Газлайтер - Григорий Володин

Следом проверяю Пустоту. Этот Дар любит удивлять, особенно после каждой серьёзной схватки с кем-нибудь сильным. Сейчас она, на первый взгляд, не изменилась и ведёт себя привычно. Хотя делать выводы рано: Пустота часто раскрывает изменения не сразу, а с задержкой, когда меньше всего этого ждёшь.

Закончив с проверкой себя и своих опасных резервов, как те же Троеглас, осматриваю Багровый дворец ментальным зрением. Короб с Печатью сейчас находится в хранилище, и скан-зрение туда не проникает — защита работает отлично. Значит, Организация пока не сможет его отследить, и это меня устраивает.

А что дети?

Олежек в данный момент находится с Гересой — другого варианта просто нет, потому что остальные няни его не выдержат. Гересу срочно вызвала Лакомка. Рядом носятся Горгоныши, устраивая хаос, а Олежек радостно подгоняет их псионическими хлыстами, явно получая от процесса удовольствие. Конечно, псионика не в полную силу, так, щекотка.

В другой комнате Славик с леди Лазурь смеются, играются и ведут себя куда спокойнее, и обычная няня — никакая не Мастер-богатырша — присматривает за ними. Славик вообще спокойный мальчик и лишних проблем не создаёт.

Тем временем Диану уже уложили в медицинском секторе. Её аккуратно вытащили из стальной скорлупы доспехов, и Камила занимается её излечением.

Лакомки и Гумалина во дворце нигде не видно, а значит, скорее всего, они сейчас находятся в хранилище и смотрят Печать.

Я решаю ещё немного помедитировать и не торопиться. В этом зале удобно этим заниматься — все потоки здесь настроены как надо, и лишние помехи отсутствуют.

Вскоре ментально стучится Камила:

— Даня, можно к тебе?

— Да, давай. Я в Тронном.

Вскоре вместе с брюнеткой приходит Красивая. Рыжеволосая тигрица замирает на пороге, затем с небольшой задержкой принимает человеческий облик и превращается в девушку — да ещё и в красном платье. Она делает несколько шагов к трону и говорит:

— Спасибо тебе, Данила, что спас мою прабабку.

— Неужели ты переживала за Диану? — удивляюсь я.

— При чём тут я⁈ — резче отзывается оборотница. — Она стерва, но амазонки без неё впали бы в уныние.

По тому, как у неё предательски краснеют щёки, ясно: Красивая всё же любит свою прабабку, несмотря на их сложные отношения. Камила стоит чуть в стороне — безупречно прямая, собранная и спокойная — и улыбается, наблюдая за этой сценой. В её движениях и выражении лица чувствуется врождённая элегантность и достоинство. Камила вообще любит такие моменты, когда мне кто-то выражает благодарность, и не скрывает этого.

Мои жёны добрые, и мне действительно нравится видеть их улыбки. Это, как ни странно, работает лучше любой награды.

Красивая мнётся неуверенно, ей в новинку такие моменты. Я, конечно, мог бы сказать правду, что спас её прабабку только из-за Светового Дерева, а то потом ещё Лакомке мучаться с этим сорняком. Но говорю:

— Я рад, что амазонки не впадут в уныние, а у Алкмены останется настроение пытаться захомутать Ауста.

— Хи-хи, совет им и любовь, — Красивую пробивает на улыбку.

— Вряд ли Ауст согласится с тобой, — смеётся и Камила. Брюнетка права. Ауст — заядлый холостяк, что редкость для тысячелетних дроу, и вряд ли он горит желанием связать себя узами брака с бойкой амазонкой, раз даже проигнорировал всех барышень своей расы, которые сотнями лет слюнями изводились по сильнейшему лорду-дроу.

Впрочем, у Алкмены терпения завались, как и у всех амазонок Темискиры, что просидели на одном острове не известно сколько сотни лет.

В Тронный зал заглядывает Маша.

— Даня, я попозже загляну… — замечает она Красивую и брюнетку.

— Мы закончили, — я смотрю на потомков Дианы, и они понимающе кивают, затем уходят.

— Ольга Валерьевна взялась за подготовку документации в Лигу Империй, — говорит Маша, приблизившись. — Княжна занимается оформлением предложения твоего назначения Консулом.

— Хорошо, что она, — замечаю я.

— Да, но от нас кто-то должен взаимодействовать с ней.

— Правильно. Тогда ты будешь нашим связным с Ольгой Валерьевной, — отвечаю я. — У тебя это хорошо получится. Ты понимаешь, что, кому и в каком виде стоит говорить, а какие вещи лучше вообще не поднимать.

— Да, конечно, — соглашается Маша. — Например, я понимаю, что нельзя упоминать, что Гора — это бывший полубог.

Я киваю:

— Да. Пока что это наша тайна.

Не знаю, как можно использовать происхождение Горы, чтобы его завалить. Та же Омела, убивающая богов, должна попасть в кровь, а у Горы нет тела, но, в принципе, с этим наверняка как-то можно работать.

* * *

Кузня-Гора, Та Сторона

Железное нечто очнулось в тот момент, когда в глубине Кузни-Горы щёлкнул древний протокол, запущенный ещё Древним Кузнецом. Сигнал прошёл по старым каналам, грубо, без изящной настройки, но не оставляя сомнений — это был приказ. Не просьба. Не рекомендация. Команда, вшитая в саму основу его существования.

Её корпус пришёл в движение. Стальная форма, напоминающая горгулью, расправила крылья — не для полёта, а для равновесия и стабилизации. Крылья были полностью стальные, жёсткие, сегментированные, каждая пластина помнила тысячи циклов нагрузки. Остальное тело тоже состояло из металла, усиленного слоями древних сплавов. Внутренние узлы начали прогрев, а ядро сознания перешло из режима ожидания в активную фазу.

Протокол требовал действий. Она повернулась к пульту и без колебаний опустила массивный рычаг. Механизм отозвался мгновенно. Половина установок Кузни-Горы ожила сразу. Те, что отвечали за создание железных доспехов, начали работу в аварийном, военном режиме. Потоки расплавленного металла пошли по каналам, формы раскрылись, литейные матрицы приняли нагрузку, а древние механизмы заскрежетали, вспоминая своё предназначение.

Клетки с пленниками тоже пришли в движение. Не для освобождения. Направляющие рельсы сдвинулись, и камеры начали перемещаться к сборочным узлам. Протокол не делал различий между ресурсами — плоть, металл, энергия, всё имело значение. Всё должно было пойти на создание армии.

В глубинных темницах зашевелились Живые доспехи. Те самые, что десятилетиями стояли без движения, запертые, забытые, но не уничтоженные. Их печати ослабли, замки отщёлкнулись, и тяжёлые шаги эхом прокатились по коридорам. Они выходили из темноты один за другим, со сгнившими телами внутри, но полностью готовые к бою.

Железяка-горгулья фиксировала параметры, сверяла сигналы, анализировала отклики. Совпадение было слишком точным, чтобы быть случайным. Древний Кузнец… или то, что от него осталось, — Воля активировалась.

Это означало только одно.

Скоро будет сражение.

* * *

Из Тронного зала я направляюсь в хранилище. Там Гумалин и Лакомка стоят над коробом, сосредоточенные и полностью погружённые в… разглядывание этой штуковины. Ладно, пусть будет так. Лакомка, заметив меня, тут же оживляется и