Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

неизвестной. Кентаро хоть и провел в Хэйва-но-иэ довольно много времени, несколько месяцев, но река с островами все время казались ему удивительными и таинственными. Деревни, на первый взгляд простые, будучи построены на непростой территории поймы, скрывали много тайн, секретных проходов и троп. Это как раз и была одна из них.

Пройдя через мост, они сразу же свернули налево, потом прошли околицей соседней деревни и углубились в бамбуковую рощу. Здесь были видны какие-то тропки, но настолько заросшие и позаброшенные, что Кентаро понял – использовались они нечасто.

Зато благодаря этому их путь теперь был свободен.

Они свернули раз и еще раз, обходя совсем уж непроходимые заросли бамбука. Дождь все так же лил на их и без того давно мокрую одежду, вливался под доспехи. Кентаро не слишком чувствовал холод, но видел, что госпожа Мэйко сильно зябнет.

– Скоро мы найдем какое-нибудь безопасное место, обещаю, – заверил он.

Она сжала его ладонь.

– Да, я верю…

Взглянула на него, их глаза встретились, и Дух вдруг понял, что он должен сделать так, чтобы этой женщине ничего не угрожало. Любой ценой.

Они двинулись дальше и уже скоро увидели первые святилища.

Кентаро в свое время был очень удивлен тому, что в Доме Спокойствия так мало культовых мест. Везде, где он бывал до этого раньше, даже в портовом городе Кэдо, было много святых храмов. Маленькие и большие, официальные и домашние, они зачастую являлись доминантами в пейзаже. А здесь могло бы даже показаться, что люди ни во что не верили, никого не чтили. Да, вроде бы существовал храм в верхней части крепости, куда люди приносили резные статуэтки Мудреца. Было еще несколько домашних храмов и – вроде бы – святилище ками над одним из рукавов реки. И на этом все. В сравнении с другими провинциями Хэйва-но-иэ представлял собой какой-то редкий и странный случай безбожия.

И тем более Кентаро был удивлен сейчас, увидев то, что при некотором желании можно было бы назвать кладбищем храмов.

Казалось, сюда приносили все – статуэтки, фигурки, святые предметы, целые святилища. Все вперемешку было сложено кучками прямо у обрыва, за которым пенилась река.

Было видно, что Камисори уже поглотила часть фигур. Деревянные изображения божеств, заросшие водорослями, еще виднелись на ее дне. Зелень покрывала также каменные фигурки, сгнившие крыши святилищ, сосуды, миски, тарелочки, лампы…

Места поклонения и культа, заброшенные, сваленные в омуты забвения.

О да, у Кентаро сразу возникли ассоциации с тем, что он увидел. Такое же кладбище он видел в прошлом, глубоко под землей, в туннелях шахт под Железным Дворцом, резиденцией клана Нобунага. Но даже и там подобные фигуры имели хоть какое-то почитание, уважение. Там были собраны образы забытых богов для того, чтобы хоть кто-то, хотя бы один человек мог поддерживать память о них. А здесь же находились предметы, что представляли божества, вовсе не забытые ниппонцами, живущие в их повседневном сознании… и тем не менее жителей деревень заставили отказаться от них, принести сюда. А может быть, это было их собственное решение? Здесь, над рекой, популярностью пользовался Мудрец, это правда, но даже это божество не почиталось с таким размахом и преданностью, как в других частях страны.

Тем временем Кентаро смотрел на это кладбище… нет! Свалку религий! Свалку, в которую внезапно вошел целый отряд Змей! Трое ронинов, двое лучников и кто-то еще, кто-то совершенно не подходящий к этой компании.

Монах! Да, Дух был в этом уверен! Отрядом командовал один из фанатичных жрецов Мудреца, святых членов ордена, что были призваны к битве во имя веры! Вооружен он был яри с нетипичным листообразным наконечником, одет в выцветшее оранжевое одеяние жреца. С лицом, обмотанным ритуальным платком, и молитвенными бусами на шее, он отдавал приказы остальным Змеям.

