодная, сфокусированная злость. Этот человек убил её друга, изгнал учителя, избил Гипериона и теперь думает, что может распоряжаться её жизнью.

— Добро пожаловать в новую империю, — повторил Гордей, наслаждаясь моментом триумфа.

— Нет, — сказала Ольфария тихо.

Император нахмурился.

— Что «нет»?

— Нет вашей новой империи. Нет вашей власти надо мной.

Она почувствовала, как магия возвращается к ней — блокировка Гнилоуста окончательно рассеялась после его смерти. Холод потёк по её венам, ледяная сила отозвалась на зов.

— И нет вам, — добавила она, вытягивая руку в сторону императора.

Из её ладони вырвалось ледяное копьё — острое, как бритва, быстрое, как молния. Оно пронзило воздух, целясь прямо в сердце Гордея.

Император попытался уклониться, но на этот раз его скорость не помогла. Копьё пробило его доспех, вонзившись в грудь. Гордей пошатнулся, из раны потекла кровь.

— Как… — прохрипел он, глядя на торчащий изо льда осколок.

— Вы забыли, — ответила Ольфария, уже бежа к телу Гнилоуста, — что я тоже не простая девушка.

Она опустилась на колени рядом с останками архимага, лихорадочно обыскивая его одежду. Где-то здесь должен быть второй портальный камень — тот, что предназначался для неё.

— Стой! — закричал император, пытаясь выдернуть ледяное копьё из груди. — Стой, или я убью его!

Он указал на Гипериона, всё ещё лежащего на полу без сознания.

— Поздно угрожать, — ответила Ольфария, нащупав в складках мантии архимага холодный кристалл. — Вы и так его почти убили.

Портальный камень был похож на первый — мутно-фиолетовый, с чёрными прожилками. Но в нём пульсировала та же энергия междумирового перехода.

— Ты не знаешь, куда он ведёт! — крикнул Гордей, делая шаг к ней. — Можешь попасть в мир, где умрёшь за секунды!

— Лучше умереть там, чем жить рабой здесь, — ответила Ольфария.

Она бросилась к Гипериону, обхватила его за плечи и крепко прижала к себе. Полководец был без сознания, его дыхание было слабым, но он был жив.

— Прости, — прошептала она ему на ухо. — Не знаю, что нас там ждёт. Но здесь нам точно конец.

Ольфария сжала портальный камень в ладони и сосредоточилась. Кристалл начал нагреваться, затем засветился знакомым зловещим светом.

— Нет! — завопил император, бросаясь к ним.

Но было поздно. Портал раскрылся прямо под ними, пространство исказилось, и реальность начала рваться по швам.

Последнее, что увидела Ольфария, — искажённое яростью лицо Гордея, тянущегося к ним рукой. Затем её поглотила вихрь света и энергии.

Ощущения были ужасными — словно её разрывали на атомы и собирали заново, пропуская через мясорубку времени и пространства. Желудок подкатывал к горлу, в ушах свистел ветер между мирами, а кожу жгло статическим электричеством.

Сквозь хаос междумирового перехода Ольфария слышала голос императора, становящийся всё более далёким:

— ОЛЬФАРИЯ…

Но его крики тонули в реве портальной энергии. Гиперион висел у неё на руках безжизненной тяжестью, его кровь капала в бесконечность между мирами.

Ольфария не знала, куда их несёт. Не знала, что их ждёт в том мире, куда отправили Крида. Не знала даже, попадут ли они туда или окажутся в совершенно другом месте.

Но она знала одно — что бы ни случилось дальше, она не оставит Гипериона умирать на полу дворца. Он утешал её в самый тяжёлый момент, и теперь её очередь быть рядом с ним.

Портал начал сужаться, энергия ослабевать. Где-то впереди замаячил свет — выход в другой мир. Ольфария крепче прижала к себе раненого полководца и приготовилась к новой жизни.

Или к смерти. В этот момент для неё не было большой разницы.

Главное — они уходили от тирана, который думал, что может распоряжаться чужими жизнями. И возможно, где-то в бесконечности миров их ждёт Крид, удивляясь тому, что его ученица последовала за ним.

Портал схлопнулся, оставив в тронном зале лишь слабое мерцание в воздухе. Император стоял посреди разрушенного дворца, держась за рану в груди и проклиная всех богов подряд.

Его идеальный план рухнул. Но Гордей не собирался сдаваться. Он найдёт способ вернуть беглецов. И тогда они пожалеют о том, что ослушались императора.

А пока что ему предстояло объяснить придворным, как вышло, что от торжественного бала остались одни трупы.

**ЭПИЛОГ**

Императорский дворец погрузился в зловещую тишину. Гордей сидел на своём троне посреди опустошённого зала, где ещё несколько часов назад звучала музыка и лился смех. Теперь повсюду валялись тела — ассасинов, придворных, слуг. Кровь засыхала на мраморном полу, превращаясь в тёмные пятна.

Император держался за рану в груди, где ледяное копьё Ольфарии пробило его доспех. Боль была острой, но не смертельной — она задела лишь мышцы, не затронув жизненно важные органы. Гордей выжил, но цена победы оказалась слишком высокой.

Крид исчез в неизвестном мире. Ольфария и Гиперион последовали за ним. Все свидетели его плана мертвы. Казалось бы, абсолютная власть наконец в его руках, но зал, полный трупов, напоминал о том, что править теперь будет некем.

— Двадцать лет подготовки, — пробормотал он себе под нос, оглядывая результаты своих действий. — И вот к чему это привело.

За окнами дворца уже забрезжил рассвет. Скоро придут слуги, обнаружат бойню, начнут задавать вопросы. Нужно было придумать объяснение, найти козлов отпущения, восстановить видимость порядка.

Но сейчас Гордей просто сидел среди мёртвых и пытался понять, стоило ли оно того. Вся