Кадетка 73. На практике у маршалов - Тина Солнечная

— Союза? Это смешно, учитывая, что ты мне не доверяешь.

Я не стал отвечать сразу.

Потому что в её словах была правда.

Я не доверял.

Но уже не знал, что именно во мне говорило это — разум или страх.

Потому что, чёрт возьми, я больше не мог видеть, как она идёт в бой.

Не мог представить, что её тело, к которому я только что прикасался, будет снова в опасности.

Не мог вынести даже мысли, что её взгляд потухнет навсегда.

Нет.

Я больше не мог позволить ей быть боевым кадетом.

— Ты права. — Я вздохнул, проведя рукой по лицу. — Ты должна быть там, где нужна больше всего.

Она нахмурилась, не сразу понимая смысл моих слов.

— О чём ты?

Я взглянул на неё пристально.

— Ты будешь работать в медблоке.

Она застыла.

— Что?

— Ты не пойдёшь в бой снова.

Я видел, как в её взгляде мелькнуло что-то — сначала удивление, затем благодарность, а потом… непонимание.

— Почему?

Я снова наклонился ближе, оставляя между нами минимальное расстояние, позволяя ей ощутить моё дыхание на своей коже.

— Потому что я не позволю тебе умереть.

Её глаза расширились, но я не дал ей заговорить, развернувшись и ушел, оставив её наедине с мыслями.

Мия Хейс

— Ну наконец-то, Хейс! — голос Кайла, полный преувеличенного облегчения, встретил меня ещё на пороге.

Я едва успела ступить в медблок, как на меня тут же навалилась волна живого шума и дружеских подколок.

— А мы уж думали, что тебя опять куда-то забрали маршалы, и нам снова придётся отбивать тебя из лап боевого флота, — хмыкнул Лиам, поправляя медицинский планшет в руках.

— Я уже официально здесь, так что можете выдохнуть, — я улыбнулась, чувствуя, как внутри что-то расслабляется.

— Так-то оно так, но ты слишком популярна, Мия. Сначала маршалы никак от тебя не отлипнут, теперь официальные переводы в медблок, а что дальше? Может, в Совет Альянса тебя пригласят?

Я закатила глаза и села за один из рабочих столов.

— Может, для разнообразия дадите мне поработать?

— Ну уж нет, сначала торжественное посвящение в штатные кадеты медблока! — Кайл склонился ко мне с загадочной улыбкой.

Я подозрительно сузила глаза.

— И что оно предполагает?

Лиам сделал многозначительное лицо и торжественно протянул мне маленький контейнер.

— Прими нашу священную дань.

Я приподняла крышку.

Торт.

Маленький, но явно свежий и ароматный кусочек шоколадного торта.

— Вы шутите?

— Нет. У нас с Лиамом есть традиция. Любой новый член команды получает от нас торт. И если ты его не съешь, тебя вычеркнут из списка живых, таковы правила.

Я хмыкнула, но улыбка не сходила с губ.

— Ладно, уговорили.

Я откусила кусочек, наслаждаясь вкусом, а медики радостно одобрительно закивали.

Так прошло моё первое официальное утро в медблоке.

* * *

Дни шли, и работа в медблоке поглощала меня полностью.

Теперь я не просто приходила в гости — я работала.

Атмосфера здесь разительно отличалась от напряжённой и строгой обстановки мостика или оружейных отсеков.

Кайл и Лиам постоянно шутили, вовлекали меня в споры о лекарствах, проводили дополнительные занятия.

— Кайл, объясни мне, почему ты ведёшь записи вручную, если можно просто продиктовать отчёт ИИ? — я с любопытством наблюдала, как он что-то записывал в электронный блокнот.

— Потому что я, в отличие от вас, кадетов, старомоден. И ещё потому что ИИ может зависнуть, а мои записи — никогда.

— Ну да, зато твой почерк может свести с ума любого декодировщика.

— Хочешь сказать, что ты не умеешь разбирать каракули?

— Ты называешь это каракулями? Это коды древних цивилизаций!

Мы расхохотались, и Лиам, проходя мимо, покачал головой.

— Я смотрю, у вас тут новый уровень доверия, а ну-ка работайте, а не флиртуйте!

— Это не флирт, это профессиональное взаимодействие! — Кайл откинулся на спинку кресла.

— Ну да, конечно.

Я улыбнулась.

Они принимали меня, как свою.

И это было приятно.

Но даже среди этого уюта и дружеских подколок где-то внутри меня что-то изменилось.

После того поцелуя с Дейном…

После того, как он смотрел на меня.

После того, как сказал, что не позволит мне умереть.

Я больше не понимала, что между нами происходит.

Или почему меня так тянуло к нему.

Или к Алеку.

Но с другой стороны…

Они больше не прожигали меня взглядами.

Перестали появляться там, где я находилась.

И я не знала, радоваться этому или злиться.

Почему это вообще волновало меня?

Я не знала.

Вечером, уже в своей каюте, я открыла коммуникатор и внезапно увидела новое уведомление.

«Внешние связи возобновлены.»

Я моргнула, перечитывая.

Меня снова разблокировали?

Это было… приятно.

Даже неосознанно я ощущала дискомфорт от того, что была отрезана от внешнего мира.

Теперь я снова могла связаться с друзьями, узнать новости.

Я тут же открыла сообщения.

Лина.

«Ты скоро вернёшься! Мой отец в этом уверен! Альянс уже готовит твой перевод. Скоро маршалы не смогут тебя удерживать.»

Я почувствовала, как внутри что-то болезненно сжалось.

Я уеду?

Я должна была радоваться. Но почему-то уезжать от этих двоих не хотелось. Мы, словно не прояснили все до конца.

И, наверное, я радовалась бы… если бы не странное чувство, поселившееся внутри.

Но прежде чем я успела хоть что-то осознать, по кораблю раздался сигнал тревоги.

Я вздрогнула.

Через секунду тревога резко оборвалась, сменившись привычным уведомлением.

«Кадет Мия Хейс, немедленно явитесь на капитанский мостик.»

Я замерла.

Не Хейсон.

Хейс.

Впервые за всё это время система назвала меня по-настоящему.

Что-то изменилось.

Сердце глухо застучало в груди.

Я глубоко вдохнула и вышла из каюты.

Я вошла на мостик, ощущая, как в груди растёт холодное напряжение.

Офицеры.

Оба маршала.

И перед ними…

Девушка.

Стройная, светловолосая, с высоко поднятой головой и уверенной улыбкой.

Она смерила меня оценивающим взглядом, затем сложила руки на груди и хмыкнула.

— Так вот кого вы выдавали за меня все это время.

Я едва сглотнула.

Она…

Настоящая Миа Хейсон.

И прежде чем я успела сказать хоть слово, она бросила с улыбкой:

— Благодаря тебе у меня не один муж, а целых три. Даже не представляю, что ты пережила за это время, но все позади. Если они хоть пальцем к тебе притронулись, я помогу тебе привлечь всех к ответственности.

Я замерла.

Всё внутри похолодело.

Что…