Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

главной и важнейшей среди них было баттодзюцу, искусство выхватывать оружие в любой ситуации, в любых обстоятельствах. Выхватывать оружие и наносить удар одним и тем же молниеносным движением.

Так что с самого детства Кентаро хватался за оружие, выхватывал его и бил. Прятал обратно, выхватывал снова и снова атаковал. На открытом пространстве и в тесном коридоре. Стоя и на бегу. Переправляясь через глубокую воду и наклоняясь за мечом с высоты конского седла.

Быстрое движение, рукоять в руке, удар.

В любой ситуации, в любых обстоятельствах.

На поле битвы, в коридорах замка. И в большом зале Дворца Тысячи Развлечений.

Нет большего позора, чем погибнуть, не успев достать оружия.

Кентаро качнулся вправо, как будто внезапно ослабел и захотел улечься на бок. Его рука метнулась к ножнам, ладонь нашла рукоять. Блеснула обнаженная сталь, на клинке заплясали блики, когда Дух распростерся на полу. Обычному человеку не пришло бы в голову наносить удар из такой необычной позиции, но Кентаро тренировал этот маневр сотни тысяч раз, готовясь именно к одной этой минуте. Ударил движением руки от самого локтя. Лезвие прошило костяные карты, бутылочки с саке, блюдечки. Шло идеально параллельно поверхности столика… чтобы наконец рассечь пояс и кимоно Мацухори, а потом и его живот, даже не замедлив скорости.

Лицо шомиё изменилось. На смену триумфальной улыбке пришла болезненная гримаса. Воздух наполнился смрадом, когда дымящиеся потроха выскользнули из раны прямо на стол, смешавшись с осколками посуды и кучкой зенов.

Кентаро крутнулся, сменил позицию, теперь он уже был в полуприседе. Лезвие в его руках продолжало двигаться – Дух развернул его пальцами и нанес секущий удар снова, теперь слева направо.

Голова Мацухори рухнула на стол, мягко приземляясь в собственные его потроха.

Все это случилось очень быстро. Заняло один удар сердца… ну, может, два.

– Измена!!! – заорали гвардейцы Мацухори, которые не смогли защитить своего шомиё.

И сразу замолкли, когда в их тела вонзились стрелы. Лучники, до сей минуты скрытые за специально сшитыми шторами, слали стрелу за стрелой, пришпиливая воинов к фреске на стене. Мечи выпали из слабеющих ладоней, панораму Кедо залила кровь.

И еще один залп стрел вылетел из-за штор. Наступило всеобщее замешательство, когда стрелы начали вонзаться в солдат убитого шомиё, валили их на столы, сбивали с ног, прибивали руки к столешницам.

– Ко мне, Хеби! – крикнул Кентаро, вскакивая на ноги и оборачиваясь к залу. Рыжеволосый метнулся к своему охраннику. Как нельзя более вовремя!

Кто-то из овладевших собой после первоначального шока солдат прыгнул вперед, выхватывая катану. Дух заслонил хозяина собственным телом, ударил мечом наискось, снизу вверх, одновременно уходя с линии атаки.

Брызнула кровь. Солдат покачнулся, выпустил оружие из слабеющих пальцев и рухнул на один из столов, разбросав с него кости и собранные зены.

Однако у Кентаро не было времени восхищаться своим кровавым шедевром. Атаковали уже следующие, а ему нужно было защитить своего хозяина. Стрелы пронизывали воздух, то попадая в цель, то нет, но представляя серьезную помеху для обеих сторон.

– За мной, вставай за мной!

Хеби выполнил приказ Духа, а тот отбивал очередные удары; уклонился от следующего, нанес низкий контрудар коротко, с локтя. Сталь рассекла кимоно врага, из подмышки ударил карминовый гейзер. Второй противник атаковал высоким вертикальным взмахом. Левая ладонь Кентаро отпустила рукоять меча, оттолкнула Хеби в сторону; одновременно Дух вывернул правое запястье, рубанул высоко.

Отрубленные ладони, все еще сжимающие меч врага, рухнули на деревянный пол. Враг хотел крикнуть, но не смог – выпущенная из-за шторы стрела пробила ему горло, заглушив любые звуки.

