"Фантастика 2026-85". Компиляция. Книги 1-14 - Stonegriffin

— Пуля? — Пит кивнул на бинт.

— Осколок. — Лин пожала плечами. — Зашили. Сказали, через три дня снова смогу нажимать кнопки.

— Через два, — поправил он, глянув на шов. — Если не будешь героически таскать планшет по палате.

Она коротко усмехнулась и сунула планшет под подушку — не жест послушания, а уступка.

Следующий — Рейк. Он лежал, уставившись в потолок, и считал трещины в штукатурке. На груди — грелка, от неё поднимался едва заметный пар; под тонкой рубахой угадывались туго перемотанные бинты.

— Дышать можешь? — спросил Пит.

Рейк повернул голову так, будто только сейчас заметил его.

— Могу, — ответил он и демонстративно вдохнул. — Но рёбра считают, что это плохая идея.

— Имеют право, — сказал Пит. — Сколько их пострадало?

— По мнению врача или по моим ощущениям? — попытался пошутить тот. — Врач сказал — два. Я думаю — все.

— Я за врача, — Пит наклонился, проверяя, как лежит бинт. — Ещё один такой заход в лоб — и я выкину тебя из отряда не за ранения, а за отсутствие инстинкта самосохранения.

Рейк покраснел — на этот раз не от боли.

— Я хотел прикрыть Джоанну, — выдохнул он. — Она же…

— Она умеет прикрывать себя сама, — спокойно перебил Пит. — Твоя задача — оставаться живым, чтобы выполнять то, что я говорю. Остальное — бонус.

На следующей койке сидела Нова. Ноги поджаты, будто кровать могла исчезнуть в любой момент, и ей надо быть к этому готовой. На виске — тонкая полоска пластыря, на шее — свежий синяк от ключицы вверх. В руках она вертела пластиковый стакан с водой, не делая ни глотка.

— Тебя здесь быть не должно, — сказал Пит.

Нова чуть вскинула подбородок.

— Я не ранена, — ровно ответила она. — Они сказали «остаться на наблюдение».

— Они так говорят всем, кто дошёл сюда своим ходом, — заметил он. — Голова не кружится?

— Нет.

— Руки не дрожат?

Нова посмотрела на стакан. Пальцы были неподвижны.

— Нет.

— Тогда через час тебя здесь действительно не должно быть, — сказал Пит. — Но пока посиди. Привыкай к мысли, что ты все еще жива.

Она кивнула, не добавив ни слова. Это её «ничего» почти всегда означало «поняла».

В дальнем углу, за ширмой, кто-то стонал — тяжело, захлёбываясь. Кого-то привезли из другого сектора. Мир, который напрямую не касался «Феникса», но всё равно был частью той же войны.

Пит обошёл палату кругом — не спеша, но без остановок. Короткий вопрос, взгляд, иногда сухая шутка, нужная больше ему самому: так проще держать внутренний счёт. На кого можно опереться завтра. Кого придётся временно заменить. Кто не вернётся.

В конце ряда, у стены, он остановился.

На этой койке он сперва увидел не человека, а одеяло — слишком аккуратно расправленное, с ровно загнутым краем. Это не работа медиков: они двигаются быстрее. Это чьи-то внимательные руки.

Китнисс сидела на стуле, слегка наклонившись вперёд. Лук был прислонён к стене; футляр полуоткрыт, из-под края выглядывал тёмный древесный изгиб. На койке лежал парень, которого Пит видел в городе секунду — из соседней группы, тех, кто прикрывал отход. Теперь половину лица закрывала марлевая маска, грудь поднималась рывками.

Китнисс поправляла край одеяла, будто могла этим изменить ритм дыхания.

— Он вытащил нас, — тихо сказала она, не замечая, что Пит подошёл. Это было не признание и не отчёт — скорее шёпот в пустоту, для себя и для лежащего. — Когда они зашли справа, ты сам видел. Если бы он тогда не успел…

Она замолчала, подыскивая слова.

— Отвлек их на себя и подставился, — продолжила после паузы и криво усмехнулась. — Так что не смей теперь валяться долго. Нечестно.

Парень шевельнулся, но глаз не открыл. Неважно, услышал он или нет. Важно было, что она это сказала.

Пит стоял молча, не вмешиваясь. Она заметила его, обернулась, почувствовав взгляд. Подняла голову — без суеты. Просто посмотрела, будто проверяя: одобряет он её присутствие здесь или нет.

— Он был рядом с Джоанной, — сказала она вместо приветствия. — Когда на них заходили с трёх сторон. Я не успела бы снять всех. Он успел вытащить её из-под огня.

Китнисс опустила глаза на раненого.

— Знаешь, как это… неприятно — сидеть наверху и считать, кого ты не успеешь спасти?

Пит посмотрел на парня. Потом — на неё.

— Знаю, — ответил он. — Поэтому мы и тренируемся, чтобы смотреть на картину боя целиком.

— А я все равно вижу людей, — упрямо сказала она.

— Да, — согласился Пит. — Но, если думать только о людях — перестанешь считать дальше первого. Каждый человек ценен, но мы на войне.

Она кивнула. Видно было: ответ её не устраивает. Но спорить не стала. Вернулась к тому, что могла сделать здесь и сейчас: пригладила одеяло, поправила маску, чуть подтянула подушку.

— Долго он здесь будет? — спросила она.

— Если повезёт — неделя, — сказал Пит. — Если не очень, то две. Кости восстанавливаются медленнее, чем хотелось бы.

— Буду навещать, — сказала Китнисс просто.

Пит не ответил. Только отметил про себя: у него появляется новый фактор в планировании — люди, к чьим койкам будет приходить Китнисс. Они не должны превращаться в список потерь.

Дверь медпункта открылась без стука — как будто тут не режим тишины, а проходной двор. Внутрь ворвался чужой запах: не антисептика — чего-то сладкого, приторного.

— У кого день рождения, а? — раздался громкий шёпот, больше похожий на сценический выкрик.

Джоанна влетела, как тёплый сквозняк. На ходу доедала что-то в обёртке — конфету из тех, что умудряются тайком таскать с верхних уровней. Бумажку смяла и сунула в карман больничного халата, который сидел на ней так, будто она надела его для маскарада.

— Соблюдаем режим, — строго объявила она, оглядываясь по сторонам. — Режим нарушается только по особым случаям. Например, когда наш кексик снова вернулся целым.

Пара бойцов на дальних койках не сдержалась, хмыкнула. Рейк попытался приподняться и тут же поморщился — бинты напомнили о себе.

— Тише, — бросила ему Лин, но уголки губ у неё тоже дрогнули.

— Ты знаешь, — продолжила Джоанна, подходя к Питу, — я уже начинаю привыкать. Сначала думаю: