Титан VIII ранга - Павел Вяч

пробежался мысленным взором по карте Лабиринта и кивнул сам себе — да, ближайшая отметка, не считая, конечно, символа арки, это руна Воды. Придётся, конечно, немного поплутать, но лезть в центр без полного набора стихийных Отблесков — не лучшая идея.

К тому же, мы уже прошли полпути! Осталось только Вода с Воздухом, и можно идти в логово минотавра.

По идее, можно заглянуть в те места, которые отмечены рунами Жизни и Смерти, но они находятся слишком далеко — в самых дальних углах Лабиринта.

Я уже прикидывал, получается слишком долго. Да и что я могу там найти, учитывая уже полученные мной достижения? Да, там наверняка есть какие-то артефакты, возможно даже что-то типа Ожерелья Стихий, но… время сейчас важнее.

А ведь нас ждёт ещё стычка с Минотавром и Первым Титаном! И не стоит забывать про канадцев, которые наверняка отправят в Разлом своих лучших вояк…

Нет, увы, но руны Смерти и Жизни, как бы меня ни мучило любопытство, придётся оставить без внимания. Ведь только так у нас с Морозовым появляется шанс собрать оставшиеся Отблески и дойти до центра Лабиринта без постоянных стычек с элементалями.

Хотя, если у Морозова будет Ожерелье Стихий, а у меня все четыре Отблеска, нам, в общем-то, будет плевать на любых элементалей.

В таком случае, может, всё-таки рискнуть и пробежаться до отметок Смерти и Жизни?

Я задумался, разрываясь между жадностью и страхом потерять время.

В памяти тут же всплыло воспоминание девятилетней давности — тогда во всей Москве были проблемы с топливом, и я ехал на старенькой гранте на ближайшую заправку с 95ым бензином. Можно было, кончено, заправиться и 92ым, но моя старушка его не жаловала, кашляя каждый раз, когда я заправлял её девяносто вторым.

В итоге я проехал две заправки, на которых был только 92ой бенз, и, доехав до своей, пристроился за каким-то красным китайцем. А пятнадцать минут спустя объявили, что 95ый закончился!

Передо мной было ещё шесть машин, и я хотел было выехать на дорогу, чтобы вернуться на предыдущие заправки, но что-то внутри заставило меня остаться на месте.

В итоге, заправившись 92ым, я поехал на встречу и, проезжая мимо тех двух заправок, увидел, что они уже закрылись — закончился бензин.

В тот раз я понял — выбирая между суетой и терпеливым ожиданием, нужно делать выбор в пользу второго. Иначе можно и вовсе остаться с носом.

Вот и сейчас, мысленно представив перед собой весы, на левой чаше которых лежали стихийные Отблески, а на правой к ним добавились руны Жизни и Смерти и риск опоздать на ежегодный турнир, я тяжело вздохнул.

— Лучше синица в руках, чем журавль в небе, — пробормотал я себе под нос, вычёркивая из планов посещение мест, отмеченных рунами Жизни и Смерти.

Стоило принять решение, как на душе стало легко и свободно.

Учитывая, что сейчас у нас с Морозовым есть временное перемирие с огненными и земляными элементалями, мы быстренько пробежимся по отметкам Воды и Воздуха и будем готовы штурмовать центр Лабиринта.

А уж потом…

— Вик…

В голосе Морозова было что-то, что сразу же заставило меня вынырнуть из своих мыслей и, позабыв про медитацию, вскочить в боевую стойку.

И, как оказалось, не зря.

По коридору, из которого мы попали в эту пещеру, шла огромная трёхметровая туша. И это был, мать его, минотавр!

Глава 15

— Ну и дура, — протянул Морозов, медленно отходя ко мне.

При этом он целился в минотавра из калаша, но почему-то до сих пор не нажимал курок.

— Как думаешь, он сможет сюда войти?

— А другие могли? — отозвался я, не отрывая глаз от приближающегося минотавра.

— Сами — нет, — капитан на ходу покачал головой. — А вот их атаки с лёгкостью проходили сквозь барьер.

— Какой ещё барьер? — нахмурился я, формируя перед собой заготовку для Титанической Длани.

— Полупрозрачная плёнка, — пояснил Морозов. — Когда ты пропал, коснувшись колодца, она была радужная, а сейчас стала практически прозрачной.

— Радужная, говоришь? — пробормотал я, судорожно соображая, что делать.

— Так точно, — подтвердил Морозов, скрываясь у меня за спиной. — Если барьер не пропустит, задержи его на пару минут. Я пока подготовлю огневую точку. И да, на втором выходе установлена растяжка.

Я хотел было ответить, что эта пара минут погоды не сделает, но капитан говорил так уверенно, что я лишь молча кивнул. Наверняка у него припасены какие-нибудь смертоносные сюрпризы.

— Сделаю, — бросил я, внимательно наблюдая за подошедшим ко входу в пещеру минотавром.

Пусть между нами было метров двадцать, не меньше, но я отлично его видел:

Здоровый — три метра, не меньше, мохнатый — шерсть отливает сталью, сильный — огромная секира порхает в руке, словно тросточка.

Что тело, что бычья голова — весь испещрён шрамами. Вместо левого рога — искусно вырезанный ключ.

Мой взгляд машинально остановился на глазах минотавра, и я невольно вздрогнул.

Мало того что они были налиты кровью — это как раз меня не удивило — так в них ещё и плескалась жгучая, незамутнённая ненависть. Он, не мигая, смотрел на меня так, будто именно я был источником всех его бед!

— Поговорим? — предложил я, не особо надеясь на успех.

Дах!

Секира, окутавшись мёртвенно-белым светом, с размаху врезалась в барьер, и минотавр недовольно заревел.

— Повезло, — донеслось сзади. — Значит, ему сюда ходу нет.

— Может и повезло, — отозвался я, смотря на то, как по барьеру пробегают едва заметные трещинки. — А может и нет.

— В каком смысле? — напрягся Морозов. — Готовимся к бою или отступаем?

— А барьер пропускает пули?

— Конечно! Иначе как бы я отбился от тех уродцев?

По идее, было бы логично принять бой здесь и сейчас, особенно учитывая, что минотавр не может до нас добраться. Но что-то внутри меня настойчиво шептало — Лучше уйти.

— А ты как думаешь? — протянул я, не в силах принять решение. — Учитывая, что барьер потихоньку разрушается.

— Разрушается? — переспросил Морозов. — Тогда нужно бить прямо сейчас. Пока у нас есть преимущество. Это тебе не элементали, отсидеться не получится.

— Не нравится мне его секира, — покачал головой я. — Да и сам… какой-то странный. От него так и несёт…

Дах!

Глухой выстрел ударил по ушам, а голова