Титан VIII ранга - Павел Вяч

Пока ждали смены тика, сделали Морозову шину и плотно перекусили. Можно было, конечно, подождать ещё один тик и восполнить потраченные силы энергией Жизни, но я после боя с огненными духами заполучил новую фобию.

Стоило энергии просесть хотя бы на пять процентов, как я уже начинал волноваться — а вдруг этих пяти процентов не хватит в самый ответственный момент?

Да, смешно, да, абсурдно, но я ничего не мог с собой поделать.

Наконец, спустя сорок минут и с десяток уничтоженных элементалей, произошла смена тика. На смену Земле пришёл Воздух, и я, заставив Морозова выпить зелье Исцеления и оставив ему Крылья, двинулся к логову элементалей.

Если в пещеру с огненными элементалями я заходил, будучи уверенным в себе минимум на 140%, то сейчас мне было как-то не по себе. И даже всполохи огня, которые то и дело пробегали по моим рукам, не добавляли спокойствия.

Я готовился к серьёзной битве и даже мысленно оправдал своё грядущее бегство. Увы, но несмотря на внешнее спокойствие, я был уверен в том, что мне придётся предпринять «тактическое отступление с последующей перегруппировкой».

В общем, в пещеру я заходил с опаской.

И, как оказалось, не зря.

Во-первых, каменных элементалей оказалось чуть ли не в два раза больше. Во-вторых, они были намного массивнее. В-третьих, тик Воздуха добавил им прыти.

Казалось бы, стихии-антагонисты! Но нет, почти на каждом элементале было наложено благословение Ускорение.

С кем мне только не пришлось сражаться… Големы каменные, големы гранитные, големы обсидиановые… И ладно бы если бы дело закончилось только ими, но нет! В зале было две дюжины двухметровых горгулий и семь трехметровых терракотовых статуй!

Да, у меня были многочисленные усиления — Укрепление тела, Стальные кости и так далее, но достаточно было пропустить хотя бы один удар, чтобы потерять мобильность. А потерять мобильность означало умереть.

И ведь я даже схитрить не мог!

Как было бы здорово заманить статуи к проходу и дать им там застрять! Увы, но проходы словно специально были шире обычного минимум в два раза.

В итоге пришлось очень много и очень быстро бегать.

Бывало, что я добрых двадцать минут только и делал, что метался туда-сюда, не имея возможности нанести хоть какой-то урон! Спасали Молнии — они хоть и не наносила урона, но заставляли каменных элементалей замирать на секунду-две.

Так я и пробегал целый час, и за это время максимум, что мне удалось — вывести из строя трех каменных големов и подстроить столкновение горгулий со статуями, в результате которого два гиганта рухнули на пол, а одна горгулья потеряла сразу два крыла.

Увы, но это были все мои успехи. Элементали же, словно сговорившись, делали всё, чтобы зажать меня в угол, и я раз за разом оказывался на волосок от смерти…

Полегче стало в тот момент, когда сменился тик. Последовавшая за Воздухом Жизнь подарила мне новые силы, и я начал чувствовать себя чуток поуверенней и даже выгадывал время на короткие контратаки — как физические, так и магические.

Помимо своих любимых Молний, я усиливал кулаки Отблеском Огня и наносил точечные удары в сочленения между телом и конечностями. Отблеск стал настоящим спасением — хватало одного мощного удара, чтобы конечность элементаля или взрывалась, или плавилась, словно лава.

Потерявшие руку или ногу элементали значительно теряли в скорости и мобильности, а те, по которым прошёл удар Отблеском, замирали на месте в тот самый момент, когда застывала текущая лава.

С тиком Жизни дело пошло быстрее, и я за какой-то час расправился с мелкими големами — каменные плавились, гранитные взрывались от перегрева, теряя за раз то руку, то ногу, и только обсидиановые стойко поглощали все магические атаки, будь то огонь или молнии.

По итогу я плюнул на этих матово-чёрных уродцев и, как только сменился тик, переключился на горгулий.

Нейтральный свет не давал преимуществ ни мне, ни элементалям, поэтому интенсивность моих контратак тут же упала.

Хоть я и проредил поголовье големов, но бегать пришлось ещё больше. Если раньше они мешались тем же самым статуям и горгульям, то сейчас последние развернулись на полную катушку.

Хорошо хоть пещера была раза в три больше, чем огненная, и я скакал по ней, словно сайгак.

Силы потихоньку таяли, энергия в источнике стабильно понижалась, но как только мне удалось ловким ударом раскрошить горгулье крыло, как тлеющая внутри искорка надежды сменилась огоньком веры. Веры в то, что я смогу выйти из этого противостояния победителем.

Вот только время шло, горгулии теряли свои крылья, но по факту ничего не менялось. Более того, в какой-то момент я заметил, что горгулии без крыльев хоть и потеряли возможность взлетать в воздух и делать резкие прыжки, но стали быстрее бегать!

По итогу пришлось переходить в энергосберегающий режим и снова переключаться на Молнии.

К тому моменту, когда Нейтральный тик сменился тиком Смерти, я разбил на куски двух обсидиановых големов и посбивал крылья почти всем горгульям. Увы, но трехметровых статуй как было шесть, так столько же и осталось.

Тики шли один за другим — Смерть, Огонь, Вода… И чем ближе было к Земле, тем сильнее я начинал нервничать.

Слишком медленно снижалось поголовье каменных элементалей, и слишком быстро бежало время.

Когда по моим прикидкам до конца тика Воды осталось не больше двадцати минут, и я уже решил было пойти ва-банк, раздался странный свист, а в следующий момент на груди дальней от меня статуи расцвел огненный цветок.

Гдадах!

Последовавший за ним взрыв оглушил, а статуя разлетелась на куски. Обломки поразили ещё одну статую и двух горгулий.

— Скучал без меня?

С этими словами, появившийся на входе в пещеру Морозов вскинул на плечо второй гранатомёт и, практически не целясь, поразил ещё две статуи.

— Дурак! — крикнул я, закладывая широкий вираж, чтобы оббежать элементалей и прикрыть Морозова. — Они же тебя затопчут нахрен!

— Это мы ещё посмотрим! — крикнул в ответ Морозов и, выполнив третий выстрел — минус ещё одна статуя, присел за… пулемёт? — Поберегись!

Я рванул влево, и вовремя — короткая злая очередь буквально перерезала ближайшую к Морозову горгулью пополам!

Та-та-та! Та-та-та!

Не знаю, с какой скоростью вылетали пули, и какой это был калибр, но каменные горгульи оказались бессильны против торжества военной мысли человечества.

Ноги и руки горгулий откалывались высохшей глиной, обсидиановые големы