Титан VIII ранга - Павел Вяч

Он лениво взмахнул рукой, и меня смело волной огня, прожаривая до хрустящей корочки…

Я замычал от боли и, так и не дождавшись, когда снова окажусь в Лабиринте, отрубился.

* * *

Огненные всполохи… чьи-то отдалённые крики… едва слышный шёпот Дона… мелькающие перед глазами образы Вероники и, почему-то, Норта…

При этом меня то и дело обдувало порывами ветра, и как бы я ни старался, у меня не получалось вынырнуть из этого бесконечного круговорота кошмарных видений.

А затем на меня хлынула живительная прохлада.

Несколько минут я просто наслаждался этой свежестью, от которой стихала боль во всём теле, а потом, неожиданно для себя, пришёл в себя.

— Кха!

— Вик! — стоило мне проморгаться, как размытый образ превратился в капитана Морозова. — Очнулся, чертяка!

— Да что со мной будет, — прохрипел я, стараясь не шевелится. — Что случилось?

— Тик Жизни случился, — пояснил Морозов. — Вот что случилось.

— А до этого?

— А до этого я вытащил тебя из той огненной пещеры. И если бы не этот артефакт, — он показал мне рубин, — ты бы там так и остался. Хорошо, что догадался бросить его в коридор. Я бы без него заживо сгорел.

— Я так и подумал, — прикрыл глаза я. — Был не уверен, что смогу выйти оттуда на своих двоих, поэтому и подстраховался.

— И правильно сделал, — кивнул Морозов. — Ты бы себя видел — уголёк, да и только! Я уж думал ты не доживёшь до тика Жизни. Через раз дышал и то едва заметно.

— Тик Жизни — это хорошо, — прошептал я. — Сколько у нас есть времени?

— Ещё пятьдесят две минуты.

— Дай мне полчаса, ладно?

— Без проблем, братка. Восстанавливайся.

Получается на то, чтобы я пришёл в себя, потребовалось восемь минут. Интересно, хватит ли мне оставшегося времени, чтобы полностью восстановиться?

Не откладывая дела в долгий ящик, я принялся гонять силу Жизни по своему телу, стараясь направлять энергию не только в центральные меридианы, но и во все мало-мальские каналы.

Сначала дело шло туго, особенно, когда я заставлял энергию бежать по рукам и ногам, где у меня были не только физические повреждения, но и серьёзно пострадала энергоструктура. А когда каналы более-менее восстановились, стало полегче.

Одновременно с циркуляцией энергии, у меня проснулся зверский аппетит, и я впитывал силу Жизни словно губка. И если во время первого тика у меня исчезло и чувство голода, и даже жажда, то сейчас я бы не отказался от плотного обеда.

По идее, можно было попросить Морозова или самому достать сухпай из Инвентаря, но я отчётливо понимал — процесс восстановления прерывать нельзя.

Пришлось лежать и отслеживать, как острая боль сменяется сначала тупой, потом ноющей, а потом и вовсе щекоткой.

Не сказать, что было приятно, но по сравнению с тем ужасом и болью, которые мне довелось испытать в гостях у огненного гиганта, я чувствовал себя словно в санатории.

Лежал, чувствуя, как растёт новая кожа, и терпеливо ждал, когда моё тело придёт в норму.

— Вик, полчаса прошли десять минут назад.

— Ещё минутку, — отозвался я, не открывая глаз. — Ты сам-то как?

— Я в порядке, — отозвался Морозов. — Элементали меня потрепали, особенно каменюки, но как только начался тик Жизни, всё зажило, как на собаке. У меня по ощущениям перелом был или трещина, но не прошло и пяти минут, как всё прошло.

— Тот, кто создавал это Лабиринт — сумасшедший, — протянул я. — Нет, я ему благодарен и всякое такое, но какой в этом смысл?

— Может, он просто добряк? — усмехнулся Морозов.

— Может и добряк, — не стал спорить я.

По внутренним ощущениям, энергокаркас почти полностью восстановился, и я осторожно приоткрыл глаза. Концентрация тут же сбилась, но это было уже не так важно — главное, что моя кожа больше не походила на уголь.

— Есть будешь? — Морозов, заметив, что я открыл глаза, протянул мне флягу с целебным напитком.

— Буду, — кивнул я, призывая из Инвентаря запасной комплект мундира.

— Другое дело, — усмехнулся Морозов. — А то устроил тут самый настоящий стриптиз. И ладно было одежду скидывал, но обгоревшие куски кожи… Это было мерзко, Вик.

— А ты неплохо держишься, — заметил я, вгрызаясь в сухпай. — И ведь даже не Титан.

— Я и не такое видел, — поморщился Морозов. — Тебе рубин-то отдать?

— Давай, — кивнул я, — хоть посмотрю, что это за артефакт такой.

Стоило мне взять у Морозова амулет, как передо мной появилось описание:

Индивидуальный артефакт «Огненная часть Ожерелья стихий»!

Привязка: Эдуард Морозов

— Хочешь прикол? — протянул я, изучая описание артефакта.

— Не особо, — напрягся Морозов.

— Этот рубин никто кроме тебя носить не сможет, Эд. А ещё он даёт тебе 95% сопротивляемость Огню.

— Мощно, — покивал Морозов. — А если, скажем, граната рядом взорвётся?

— Тут не подскажу, — покачал головой я. — Надо тестировать.

— Не надо тестировать, — напрягся Морозов.

Его ответ напомнил мне наш диалог, который, казалось, случился вечность назад, и я широко улыбнулся:

— Ладно, потом. Теперь насчёт артефакта…

— Никаких «потом», Вик! — заволновался Морозов. — Слышишь?

— Конечно-конечно, — покивал я. — Потом обсудим. Так вот, насчёт твоего артефакта…

— Забудь, Вик! Я не собираюсь с тобой ничего обсуждать!

— Как скажешь, — пожал плечами я. — Подождём, когда нам попадутся огненные элементали десятого ранга…

— Вик!

— Без тестов никак, — повторил я. — Надо же понять, что значит пять процентов. Хотя, можно облить тебя бензином и поджечь…

— Да всё-всё, я понял, — Морозов на всякий случай отошёл от меня подальше. — Обратка, да? За пулемёт мне мстишь, да?

— Хорошо, что понял, — кивнул я и, криво усмехнувшись, процитировал его же слова. —

— Я рад, что по первому вопросу мы пришли к согласию. Итак, артефакт!

— Да-да, пришли, — скривился Морозов. — Давай, излагай уже.

— Твой артефакт, — вернул ему рубин на золотой цепочке, — это лишь часть составного артефакта под названием Ожерелье стихий.

— Это круто? — уточнил Морозов.

— Шутишь? — удивился я. — Это офигительно круто. Если у нас получится собрать полноценный артефакт, ты получишь практически полный