Те бросились обыскивать святилища, доставали какие-то предметы и складывали их в мешки, время от времени подбегая к монаху и показывая ему наиболее интересные находки. Тот оценивал их, а потом принимал решение: «Это годится, а это нет» – а гады послушно исполняли его волю.

Кентаро, все еще прячась в кустах с Мэйко, дал ей знак, чтобы та не проронила ни слова.

Розыски несколько затянулись, но в конечном счете Змеи нашли, видимо, все, что на этой свалке можно было вообще найти. Монах быстрым движением указал им куда-то назад – видимо, дальнейшие поиски они должны были вести там, в глубине деревни.

Змеи поклонились с таким смирением, что Кентаро буквально не поверил глазам – неужели эти люди могли кого-то настолько уважать? Наконец они исчезли за спиной монаха, но тот по-прежнему вглядывался в святилища и фигурки.

– Можешь выходить, Дух! И ты, девушка! – закричал он. – Я вас вижу. И видел с самого начала.

Кентаро зашипел, положил ладонь на рукоять Алого Клинка. Вышел из зарослей, жестом указывая Мэйко оставаться среди листвы. Медленно приблизился и встал напротив монаха.

– Я почувствовал, что вы здесь, едва только вошел в черту леса, – сказал монах странным, словно бы измененным голосом. Кентаро лишь сейчас понял, что в ритуальных одеждах жреца чего-то не хватает. Нескольких элементов, отсутствие которых делало одежду этого человека негодной, бракованной! Ни один богобоязненный монах не позволил бы себе такой неаккуратности! Так кем же был этот человек? Ренегатом? Еретиком?

– Я тот, кто решил, что нужно идти собственным путем, – ответил монах, словно бы читая мысли Духа. – Так же, как и ты, я был вынужден сойти с моего изначального пути. Так же, как и ты, я ищу новый. И у тебя сейчас есть шанс на это, Дух. Моя госпожа с радостью примет тебя к себе на службу.

– На службу?

– Больше я не могу тебе рассказать. Не могу, пока ты не станешь одним из нас. Мы видели… Воробьи видели, как ты убиваешь наших воинов. Ты великолепный инструмент, о да! Великолепное оружие, выкованное умелой, великой рукой! Седой Пес прекрасно обучил тебя. Очень жаль, если это обучение пропадет тут, в этой грязи.

Кентаро несколько расслабился, но все так же смотрел в глаза монаха.

– Чего же ты ждешь? Что я брошу господина, которому поклялся в верности, и перейду на вашу сторону?

– Что такое обещания, данные умирающему клану? Что такое этот старик, как не умирающий слабый человек? Подумай, Дух, на самом деле ты ничего им не должен. Ровно ничего! А мы – это будущее. Твое и всего Ниппона.

– Будущее Ниппона?

– Мы способны его спасти. И мы знаем, что ты желаешь того же. Черная варварская волна может сокрушать стены крепостей, но она ничто перед силой духа. Ну так что, Кентаро, воспитанник Седого Пса? Отправишься ли ты с нами в эту труднейшую из дорог?

По-прежнему падал дождь, шумела река. Где-то вдали горели дома и страдали люди.

Мэйко, дрожа, укрывалась в зарослях.

Кентаро схватился за рукоять Алого Клинка.

– Ну и дурак!

Блеснула сталь копья! Удар был быстрым, почти неуловимым! Но Кентаро был готов к нему. Сошел с линии удара, одновременно выхватывая катану и нанося удар. Никаких колебаний, один убийственный удар. Монах уклонился полупируэтом, отступил, выставил перед собой яри и вновь ударил. Кентаро догадался об обмане – высокий удар должен был перейти в низкий. Крайне трудно уклониться и почти невозможно парировать, отбить мечом.