Несравненный. Том 1 - Мэн Сиши

был хорошим врачевателем, неудивительно, что и в благовониях он немного разбирался. По одному только названию он смог определить, что аромат редкий, и потому передал своим подчиненным именно такую зацепку.

Цяо Сянь и Чжансунь Бодхи давно перестали удивляться умениям Вестника. Люди несведущие, повстречав болезненного, слабосильного Цуй Буцюя, на вид едва ли способного даже курицу связать, обыкновенно недооценивали его. Но если такой человек сумел найти себе место в опасном, непрерывно меняющемся мире, то он непременно должен обладать выдающимися способностями, которые помогут ему достичь немыслимых высот. В управе Левой Луны никто не посмел бы пренебрегать Цуй Буцюем, даже если бы он пролежал прикованным к постели целую неделю.

– Узнай в чертоге Явленных Мечей, что «Пять вкусов» – это местное отделение управы Левой Луны, у них бы, пожалуй, от гнева кровь горлом пошла! – заметила Цяо Сянь. Когда появился проблеск надежды на то, что дело удастся раскрыть, она заметно приободрилась. И хотя лицо ее оставалось по-прежнему непроницаемо холодным, в тоне слышалось облегчение.

* * *

Тем временем в палатах Драгоценного Перезвона шел последний день торгов: народу было больше прежнего, но и попасть внутрь стало сложнее. От гостей требовалось не только показать приглашение, но и внести денежный залог перед тем, как переступить порог. Если на торгах они решали приобрести приглянувшуюся вещь, размер залога уходил в счет покупки, и требовалось лишь доплатить разницу или же забрать сдачу. Если же гость не находил ничего по душе, то перед уходом получал залог обратно. Таким образом на последний день торгов хотели не допустить тех, кто замышлял недоброе или изначально не собирался ничего покупать, а хотел лишь полюбопытствовать.

Не успели Цуй Буцюй и Пэй Цзинчжэ вместе со вторым господином войти внутрь, как тут же услышали удивленный возглас:

– Это же Второй Фэн!

Незнакомец быстрым шагом нагнал их и с радостным изумлением поглядел на Фэн Сяо:

– Второй Фэн, давно не виделись! И ты здесь?

То был юноша лет двадцати пяти в пурпурном наряде. Волосы его скрепляла высокая заколка-гуань. Держался он свободно и уверенно, что выдавало в нем сына богатого человека из влиятельной семьи. Впрочем, от проницательных глаз Цуй Буцюя не укрылось, что этот юноша обращался с Фэн Сяо по-особенному: даже старые друзья при нежданной встрече обычно не столь сердечны да любезны. Не похоже было и на то, что незнакомец стремится подольститься к нему.

Пока Цуй Буцюй терялся в догадках, Фэн Сяо удивленно вскинул брови и широко улыбнулся:

– Молодой господин Линь, какая приятная встреча!

Цуй Буцюй тут же сопоставил обращение, возраст и манеру держаться и тут же сообразил, кого они повстречали.

Юноша был из горной усадьбы Яньдан, из не слишком влиятельной, по меркам цзянху, но зато богатой семьи, сколотившей баснословное состояние на торговле. Из поколения в поколение в роду передаются тринадцать приемов искусства меча Яньдан. Глава семьи Линь Лэн дождался сына, лишь когда миновал возраст, когда освобождаются от сомнений. Ребенок, названный Линь Юном, был любимцем отца: баловали его без меры, исполняя всякую прихоть и закрывая глаза на любые безрассудства, и потому славу усадьбе Яньдан в цзянху в конце концов принесло вовсе не богатство и не искусство меча, а Линь Юн.

Восторженный юноша шагнул вперед и хотел было взять Второго Фэна под руку, но тот ловко уклонился, разминувшись с ним всего на пару цуней. Рука Фэн Сяо скользнула мимо и вдруг очутилась на плече Цуй Буцюя. Даос не успел даже понять, что происходит, как второй господин притянул его к себе с такой силой, что плечи их столкнулись.

– Позволь представить тебе моего близкого друга: его зовут Цуй Буцюй, – заговорил Фэн Сяо. – Цюйцюй, это молодой господин горной усадьбы Яньдан, Линь Юн.

Он будто нарочно с нажимом проговорил «моего близкого друга», сопроводив слова многозначительной ухмылкой. От подобного тона у любого бы зародились определенные подозрения, а люди с бурным воображением и вовсе представили бы невесть что.

Цуй Буцюй аж дар речи потерял.

013

На словах «близкий друг» взгляд Линь Юна, обращенный на Цуй Буцюя, сделался злым.

До настоятеля доходили некоторые слухи, и он догадывался, отчего юноша так резко переменился в лице. Не желая участвовать в этой сцене, он хотел было отбросить чужую руку, однако, к неудовольствию даоса, она пристала к его плечу так, что и не сдвинешь.

Глаза Линь Юна сверкнули, и он с улыбкой заговорил:

– Господин Цуй, вы, должно быть, выдающийся человек, раз сам Второй Фэн называет вас близким другом. Вот только не знаю, из какой вы семьи: из рода Цуй, что в Болине, или же из семейства Цуй в Цинхэ?

– Я не принадлежу ни к тем, ни к другим, – ровно ответил Цуй Буцюй. – Всего лишь простолюдин, чье скромное имя не заслуживает упоминания.

Слушая его, Линь Юн недоумевал все больше и больше. Этот монах был до того слаб, что на ногах еле держался. Всякому было ясно, что боевыми искусствами он не владеет, к тому же страдает от тяжкого недуга. У юноши в голове не укладывалось, как человек столь бледный и болезненный сумел заслужить благосклонность Второго Фэна.

Впервые Линь Юн повстречал Фэн Сяо несколько лет тому назад. По воле случая тот выручил юношу и помог ему отделаться от некоторых неприятностей. Появился он тогда совершенно неожиданно – точно с Небес спустился, и в одночасье сразил Линь Юна своим величием. С тех пор тот ни на кого другого и глядеть не желал. Но увы! Второго Фэна его общество ничуть не интересовало. К тому же в боевых искусствах Фэн Сяо не было равных, так что в ответных услугах он ничуть не нуждался. Может, юноша и желал, как говорится, натянуть тетиву голыми руками, но куда там! К тому же Линь Юн понимал, что если будет ему докучать, то, чего доброго, даже жизни лишится. Вот и оставалось ему лишь одно: обуздать суетные мысли, быть с Фэн Сяо приветливым и любезным, да надеяться, что однажды тот переменится. Да только Второй Фэн был неуловим, точно ветер, а о нем самом Линь Юну и вовсе не удалось ничего прознать. Как ни старался он отыскать своего знакомца, ничего у него не получалось, и потому случайная встреча стала поистине приятной неожиданностью.

Линь Юн привык считать себя изящным и прекрасным, точно нефрит, однако вдруг оказалось, что Второму Фэну предпочтительнее общество проклятого чахоточного. Неудивительно, что юноша огорчился.

Он собирался было что-то сказать, но Фэн Сяо не дал ему и рта раскрыть:

– Мы пойдем, – спешно ответил второй господин, увлекая за собой Цуй Буцюя.

У представительства палат Драгоценного Перезвона было два этажа, а само здание напоминало квадратный колодец: в центре – что-то вроде окруженного