Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

«Сэйсэй племянник рыжего? Абсолютно на него не похож! Впрочем, какая разница?»

И вообще, сидя перед королем преступного мира, Торе не следовало морочить себе голову каким-то простым охранником!

Она откашлялась, изображая, что собирается произнести длинную речь.

– Господин Нобунага послал меня в город для того, чтобы я помогла ему отправить в Железный Дворец больных, нуждающихся и калек. Это довольно деликатное задание, и мой господин желал бы оставить его в тайне.

Хеби бросил странный взгляд на Кентаро, потом вновь посмотрел на девушку.

– Настоящий святой этот наш Хироши, – бросил бандит, – истинный потомок Мудреца. Хочет помочь больным и калекам… но в тайне, так, чтоб никто не узнал о его доброте. Не удивляет ли тебя это, моя юная госпожа?

– Доброта моего господина вовсе не удивляет меня, – ответила она быстро. – Но ты сейчас хозяин этого города. Власти и чиновники наверняка платят тебе большие взятки, и у тебя не должно быть больших трудностей с…

– Да, я уже догадался, – прервал он ее. – Тебе нужно, чтобы я нашел таких больных и отправил их в Железный Дворец.

– Они представляют неудобства и затруднения для всех, а в замке наш господин уже приготовил им место.

– Я не сомневаюсь. Хорошо, госпожа Тора, прошу дать мне несколько дней. А пока предложил бы молодой госпоже воспользоваться гостеприимством моей скромной обители, я прикажу подготовить комнату.

Хеби предложил это исключительно из вежливости, предполагая отказ, однако девушка энергично и почти с радостью закивала головой:

– Охотно воспользуюсь твоим гостеприимством, мой господин!

Рыжеволосый вызвал слуг и кратко изложил им, что нужно приготовить. Потом жестом дал Торе понять, что аудиенция окончена.

Когда девушка вышла и звук ее шагов замер вдали, Хеби взглянул на Кентаро.

– Что ты думаешь об этом? – спросил он.

Дух покачал головой, но глаза его горели.

– Нобунага что-то замышляет! – прошипел он. – Он предал Красный Лотос и убил ее… и меня, хладнокровно! А теперь внезапно возжелал помогать старым и больным? Это паршиво пахнет, мой господин!

– Вот и я так думаю.

Что-то зашуршало за боковой стеной. Двери слева открылись, и по полу застучал костыль старого Осу.

– Я разделяю твои сомнения, брат.

Хеби бросил на Кентаро гневный взгляд.

– Он нас подслушивал, а ты его не услышал?

– Я с самого начала его слышал, – ответил огорченно Дух, – но не вмешивался. Это все же твой брат, господин, я думал, что ему можно.

– Можно? Проклятие! – Хеби махнул рукой. – Да ладно, не важно! Ты прав, это мой брат, от меня не убудет. Заходи, Осу, садись, может быть, посоветуешь нам чего? Может, твой опыт развеет туман неуверенности?

– У меня есть совет… а точней, предложение, да.

– Слушаем тебя.

– Молодая госпожа Тора ищет людей, которые отправятся в Железный Дворец. Ну так я поеду с ней.

Тишина, которая воцарилась после этих слов, была такой тяжелой, что могла бы ломать мечи.

Хеби наконец покачал головой, хлопнул брата по плечу:

– Я люблю тебя, хоть ты и не всегда в это верил. Нет, я не позволю тебе туда ехать.

– Подумай еще раз, брат! Я стар, я болен. Моя нога… твои медики делают невозможное, но она меня убивает. Медленно, но убивает. Мой сын нашел тут свое счастье. Я разговаривал с этим твоим знакомым – Акинобу станет однажды уважаемым торговцем. Как знать, может, даже разбогатеет, у него такой талант к цифрам! И уже не захочет покидать Кедо.

– Не захочет, верно… потому что любит отца и хочет быть с ним!

– Пойми, Хеби, парень сейчас настолько же твой сын, насколько и мой. Не хочу смотреть на его страдания, когда я наконец начну умирать. А там, в замке, я смогу еще вам помочь. Кентаро рано или поздно покинет Кедо, отправится за Нобунагой, мы оба это знаем. А тогда, возможно, я смогу ему помочь, когда он доберется до Железного Дворца. Отворю какой-нибудь проход, окажу какую-нибудь поддержку. Сделаю еще что-нибудь полезное… для моего второго сына!

Какое-то время Хеби и Кентаро переглядывались, как бы пытаясь понять, кто из них должен запретить старику этот безумный поступок… или благословить его на выбранном пути.

– Что ты думаешь, Дух? – спросил наконец Хеби.

– Мой господин, это ведь ты…

– Ой, да я знаю, что ты скажешь! Отличная отговорка Духа. «Я – инструмент! Я – слуга! Не мне решать, оценивать…» Да чтоб тебя! Когда ты спас мне жизнь во Дворце над Водой, то принял решение сам, в доли секунды, и никаких проблем тебе это не доставило! Когда ты их спас в Воротах Сна, то тоже сам решил обнажить меч! А тут вдруг ты опять только инструмент и оружие, да? Так вот нет, Кентаро, больше нет. Ты теперь член нашей семьи. И у тебя есть право голоса.

Дух серьезно призадумался. Он понимал, что для блага Осу и Акинобу должен категорически запретить старику эту поездку. Догадывался, что у доброты Нобунаги двойное дно и Осу может просто не выжить в замке. Его могли ждать там неволя, мука, смерть…

Но в конечном счете он принял иное решение – не то, которое, как считал, обязан был принять.

Жажда мести перевесила привязанность к новой семье.

– Если Осу желает поехать, мы не можем ему этого запретить, – изрек он наконец.

Хеби снова кивнул:

– Если так говорит Дух и если ты этого желаешь, брат, то я не могу тебе этого запретить. Вечером скажу Торе, что у меня есть для нее первый кандидат. Акинобу мы скажем обо всем непосредственно перед твоим отъездом. Когда будешь уже там, на месте, будь очень осторожен. Присматривайся, прислушивайся. Кто знает, что замышляет Нобунага? И не погубит ли всех нас то, что он задумал?

Приготовление супа из жабы кутангу требовало большой точности, терпения и ловкости. Ничего сложного не было в том, чтобы бросить овощи и кунжут в кипяток или влить туда же соевый соус – но сама жаба была настоящим вызовом для кулинара.

Кутангу были видом больших жаб, населяющих болота и поймы крупных рек. Трудные условия жизни потребовали от амфибии адаптироваться, чтобы защищаться от хищников. И в этом отношении жабы кутангу, судя по всему, значительно перегнали остальных своих зеленых братьев – их мясо было исключительно питательным, его употребление гарантировало здоровье и жизненные силы, необходимые для путешествий или долгих периодов без сна. Знали об этом хищники, что нападали на кутангу в периоды бескормицы или во время миграций; со временем же и люди стали ценить достоинства квакающих жителей пойм.

Вот только у самих кутангу был на этот случай, что называется, туз в рукаве.

Подвергшаяся нападению и раненая жаба инстинктивно разливала содержимое двух небольших ядовитых желез, расположенных на внутренней стороне черепа, сразу за глазами. Токсин расходился по телу, не только портя вкус, но и отравляя того, кто лакомился мясом жабы. Как животные, так и люди после поедания отравленного мяса погибали в длительной и болезненной агонии.

Несмотря на это, мясо было слишком уж полезным