Попал – не пропал. Книга 5 - Ринат Камильевич Назипов

Из магазина я вышел только через полтора часа, практически его опустошив. Недаром, после моего ухода на дверях появилась табличка, что магазин закрыт. Ну да, пришлось немного побаловаться магией, повлияв на сотрудников магазина, чтобы они не обращали внимания на мои, исчезающие неведомо куда, покупки. Следующей мой жертвой стал магазин «Пиво — воды», где я затарился всеми имеющимися в наличии соками, газировкой, винами и коньяком, тем самым — армянским, ну и несколько ящиков пива прихватил. В общем, весь рабочий день я ходил по магазинам, скупая всё, до чего мог добраться. Деньги, конечно, исчезали с огромной скоростью, но иметь запасы натуральных продуктов для меня важнее каких-то там бумажек. А вот на рынок я не пошёл. Во-первых, там слишком много народа и всем глаза не отведёшь, а, во-вторых, зачем ходить по рынкам самому, если можно припрячь местных, что я, в принципе и сделал, просто подозвав одно из своих сопровождающих, чем очень сильно его удивил, выдал ему пачку купюр и попросил метнуться до ближайшего рынка и купить мне сала, самого обыкновенного солёного сала, а если будет, то и копчёного. Парень нехотя, но всё же отправился по моему поручению, видать задача у них стояла никак себя не выдавать, а просто наблюдать за мной и осуществлять, скажем так, официальную поддержку, в критической ситуации с местными властями. Но, раз уж я их раскрыл, то помогать, в меру, так сказать, сил и возможностей.

В гостиницу я вернулся уже вечером, где-то часов в восемь и там меня уже дожидался Воронов, невесёлый Воронов.

— Ну, чем обрадуешь, Николаич? — улыбаясь спросил я.

— Нечем мне тебя обрадовать, Руслан. О встрече с Лаврентием Палычем Меркулов ещё не разговаривал, сначала хочет сам с тобой побеседовать, а там уже и определится. Если честно, то не нравится мне это, очень сильно не нравится.

— Знаешь, Николаич, а ведь я чего-то такого и ожидал.

— Почему?

— Да мутный он какой-то, твой начальник. Ты знаешь, после смерти Сталина, очень многих его людей, по приказу Хрущёва, арестовали и судили. Многих, очень многих, расстреляли. Спустя полвека, была большая компания по реабилитации. Например, того же Судоплатова, полностью реабилитировали, вернули звание и награды, Абакумова реабилитировали частично, заменив расстрел на срок. Всего я, конечно, не знаю, но то, что реабилитировали очень многих, это точно, помню, какой тогда вой в либеральной тусовке стоял, а вот Меркулову в реабилитации было отказано, полностью. Что-то это ведь должно значить?

— Судоплатова судили? Павла Анатольевича⁈

— Ага, пятнадцать лет зоны. Он там несколько инфарктов получил и глаза лишился.

— А я?

— Илья Николаевич, извини, но ты слишком мелкая сошка, чтобы о тебе в СМИ упоминали. Но, учитывая твою близость и к Абакумову, и к Меркулову, боюсь, что Судьба к тебе благосклонной не была. — какое-то время Воронов молчал, а потом заявил.

— Я сам к Берии пойду. Лаврентий Палыч о нашем Управлении знает и думаю, если я запишусь к нему на приём, то не откажет.

— Ну, попытка не пытка, попробуй, а Меркулову скажи, что я не буду с ним разговаривать. И, да, Николаич, не в службу, а в дружбу, найди мне в Москве какой-нибудь домик с участком. Чувствую, в столице мне бывать придётся часто, не хочу по гостиницам скитаться — своё жильё оно и есть своё.

— Домик я тебе поищу, но ты ведь понимаешь, что он будет под самым пристальным наблюдением?

— Конечно понимаю и никаких проблем в этом не вижу.

— А вот на счёт Меркулова… могут возникнуть эксцессы.

— Это уже проблемы… но не мои, а Меркулова. Я сказал ясно и чётко — разговаривать буду только с Берией или со Сталиным, хотя… с Судоплатовым тоже не отказался бы.

— С Павлом Анатольевичем⁈ Я с ним, буквально, на днях виделся…

— Ладно, что там с вашим инопланетянином, когда я смогу с ним пообщаться?

— Завтра в девять за тобой заедет машина и отвезёт в… в общем, отвезёт на место встречи. Там будут наши люди и при вашем разговоре они тоже будут присутствовать. Извини, но такие правила.

— Да не проблема, всё равно никто ничего не поймёт, вы же ещё не выучили «общий»? Это язык Содружества. — пояснил я.

— Пытались тут… пара энтузиастов, но ничего не вышло, очень сложный язык, а многим определениям ни в одном языке Земли вообще аналогов нет. А ты, значит, и на их языке говоришь?

— Конечно, а как бы я, иначе, там жил. Вот только я его не учил, есть такая технология в Содружестве — загружает знания языка прямо в мозг. Да, кстати, предупреди своих, чтобы ничему не удивлялись, как говорится, морду тяпкой и, якобы, всё так и должно быть. Безопасность вашего «клиента» гарантирую.

Глава 9

Глава 9.

Ровно в девять утра, к центральному входу гостиницы, подкатила белая «Победа»… с шашечками. Сначала я немного растерялся, но когда увидел за рулём автомобиля знакомое лицо капитана МГБ Лапина, того самого, что в своё время засунул меня в камеру. Интересно, а Воронов ему сказал, кого он тут должен забрать, или приготовил подчинённому сюрприз?

— Привет, капитан. Как твоё ничего?

— Ну и гад же ты… Найдёнов! Я тут себе все ноги стёр, до самой развилки, бегая в твоих поисках по Москве, а ты значит на югах прохлаждаешься. — неловко улыбнувшись ответил Лапин. — Руслан, ты это… прости меня, я же не знал кто ты и откуда, думал простой пацан… попутавший берега, вот и решил немного тебя проучить… а проучил себя.

— Забыли, капитан. Кстати, как тебя по имени-отчеству?

— Сергей Павлович я. Но, как я понял, ты много старше чем выглядишь, так что, можно просто, Сергей.

— Хорошо, просто Сергей, куда едем? На Лубянку? Э-э-э… Площадь Дзержинского?

— Нет, после твоих откровений «объект» переселили на… другой «объект». — Лапин хохотнул. — Да тут недалеко, ближнее, можно сказать, Подмосковье. Часа за два доберёмся, так что, если не выспался, то можешь немного кемарнуть.

Ну, на счёт «ближнего Подмосковья» Лапин немного приврал, потому как уехали мы в какую-то Тьмутаракань, при этом передвигаясь, явно, избегая основных дорог и двигаясь, в основном, по всяким просёлкам, да и остановились чуть-ли не в лесу.

— Дальше придётся пешком. — чуть виновато пояснил капитан. — Но