Ты обязательно выживешь. Том 1 - Николай Николаевич Новиков

Второе лежало чуть дальше. Третье рядом. Я видел группы людей, лежащих вместе. Видел вот-вот погибших, ещё не обугленных до костей. Возможно, если не показалось — слышал завывания откуда-то с другого конца деревни.

Хотелось блевать. Честно.

Не знаю, как Сахарок держалась. Она продолжала идти вперёд, и даже не водила стеклянными, будто отрешёнными глазами — только вперёд, только ближе к выходу. Она даже шаг ускорила! Впрочем… я её понимаю.

Здесь трудно находиться.

*Вж-ж-жум-м-м!', — и раздался визг дронов.

«А вот и наш последний враг…», — не отрываясь смотрю на механизмы с винтами.

Сразу два аппарата вынырнули из-за крыш и зависли над улицей. Я встал, а Бенджамин ткнулся в мою ногу носом и тоже замер, выключая хрюкающую функцию.

Дроны висели, гудели, и снизу у каждого поблёскивала камера. Повисло напряжение.

Вдруг им плевать на плащ? Вдруг видят иначе? Это инопланетные технологии, нахрен! Или есть тепловое зрение?

Я задержал дыхание. Даже не специально, а будто пытаясь резко охладиться.

Ближний дрон качнулся, завис прямо над Сахарком, опустившись почти к её лицу. Она тоже застыла.

Секунда. Две.

«Ну же…», — молю я неизвестно кого, — «Ну давай уже, улетай, ты тупая жужжащая консерва!»

Три.

Свист, и оба рванули обратно за крыши! Гудение стихло.

— Вху-у-у… — выдыхает девушка.

Я последовал примеру. Я следом — таким длинным выдохом, что Бенджамин покосился с видом «ты вообще в порядке бро?».

Не в порядке, хрюшка… не в порядке.

— Идём, — говорю тихо я.

Мы направились вперёд. Чем дальше по деревне — тем больше тел. Я перестал их считать где-то на восьмом и просто смотрел под ноги. Спустя время и вовсе уже дышал через зубы, моргал чаще чем надо, и где-то под конец поймал себя на том, что слегка покачиваюсь.

Сундуки мелькали между горящих стен — стоят, родимые, никуда не делись. Я смотрел на каждый с искренней печалью и шёл мимо. Неразрушимые, да. Лут внутри целёхонький, да. Но вытащить это из горящего здания голыми руками за оставшееся время? Ну нет конечно, я же пока не супермен.

«Выход», — пытался отвлечься я от ада наяву, — «Выход, выход, выход! Сегодня уже только выход!»

Улица расширилась, дома расступились, и мы вышли в центр прямо к аномальной башне — стеклянной высотке под углом.

«А вот и ты».

За гандоном далеко ходить не пришлось.

Худой, с кругами под глазами, след верёвки на шее — тот самый псих из Серой Комнаты, который что-то нёс про бога и ушёл первым. Он стоял у основания высотки, а перед ним в воздухе лениво крутились два огненных шара.

Ну… вот и финишная прямая.

Сахарок шла ровно, не останавливаясь. Молодец. Я тихо взял чуть в сторону — подальше от неё, чтобы не маячить рядом с единственным видимым человеком на площади.

Без оружия. С кабаном между ногами. И весь горящий лут у девочки-полторашки.

Бог, если слышишь — не смейся и помоги. Ведь сейчас у меня дела ОЧЕНЬ быстро могут стать патовыми!

Как только Повешенный наклонил голову и посмотрел своими тёмными глазами прямо на девушку, Сахарок остановилась. Тлеющая кожа, глаза с оранжевым отблеском, технологичный ободок на голове чуть мерцает — пиромант явно изменился с нашей встречи. Разожрался сфер, урод.

Я чуть сдвинулся в сторону и сжал пальцы, пытаясь нащупать нож. А… точно.

Пу-пу…

— Помню тебя, — говорит он наконец, — Та, что кинула группу! Откуда идёшь?

— С леса.

— С какого?

— С зелёного, — не моргнула она, — Ты дохрена здесь лесов видел? Он один!

Дроны чуть качнулись — все трое, одновременно и по приказу. Повешенный разглядывал Сахарка с таким видом, будто уже почти сложил что-то у себя в голове, но последний кусочек ещё не встал на место.

Повешенный смотрел на рюкзаки. На оба. Долго.

Блин… блин, жопа сжимается.

— Много, — говорит он, — Откуда столько?

— Гоблины. Монстры всякие, их тут везде полно.

— Убивала?.., — он будто выплюнул сквозь зубы, а огненные шары крутились чуть быстрее.

— Да, — говорит она ровно, — Монстров — да. А что, нельзя было сражаться за жизнь?

Повешенный нахмурился, и я в этот момент уже был в паре шагов от него, подбираясь по сантиметру и мысленно умоляя Бенджамина не хрюкать. Хрюндель держался.

Ветерок гулял по площади. Где-то за спиной трещало горящее дерево, огненные шары тихо гудели, и всё это вместе было бы почти умиротворяющим, если бы не ситуация, в которой я оказался.

И стоило оказаться на расстоянии рывка от жертвы…

Как повешенный вдруг медленно обернулся — не к Сахарку, а в сторону, куда-то в воздух, водя взглядом по площади. Он искал что-то!

Или кого-то.

— Нет. Не верю, — прошептал он.

И Повешенный резко взмахивает руками! Огонь рванул со всех сторон сразу, стены пламени поднялись кольцом вокруг Сахарка, залив всю площадь жаром, и я прыгнул в сторону от огненной тропы!

Но плащ зацепился, дёрнулся и слетел.

— Хрю-у-у! — взвизгнул Бенджамин, скрываясь от меня за стеной пламени.

Я группируюсь и ловко подскакиваю!

Пламя не утихало. Стены огня стояли плотно, и когда Повешенный повернулся ко мне — вспыхнули ярче, будто в ответ на эмоции. Лицо у него перекосило ТАК сильно, что я уже прекрасно понимал свою судьбу.

«Хм?..», — вижу краем глаза как Сахарок взбирается на горящие руины, пытаясь занять возвышенность.

— Я знал, что ты придёшь, — цедит он, — Так и знал, что эта мразь пошла за тобой! Вы, два…

— Слушай, — говорю я, покосившись на стену огня, за которой где-то была Сахарок со ВСЕМ моим оружием, — Ты стоишь у выхода. Ты же это понимаешь, да? Тогда зачем всё это? — вздыхаю, — Ну дай ты людям выйти! И сам вали, немного времени осталось.

— Миссия, — говорит он просто.

Я уже примерно понимал куда это идёт, но всё равно вздохнул.

— … — молчу.

— Я сделал это с собой, потому что хотел встретить Бога, — говорит он ровно и без надрыва, как будто объясняет очевидное, — Думал, что если умру — найду Его здесь. Встречу наконец. И спрошу… — он потирает шрам на шее, — Как он так проебался, создав таких тварей!

— …