Стражники Дворца Тысячи Развлечений также не скучали – одни, скрытые за шторами, все еще били по врагам из луков. Другие схватились за мечи, сошлись в бою в главном зале, третьи же разбежались по боковым комнатам в поисках тех солдат, что забавлялись с куртизанками. Двери распахивались, девушек отталкивали в сторону, а не ожидавших нападения воинов прикалывали к постелям или перерезали им горло. Буквально за минуту веселье превратилось в настоящую оргию убийств.

Еще двое налетели на Духа, атаковали одновременно справа и слева. Не ожидали, однако, что Кентаро настолько быстр – намного быстрей обычного человека! Одного из атакующих он сбил подсечкой на пол, второго убил высоким прямым выпадом. Перехват меча, удар – и поднимающийся воин рухнул обратно с разрубленной грудью.

Дух окинул взглядом зал – бой угасал. Последние стражники добивали воинов Нобунаги. Везде валялись трупы, пол был залит кровью. Между обломками подносов и осколками посуды лежали отрубленные руки и ноги; встречались и головы. Смертельно раненные стонали, ползли среди собственных внутренностей к выходу или жалобно протягивали руки. Смерти они просили или пощады – понять было невозможно.

Кентаро стряхнул кровь с меча, но пока не стал прятать оружие. Руки и лицо его были скользкими от крови, а когда-то белое кимоно теперь покрывали красные пятна. Он обернулся к Хеби:

– Ты жив, господин мой?

– Да, благодаря тебе!

– Это еще не конец.

– Я знаю. Это будет долгая ночь.

Грохот снаружи! Залпы! Это стрелки с ружьями вслепую стреляли внутрь здания – пули прошивали бумажные раздвижные двери, впивались в дерево колонн и стен, разнося их в щепки!

Кентаро и Хеби бросились на пол, одновременно лучники выскочили из-за штор и пустили во двор несколько стрел. Дух прополз между трупами и умирающими до самого выхода, выглянул наружу.

Полтора-два десятка стрелков перезаряжали свое оружие. Еще несколько, прикрывая товарищей, стояли с ружьями наперевес, целясь внутрь Дворца. Эффект неожиданности явно уже прошел, хотя асигару наверняка не представляли себе, что же, собственно, случилось.

– Господин! Господин Мацухори! – закричал один из них. – Если ты жив, выйди к нам! Убьем этих негодяев!

Остальные закончили заряжать оружие.

– Подготовить защиту так, как мы тренировались! – бросил Дух своим людям. – Лучники, прикрывать нас!

Слуги и куртизанки уже бежали со сколоченными из досок щитами. Одни стражники хватали их в обе руки, другие строились за их спинами с луками или мечами, готовые к атаке.

Кентаро знал, что массированного обстрела щиты не выдержат, но одну-две пули на себя они должны были принять.

А больше им и не нужно было. Один удар сердца, может, два – больше ничего.

– Наши?.. – спросил он у ближайшего стражника.

– Они наверху, ждут нашего знака, – ответил тот.

– Отлично. Ну, давайте дадим его.

Они вылетели наружу. Первыми – стражники с деревянными щитами, а сразу за их спинами – вооруженные гвардейцы Хеби.

Грохнули ружья, пули засвистели в воздухе. Одни застряли в толстом дереве щитов, другие пробили их, сбивая с ног скрытых за ними людей. Залп разнесся по двору раскатом грома. А потом сверкнули мечи.

Кентаро выскочил из-за спины своего щитоносца, прыгнул к ближайшему асигару, рубанул дважды. Меч вычертил в воздухе кровавый убийственный крест. Оборот, очередной удар – стрелок попытался заслониться ружьем. Напрасно! Катана прошла через дерево и сталь как через сухие веточки, разрубила мужчину сверху вниз почти идеально вертикальным ударом.

Стрелки, совершенно безоружные с разряженным оружием, не успевали дотянуться до висящих на боку вакидзаси. Они быстро гибли под ударами стражников Дворца. Кровь залила траву, полилась в пруд, к разноцветным карпам. Солдаты отступили к воротам, но бой еще не кончился.

Никто не должен был уйти с территории живым, никто не