Семь снежных ночей - Цан Юэ

место. Они цеплялись за ветви и гроздьями свисали над зеркальной гладью. Кроны деревьев спускались к самой воде, и там среди других лекарственных трав пышно цвели белые колокольчики купены.

Подобная картина не была редкостью в густых лесах на землях народа мяо, но здесь, в Долине, среди снегов, вызывала изумление.

Когда Сюэ Цзые со вздохом очнулась, перед ней порхала серебристо-белая, будто светящаяся бабочка, похожая на изящную снежинку.

Женщина лежала в тёплой воде, а в воздухе витал прохладный аромат благовоний. Сюэ Цзые пошевелилась и попыталась вспомнить, что привело её в горячий источник Летнего павильона.

– О, пришла в себя? – Перед ней вдруг возникло широко улыбающееся лицо, и Хо Чжаньбай наклонился поближе. – Быстрее пей лекарство!

Сюэ Цзые ахнула и влепила ему пощёчину, прячась поглубже в воду.

– Убирайся!

Хо Чжаньбай от неожиданности выпустил из рук чашку с горячим лекарством и вскрикнул, ошпарившись.

– А-Хун! Лю-эр! – Сюэ Цзые погрузилась как могла глубоко. – Да вы там умерли, что ли, все?! Почему больной бродит где ему вздумается?

– Госпожа, вы наконец пришли в себя? – Сяо Цзин чуть не плакала от радости, выйдя из павильона на берегу. – Упали в обморок в библиотеке! Все перепугались до смерти… Они сейчас ушли работать в саду и готовить лекарства – где уж тут присматривать за больными?

Понемногу вспоминая события в библиотеке, Сюэ Цзые смягчилась.

– Пустяки, не из-за чего шум поднимать. Как давно я потеряла сознание? – Она захотела выйти из воды и жестом приказала сяо Цзин принести белый халат.

– Прошло больше суток. – Хо Чжаньбай нахмурился, а Снежный Ястреб подлетел к берегу и бросил у кромки воды одеяние из фиолетового шёлка. – Все переволновались за тебя.

– О. – Она неловко улыбнулась. – Ну, так просто я не умру.

– Считаешь себя бессмертной? – разозлился Хо Чжаньбай. Эта женщина действительно ничего не поняла. – Тётушка Нин сказала, если бы я не успел разогнать твою кровь, ты могла бы умереть! Не хвались своей стойкостью!

Сюэ Цзые потупилась: она знала, что искусство врачевания тётушки Нин не слишком уступает её собственному.

– Ладно-ладно, понимаю, к чему ты клонишь: раз ты меня спас, значит, теперь должен чуть меньше, да? – Сюэ Цзые насмешливо улыбнулась, пытаясь сменить тему.

– Да плевать мне на эти шестьсот тысяч! Я говорю, тебе надо…

Перебив Хо Чжаньбая, Сюэ Цзые указала на дверь:

– Хорошо-хорошо. А теперь уходи! Мне надо одеться!

Он с горечью вздохнул и пошёл было к выходу, но напоследок всё же обернулся и сказал:

– Я просто говорю, чтобы ты в следующий раз…

– Опять смотришь! – Хо Чжаньбай успел отпрыгнуть, и курильница раскололась там, где только что была его нога. – Возвращайся в Зимний павильон и займись ранами! Я вечером приду – поговорим!

Хо Чжаньбай сердито усмехнулся, развернулся и вышел. Теперь, когда эта сварливая лисица так злилась и бушевала, она нисколько не походила на кроткую красавицу в беде.

Наконец мужчина исчез за воротами. Сюэ Цзые ненадолго задумалась и не спеша встала. Услышав плеск, сяо Цзин поспешила к ней и помогла закутаться в фиолетовое одеяние, а после взяла большой отрез ткани и помогла высушить совершенно мокрые волосы.

Бабочки на ветвях, свисающих к источнику, были потревожены её движениями и разом вспорхнули. Над водой словно взорвался пятицветный фейерверк: жёлтый, красный, синий, белый, чёрный. Сюэ Цзые, наблюдая за бурной и шумной жизнью Летнего павильона, негромко вздохнула. Что же делать? Даже после столь долгих поисков она нашла лишь лекарство, способное продлить жизнь Мо-эра ещё на три месяца… но что она скажет Хо Чжаньбаю потом? Вдобавок так и не нашлось способа без последствий вынуть иглу, которая запечатывала воспоминания Минцзе.

В изнеможении Сюэ Цзые подняла голову, глядя на порхающих над водой пёстрых бабочек, и вдруг страстно позавидовала им: они жили всего год, но не знали ни забот, ни тревог и были очень красивы. Если бы только она могла так же отдаться ветру и позволить унести себя далеко-далеко!

Небо на севере окрасилось в бледно-голубой.

Река Мохэ течёт на самом севере Поднебесной, но что находится к северу от Мохэ?

Когда Сюэ Цзые жила в деревне Мо, то слышала от Сюэ Хуая древнюю легенду: если пересечь ледяную реку, а потом – бескрайнюю заснеженную пустошь, можно добраться до огромного ледяного океана…

Настоящий север. Там всё небо полнится разноцветными огнями… Это похоже на сон: красный, оранжевый, жёлтый, зелёный, синий и фиолетовый цвета. Сменяя друг друга, они плавают над ледяными волнами и отражаются в них.

Сюэ Хуай… Когда нам было по четырнадцать лет, под светом Полярной звезды на берегу реки Мохэ мы пообещали друг другу вместе пересечь пустошь и дойти до самого конца, чтобы увидеть тот сказочный свет. Быть может, ты уже ждёшь меня там, под северным сиянием?

К несчастью, этой бабочке не долететь до ледяного океана.

* * *

Тётушка Нин приготовила лекарство. Выпив его, Сюэ Цзые уже к вечеру почувствовала себя намного лучше: дыхание стало свободнее, пульс выровнялся, а руки и ноги перестали мёрзнуть. Но едва она пришла в себя, как верх взяла привычка не сидеть без дела. Так что, позвав с собой Фэн Лю, Сюэ Цзые направилась с обходом по Долине.

В первую очередь она навестила Хо Чжаньбая в Зимнем павильоне. Мужчина и в самом деле дожидался там её прихода, залечивая раны, как и было сказано. Обнаружив подобное послушание, Сюэ Цзые не посчитала нужным как-то подправлять ход лечения. Она проверила пульс, назначила лекарство, которое помогло бы Хо Чжаньбаю успокоить разум и восстановить ци, и приказала Фэн Лю остаться и позаботиться обо всём.

Поиграв немного со Снежным Ястребом, Сюэ Цзые уже было направилась к выходу, но остановилась на пороге.

– Я начала готовить лекарство для Мо-эра. Понадобится семь дней, так что ты ещё успеешь вернуться. – Она не оборачивалась, и Хо Чжаньбай не видел выражения её лица.

Мужчина был вне себя от радости. К тому времени, как он взял себя в руки, Сюэ Цзые уже исчезла в сумерках среди хлопьев падающего снега.

Она пыталась понять: откуда взялся этот слабый привкус одиночества?

Сюэ Цзые шла через благоухающий сад, полный лекарственных растений, и лампа в её руках блестела, словно слюдяная. Мысли женщины были полны лёгкой печали. На этот раз она сделала всё, что могла. Если и теперь не удастся излечить Мо-эра, придётся смириться.

Последние восемь лет Хо Чжаньбай был тем единственным, кто вносил яркие краски в её однообразную, тоскливую жизнь.

Постепенно Сюэ Цзые начала ждать его очередного появления, хотя, встретившись, они по большей части ссорились, язвили