"Пожиратель солнца". Компиляция. Книги 1-7 - Кристофер Руоккио

– Покинуть систему? – опешила Отавия. – Так просто? Сбежать… домой?

Бассандер наклонился и постучал по столешнице, включая голографическую систему.

– Я никуда не бегу, – сказал он, глядя на меня. – Вернуться на фронт, к моему командиру, – мой долг как солдата Империи.

– Вот один и возвращайтесь, – резко, с вызовом вздернув подбородок, ответила Отавия.

– Не один! – воскликнула Джинан; она ведь тоже была солдатом.

– Мои люди останутся со мной, – потрясла головой норманская амазонка.

Бассандер вскочил так стремительно, что едва не перевернул кресло, и хлопнул руками по столу:

– У вас контракт!

– В котором не указано, что я обязана пожертвовать кораблем и экипажем ради вашего бессмысленного Крестового похода! – Не желая уступать, Отавия тоже встала, произведя этим куда более внушительное впечатление.

Бассандер был всего лишь патрицием и рядом с Отавией выглядел едва ли не карликом. Мне даже стало немного жаль оказавшуюся зажатой между ними лейтенанта Гринло.

– Бессмысленный поход? – вскипел Бассандер. – Бессмысленный? Тогда ради чего вы поступили к нам на службу?

– Чтобы положить конец проклятой войне! Здесь, в Наугольнике, – парировала Отавия Корво, встряхнув головой так, что спутанная прядь ее золотых волос на затылке, казалось, зажила собственной жизнью. – Капитан, пылают наши планеты, а не ваши. Обещание мира – вот чем меня подкупил Адриан.

Я зажмурился. Рано или поздно меня должны были приплести, и вот это случилось.

– Адриан, – Бассандер сделал акцент на том, что называет меня по имени, – не управляет отрядом. Я управляю.

Вот она – вся суть Бассандерова комплекса. Я лишь молча продолжал держать руку на пульте.

«Не твой черед говорить», – прозвучал во мне голос Гибсона.

– Корво, хотите обсудить мир? – наседал Бассандер. – Какой мир? Мы только что закончили дешифровку последней передачи от флотилии и приказов стратига Хауптманна. Знаете, что там сказано?

Глаза коммодора, подобно лазерам, прожигали лицо Корво. Когда он взял паузу, по залу прокатился шепот. Я выпрямился, покосился на Джинан, которая не видела меня со своего места, и на Валку, а она помотала головой. Я знал, что мы получили довольно запутанный пакет данных сразу по прибытии в систему Рустам, и, судя по всему, новости были плохими.

– Мы вступили в бой со сьельсинами у Тиры. Позвольте поделиться подробностями. – Бассандер принялся загибать пальцы. – Все прошло не так, как здесь. Планета потеряна. Дом Юрнау. Основные города. Орбитальные заводы. Семь миллионов человек, капитан. Семь миллионов. Говорите что хотите, но я не могу спокойно спать, зная, что это случилось, пока мы болтались в заднице Вселенной, гоняясь за сказками, потому что мой командир повелся на бредни этого чокнутого палатина!

– Чокнутого?! – Почувствовав, что дело принимает совсем дурной оборот, Джинан встала на мою защиту. – По-моему, мы услышали достаточно.

Ее темные глаза были тверды, как стекло. Иногда я забывал о том, что Джинан почти вдвое старше меня. Селекция позаботилась о том, чтобы она выглядела не больше чем на тридцать, но порой становилось заметно, что она была солдатом еще до того, как я родился.

– Решим, что делать с нашими норманскими друзьями после того, как воссоединимся с флотом, – сказала она.

Отавия хотела было возразить, но Джинан все равно закончила:

– Если мы всерьез намереваемся возвращаться.

Воздух наэлектризовался, как в пустыне перед грозой. Каждая молекула наполнилась статическим напряжением. Заседания отцовского совета тоже были такими. Он позволял своим адъютантам, логофетам, схоластам и представителям Капеллы спорить, торговаться, умасливать друг друга и бряцать саблями, пока все не вымотаются и не перестанут притворяться. При всех его недостатках отец был крайне терпеливым человеком и самым эффективным управленцем, кого я только встречал. Наступил момент, который был мне нужен, момент, которого я ждал.

Не говоря ни слова, я достал пульт Крашеного и положил на стол перед собой. Заметили это только Хлыст с Валкой, сидевшие по сторонам от меня. Тогда я поднял руку и со всей силы хлопнул по столу. Троица капитанов и их помощники обратили на Марло внимание. Десять пар глаз уставились на меня, пораженные столь грубым вмешательством со стороны человека, который прежде прикидывался мебелью.

– Я устал это слушать, – произнес я полушепотом.

Мой тихий голос заставил остальных навострить уши, – так говорил с советниками отец, сколько я его помню. Нужно было как можно скорее воспользоваться их недоумением и не тратить времени на логические доводы.

– Лин, – обратился я к коммодору, – мы не гоняемся за сказками. Сегодня я встретил… человека, способного изменять собственный облик. Он руководил целой армией мертвецов и утверждал, что прибыл с Воргоссоса. К тому же, – я откинулся на стуле, – сьельсины на Эмеше знали про Воргоссос. Я уже говорил это и не устану повторять, пока до вас не дойдет: откуда ксенобитам знать о населенной людьми планете, которую не может найти даже Империя? Ответ очевиден: эта планета существует. Или по-вашему, те сьельсины, что сейчас заморожены в трюме, нахватались баек от пленников с Тиры или Рустама?

Я недовольно посмотрел на лежащий передо мной пульт и почти мгновенно почувствовал за спиной вытатуированные глаза и ухмыляющиеся рты гомункула.

– Вы говорите, что я чокнутый, – продолжил я. – Если стремление положить конец войне – сумасшествие, то зовите меня как угодно. Мне все равно. Я знаю, что наши поиски необходимы, и не важно, соглашаетесь вы со мной или нет.

Я сделал паузу и постучал по экстрасоларианскому устройству, уставившись на Лина. Все ощутили накал нашего противостояния: между его и моими глазами как будто протянулась огненная линия.

– Что это? – спросила Гринло, взглянув на пульт.

Я проигнорировал ее.

– Чего вы хотите? Вернуться? – повысил я голос. – Ради чего? Чтобы сражаться и погибнуть вместе с остальными? Внести свое имя в списки боевых потерь? Умоляю… – Я отвернулся и помотал головой. – Мы не на задворках Вселенной. Мы на главной сцене. – Решив, что момент подходящий, я встал. Теперь мы с Бассандером были на равных. – Эмеш пролил свою кровь, чтобы дать нам эту возможность. Сгорела Тира. Ликия. Баннатия. Миллионы, а то и больше, людей…

Я видел, что Бассандер собирается с мыслями. Отавия с лейтенантом Дюраном кивали. Джинан поджала губы; ее лицо превратилось в непроницаемую маску. Остальных я не видел, да это было и не нужно.

– Здесь мы можем принести больше пользы. Здесь и сейчас. – Я постучал кулаком по столу. – Сейчас.

– Адриан, – обратилась ко мне Джинан, ее такое родное лицо стало мрачнее тучи. – Это?..

– Личный терминал Крашеного, – ответил я с кривой улыбкой и сел, подперев голову ладонью. – Не знаю, что в нем и как им пользоваться, но данные о сделках Крашеного должны быть здесь. Журналы учета, координаты. Айлекс?

Я