"Фантастика 2026-186". Компиляция. Книги 1-25 - Айлин Лин

Мы вышли за ворота селения кентавров и пошли в сторону леса, туда, где протекала быстрая неширокая речка. Гер крепко держал меня за руку, мы молчали, но молчание вовсе не давило на нас, не было желания заполнить его словами, это молчание хотелось вдыхать и делить с любимым человеком. Оно было всеобъемлющим и понятным.

Геракл скинул короткий жилет на траву около крепкого дерева и помог мне сесть. Сам разместился рядом и уложил свою голову на мои колени. Я, лениво перебирая его пряди, посмотрела на шумную, быструю реку, блестевшую в лучах полуденного солнца, на зелень вокруг, а слух мой ласкали звуки леса.

- Через две недели открою портал в Спарту, - заговорил супруг, он прикрыл глаза и расслабился. - Нииса и Орей дальше справятся и без нас.

- Хорошо. Я хочу домой. У меня столько планов и дел, - вздохнула я. - Ещё просьба к тебе есть.

- Мм?

- Сможешь открыть портал на другой материк? Хочу вылечить жену Алима, и ему тоже пора домой.

- Конечно, всё, что пожелает моя жена! Но потом ты отложишь все свои дела на некоторое время. Я тебе задолжал медовый месяц, - Алкей-Геракл открыл один глаз, хитро его прищурив.

- Аха, - фыркнула я, - и куда же мы отправимся?

- На Олимп, - его ответ меня сильно удивил.

- А на что там смотреть? - недоумённо спросила я. - Что там есть такого, чего нет здесь, на земле?

- Летающие водопады, небесные реки, парящие острова... полёт на Пегасе...

А ведь заманчиво звучит! Гер заметил мой интерес и тихо рассмеялся:

- Это значит, что ты согласна?

- Конечно! Кто в здравом уме от такого путешествия откажется? - подвигала бровями я, веселя мужа ещё больше.

Муж смотрел на меня, блестя своими тёплыми карими глазами, я купалась в лучах его любви и была абсолютно счастлива!

Какой красивый мужчина, в который раз подумалось мне.

- Спасибо, - подмигнул Гер и я поняла, что сказала это вслух. - Но ты гораздо красивее, - и, резко сменив положение, схватил меня в охапку, мягко опрокидывая на землю. - А ещё очаровательнее! И вся моя. Только моя.

День был солнечным, таким ярким и погожим, и совсем не хотелось, чтобы он кончался. Со мной рядом любимый человек, и трудности такого долгого пути теперь кажутся сном. Я имею в виду весь свой путь в этом мире, столь холодно встретивший чужую душу поначалу, и давший мне так много в итоге.

Прищурившись на солнечные лучи, подставила губы для поцелуя.

У нас целая вечность и даже больше...

- Лишь бы не надоесть друг другу, - успела добавить я, прежде чем губы Геракла коснулись моих.

- Ну, Аглая, умеешь же ты подобрать момент! - громко расхохотался муж, я показала ему язык, и засмеялась с ним в унисон.

Жизнь, ты прекрасна! Я люблю тебя!

Эпилог

- Аглая! Ну, чего же ты медлишь?! Открывай скорее! - нетерпеливо воскликнул маленький мальчик лет семи. Он даже приплясывал на месте в нетерпении - настолько ему хотелось узнать, что же там внутри коробки, обёрнутой в яркую блестящую бумагу.

- Лев, погоди, - улыбаясь, ответила ему девочка. Аглае было также как и брату семь, но она, в отличие от него, не позволяла своим желаниям прорваться наружу и старалась выглядеть невозмутимой в любой ситуации, конечно, так у неё получалось не всегда, но Аглая всегда честно старалась. Ведь быть похожей на великую гиастрос Аглаю Арис, её пра-пра-пра и много пра бабушку хотелось чрезвычайно.

Взяв тару в руки, девочка прошла к столу, поставила её на гладкую полированную столешницу, и неспеша развязала шёлковую ленту, канцелярским ножом прошлась по краям упаковки, и наконец открыла коробку.

И тут её сдержанность дала трещину, в итоге разлетевшись в дребезги и осыпавшись в искреннем визге-писке настоящего детского восторга. Благоговейно вынув из недр упаковки фаркентовую (прим. автора: фарфор плюс кентавр) куклу, с тонкими чертами лица, мастерски прорисованными, в дорогом шёлком платье, она прижала подарок к груди и закружилась по комнате.

Родители не мешали ей насладиться моментом.

- Ууу, - разочарованно вытянув губы трубочкой протянул брат-близнец Аглаи, - у меня всяко лучше! - вскричал он, вскинув меч к потолку и воинственно добавил: - враги персы, держитесь! Грозный Лев идёт! Я сокрушу вас одним ударом меча! Дыщ-дыщ!

- Они не приедут? - спросила Гликерия мужа, прижавшись к его крепкому боку, не в силах оторвать свой взор от счастливых детей.

- Нет, не смогут.

- Никто из бабушек и дедушек?

- Никто, - вздохнул Гордей. - Даже матушка с отцом и те заняты на каком-то важно проекте. Но зато они арендовали на нашу семью столик в "Крылатой долине", ты же знаешь, какие там очереди - на несколько месяцев вперёд, даже нам сложно пробиться.

- Что ж, тогда давай собираться. Не стоит упускать возможность поужинать в "Долине".

Мужчина вскинул руку с дорогими золотыми часами, глянул время и кивнул:

- Да, пора собираться.

Дети, узнав, куда именно они поедут, кинулись переодеваться. Их ждали воздушные пирожные и любимая пицца, самая вкусная в Греции.

***

Центральный Асклепион, находившийся на острове Кос, сегодня шумел, как растревоженный улей. Вступительные экзамены закончились и сегодняшний день был посвящен чествованию ребят, успешно прошедших испытания.

- Сегодня мы увидим ЕЁ, - прошептала темноволосая девушка своей соседке, с которой уже успела познакомиться и даже вроде как подружиться.

По непонимающему взгляду новой подруги, поняла, что требуются пояснения:

- Великая госпожа гиатрос Аглая Арис по слухам должна прибыть и выступить с речью.

- Да ты что! - ахнула её собеседница. - Если это так, то нам нужно спуститься пониже, чтобы увидеть её поближе!!!

- Нам не позволят, - разочарованно ответила Лина, - но дедушка сказал, что на третьем курсе она читает лекции по генной инженерии! - лицо первокурсницы стало мечтательно-воодушевлённым. - Представляешь?

- Ох! Поскорее бы! Столько восторженных отзывов о её лекциях!

Тем временем свет в зале приглушили, прожектор высветил центр помоста, студенты смолкли, с любопытством ожидая дальнейшего развития событий.

В пятно света вышел высокий, потянутый мужчина, его лицо было словно высечено из камня, темные волосы не по моде длинны.

- Ректор господин гиатрос Зинон Арис, - прокомментировала Лина, от переполнявшего её волнения, сжав ладошки в замочек.