Фантастика 2026-169 - Алексей Аржанов

глазом и не заметишь ничего, но под оболочкой семени зародышевый стебелёк качнулся и потянулся к влаге, как тянется к костру озябший путник. Оболочка, которую не мог осилить изумрудный катализатор, отмякала под воздействием растворенной в болотной воде жизненной эссенции.

Я выдохнул и вытер ладони о штаны. Значит, всё работает. Теперь нужно то же самое проделать с остальным посевным материалом. Очень много времени на это уйдет, но, увы, других вариантов у меня нет.

Меня осенило. А зачем мне одному этим заниматься? Я ведь не просто так себе взял помощников, чтобы заниматься огородом. Рано или поздно я бы упёрся в потолок, когда мне просто физически не будет хватать времени все делать самому.

Радована я ведь научил помогать себе, когда пользовался изумрудным катализатором. Пора готовить надежных фермеров-помощников. Я позвал мальчишек и женщин к себе.

— В общем, я хочу засадить двадцать соток земли растением, о котором вы, скорее всего, никогда не слышали, — начал я. — Называется оно мучник. Пацаны будут копать небольшие лунки. Вот такую, глядите, — я выкопал образец у их ног. — С кружку глубиной, не больше. Меж лунками отступаете на две стопы, ряд за рядом. Бабоньки, у вас задача будет чуть посложнее — вам придётся носить торф и укладывать его в лунки, только сырой, я покажу какой. А семена кладу я сам, и никто, кроме меня, к ним не притрагивается. Всем всё ясно?

— Я слышала краем уха, что этот торф с гиблого места? — осторожно спросила одна из женщин. Зофьей её звали, имя я подслушал случайно, когда бабы переговаривались между собой. Баба богобоязненная. — Болото, оно ведь место нечистое. Не потянется ли какая дрянь за ним на грядки?

— Потянется, — усмехнувшись, ответил я. Зофья резко изменилась в лице. — Только не дрянь, а сила. Болото, чтоб ты знала, место, где земля сама себе корм готовит. Так что клади смело.

— А что за мучник такой? — поинтересовался мальчишка, которого звали Стась. — На нем мука растет?

— С одной песчинки получается куст, на котором растут коробочки. Ты верно догадался, что название такое у растения не просто так. Внутри действительно находится вещество, чем-то похожее на муку. С одной такой коробочки можно пять добрых лепёшек испечь, — едва заметно улыбнувшись, ответил я. — А теперь посчитай лунки до конца поля и узнаешь, сколько лепёшек ты сегодня «посадишь».

Стась начал считать вслух, сбился на четвёртом десятке и взял в руки лопату, чтобы выкопать лунки.

Как работать ясно было не всем. Это выяснилось достаточно быстро.

Юрек с первой же лунки загнал лопату на полный штык и вырыл яму, в которую поместилось бы ведро торфа. Я подозвал его поближе, присел и выкопал лунку голыми пальцами.

— Гляди. Земля после вспашки мягкая, как пух, тут силу прикладывать вовсе не надо. Лопату отставь, бери вот, — я дал ему короткую палку. — Ей и ковыряй. Глубже кружки уйдёшь, семечко расти не будет.

— Почему? — недоумевающе спросил Юрек.

— Ну, ты представь, сколько ему сил надо, чтобы такой слой торфа преодолеть до земли. А ему ведь для роста солнечный свет нужен. Растения дышат, как и люди.

— Хорошо, господин Мейер, — ответил пацан. — Постараюсь настолько глубоко не копать.

Услышав мои слова, Зофья странно на меня покосилась, словно я несу какую-то ересь. Я криво усмехнулся, поймав досадную мысль, что лучше взять себе в помощники детей.

У них меньше предрассудков. Даже если бы я объяснил, как растения дышат, как происходит фотосинтез и другие сложные процессы при их росте, то меня бы всё равно не поняли. Поэтому объяснял на предельно доступном для жителей этого мира языке.

Старшая, тётка по имени Марыля, натаскала столько торфа, что Юрек и Стась едва успевали копать лунки. Да только даже не глядела, что берёт в руки. Большая часть торфа, который она принесла, была сухой и плотной. Я взял один такой кусок, разломил и показал ей срез.

— Смотри. Он снаружи влажный, а внутри спрессован. Семечко в таком задохнётся, ему воздух нужен не меньше воды. Бери вот такие — рыхлые и насыщенные влагой, — я подцепил ножом ком сырого торфа и раскрошил его в ладони. — Видишь, как рассыпается? Вот такой в лунку и нужно класть. А плотный сперва раскроши и водой залей, тогда сгодится.

Зофья вновь на меня косо глянула, услышав из моих уст, что семечко может задохнуться. Не удивлюсь, если завтра на мой участок приедет инквизиция. Если она, конечно, есть в этом мире.

К полудню возле поля начала собираться детвора из палаток, поглядеть, чем это занят хозяин со своими работниками. Сперва они просто смотрели со стороны, потом самый смелый вызвался помогать, за ним потянулись остальные. Самых смышлёных я привлёк к работе, дотошно объясняя, что нужно делать.

Таскать воду к лункам, подносить торф. Между делом я рассказывал детям про мучник, у которого мука растёт прямо в коробочках на стебле. Детвора слушала, открыв рты, а заодно и работала так, что взрослым женщинам оставалось только поспевать.

Марыля посмотрела на это, поджала губы и с того момента браковала торф строже меня самого. Мои новоиспеченные помощники схватывали всё на лету, только нужно было время, чтобы рука набилась.

Первые три ряда всё равно шли через пень-колоду. То лунка мелкая, то торф сухой, то Стась внезапно вздумал мне помочь и стал вдавливать семечко кулаком, как гвоздь. Я ходил вдоль рядов, показывал, поправлял, объяснял по третьему кругу и постепенно смирялся с простой мыслью. Одними своими руками я это поле не подниму, даже с Взором и всеми навыками разом. Хозяйство росло быстрее, чем я успевал всё делать сам, и главным моим «урожаем» в этом месяце станут люди, которые умеют работать, когда я не стою у них за спиной.

Хоть Стась и порывался помочь с семенами, я доходчиво ему объяснил, что это моя забота. Я шёл за пацанами по рядам, склонялся над каждой лункой и укладывал песчинку в торфяной субстрат на палец вглубь.

И после каждого закладывания семечка сверялся через «Взор Фермера» с полученными результатами. Тут меня ждало ещё одно неприятное открытие.

Часть семян оказалась пересушена, искра жизни в них не теплилась, катализатор просто вытянул из них всю живку. Такие я откладывал в отдельную плошку, и к полудню плошка набралась тревожно полной. Повезло, что муки в четырёх коробочках было много и