Знаменосец забытого бога 2 - Юрий Ра

Олимпиада кончилась, баки забивать нужды теперь нет. А по поводу пользы от такого время препровождения физиологи не едины в мнениях. Зарядка утром никакая не зарядка, а стресс для организма. Он после ночи с силами собирается, завтрак переваривает, а ему дополнительная нагрузка сверху – хренак!

- Ну-ка, не выражайся в классе!

- Так я мысль выразил максимально чётко. Как вы сказали, как классики советской литературы учат. – Классная попыталась возразить, но Тимур движением ладони отмёл её неозвученный аргумент. Маяковский плевать хотел на богатство русского языка. Когда ему слов не хватало, он новые сочинял. Я чем хуже?

- Да, Чирков, посмешил! Чем ты хуже Маяковского? Да всем ты хуже. От гениальный советский революционный поэт, а ты никто. Или возразить есть что?

- Никто как раз он. – Тимур проигнорировал гул в классе и продолжил. – Он мертвец и уже сгнил давно. Мало того, что жил в открытую с любовницей и её мужем в одной квартире, так еще и застрелился как слабак. И детей не оставил. А стихи, да, стихи хорошие. Они нас учат не смотреть на авторитеты и идти в творчестве своей дорогой.

- Ну, знаешь. Если бы я преподавала литературу, ты бы получил двойку за год за такие слова.

- Ой, я так и понял. У вас мне вообще больше трояка не получить, даже не буду париться по этому поводу.

- Очень зря. Как твой классный руководитель летом я донесу до педагогического коллектива, что такому ученику не место в девятом классе.

- Ага, слава богу, что у нас заявительная схема зачисления в девятый класс, а не состязательная. При вашем предвзятом отношении это было бы печально. Жаль, что в советской школе еще встречаются порой такие педагоги.

- Вон из класса! Я сказала, немедленно вон!

- А вы еще ударьте меня линейкой! Я ж говорю, педагог из вас так себе.

- Ладно, так, значит? После урока вместе пойдем к директору, ему расскажешь, какой я педагог.

- Лады. Свидетелей будем брать с собой? – Тимур окинул плавным жестом одноклассников. – Чтоб подтвердили вашу угрозу по поводу девятого класса.

Тимур не волновался по этому поводу совершенно, вести переговоры под прессингом не то, чего должен бояться руководитель его уровня. То есть, уровня Василия, бывшего начальника отдела закупок крупной компании. Под пистолетом переговоров не вёл, но с полукриминальными элементами и следователями общаться приходилось. И те, и другие примерно одинаково вели себя, уверенные в своей силе и праве диктовать условия. Ага, так все под них и прогнулись. Помимо их хотелок есть понятия, закон, другие игроки в почти правовом поле, более похожем на Поле Чудес. Не то, которое в телепередаче, а в Стране Дураков.

Директор школы в сравнении с иным майором просто душка. Он изящно сыграл в доброго полицейского и одновременно всеведущего начальника злого полицейского, которого то одёргивает, то направляет. Алла и Ванна тоже не вырвалась за рамки своего амплуа. «Что, Чирик, по браслетам соскучился? Давно на киче не парился?!» - примерно так слышались Тимуру её тирады. Так и хотелось заявить, что без своего адвоката Сола Гудмана он давать показания не будет. Единственным, что не вписывалось в картину допроса, был один нюанс. На допросах в полиции жертвы всё-таки сидят на стульях, а вот так «на стояк» - никогда. Если Тимур не перепутал, так допрашивали только на картине Йогансона «Допрос коммунистов». Её недавно разбирали на уроке.

Но Чиркова сейчас расстреливать не будут, и Гудман был бы лишним, Тимур сам себе адвокат. Тем более, что сдержанный Олег Ольгертович в конце концов единолично взялся вести допрос подозреваемого:

- Ты оскорблял свою классную руководительницу?

- Нет. На её угрозу помешать моему переходу в девятый класс я заявил, что это непедагогично. Я что-то не так сказал?

- Хм. И больше ничего не говорил такого?

- Каюсь, обвинил в предвзятом отношении к себе.

- Обвинил учителя, да уж. Тимур, по остальным предметам ты вполне успеваешь, с дисциплиной проблем уже нет. Может, тебе в параллельный класс перевестись?

- Почему именно мне? У нас буквально на пустом месте возник личный конфликт. Может, я где-то проявил юношеский максимализм, но со стороны учителя налицо явный непрофессионализм.

- А тебе не кажется, что у тебя нос не дорос судить о таком? – Всё-таки вклинилась училка.

- Если человеку кажется, что ему некомфортно, то ему некомфортно по определению. Если я как ученик задумываюсь о профессионализме своего учителя, значит что-то не так в учебном процессе. Когда всё хорошо, ученик вообще не должен замечать, как с него снимают стружку, вытачивая достойного члена общества.

- Какой стиль! Чирков, ты рассказы писать не пробовал?

- Мне нельзя, я спортсмен. Лишние мысли отвлекают от спортивных результатов.

- Даже так. Чем занимаешься?

- Стрельба из лука, есть перспективы, говорят. – Кто так говорит, Тимур не стал уточнять, чтоб уж совсем не завраться.

- Вот видите, Алла Ивановна, какой в вашем классе достойный ученик вырос. А вы себя корите, что уделяли ему недостаточное внимание. Наговариваете вы на себя.

Тимур чуть не подавился от такой трактовки слов классной, но взял себя в руки. В самом деле, сколько до конца учебного года осталось, всего пять! Пять месяцев они друг друга потерпят, сохраняя вооружённый нейтралитет.

- Вы, Алла и Ванна, уж извините меня за резкость, давайте дальше как-то мирно жить. – Решил сгладить ситуацию попаданец. Иногда надо дать возможность поверженному противнику сохранить лицо, а не топить его окончательно.

- Это ты так прощения попросил, Чирков? Неубедительно. – Учительница приняла вежливость за слабость? Многие путают, что характерно.

- Иного извинения вы сейчас не дождётесь. Тем более, что ваших извинений я не услышал.

- Что?! Ну это уже хамство! – Алла Ивановна вскочила со стула.

- Да, Тимур, ты слегка перебарщиваешь. Кто она, и кто ты.

- Мы граждане Страны Советов, Моя классная руководительница как старший и опытный наставник должна показывать пример выдержки, а не истерить по любому поводу. Не так разве? – Даже мы поняли, что Тимур перегнул палку, директор школы это тоже осознал.

- Вот теперь я совершенно точно представляю, что произошло в классе! Один умничает, другая слюной брызгает! Достали! И зачем мне этот цирк с конями сдался? Да лучше бы я согласился на музыкальную школу! Там люди искусства, наверняка они спокойнее. – Сыграно было достаточно тонко, так что было непонятно,