Фантастика 2026-89 - Алина Углицкая

Без меня у тебя нет расклада, нет связей, нет способа обойти Касьяна, без меня у тебя просто нет бочек, а значит, нет договора с Тихоном.

Серапион кивнул медленно.

— А что я получаю взамен?

— Ты оплачиваешь закупку сырья, — сказал я. — Ты даёшь мне шесть рублей на первую закупку, ты кормишь моих людей, пока они работают на земле Обители, а взамен ты получаешь четыре пятых от выручки и непрерывный поток бочек для «Золотого дыма».

Серапион задумался, затем сказал медленно:

— А если что-то пойдёт не так? Если люди не захотят работать? Если Касьян узнает и помешает?

— Тогда я потеряю свою долю, — ответил я просто. — А ты потеряешь шесть рублей, но зато ты ничем не рискуешь лично. Это моя ответственность, мой риск, моя работа.

Серапион смотрел на меня долго, и в его глазах я читал сомнение, смешанное с уважением.

Потом он медленно кивнул.

— Идёт, — сказал он тихо. — Поверенный… Пусть так. Ты сам нашёл решение — ты и берёшь свою долю.

Он протянул руку, и я пожал её — крепко, по-мужски, как равный равному.

— Но помни, Мирон, — добавил Серапион, не отпуская моей руки. — Если ты провалишься, ты потеряешь не только долю, ты потеряешь доверие Обители, а это дороже любого серебра.

Я кивнул.

— Не провалюсь.

Серапион отпустил мою руку, повернулся к коптильне, затем обернулся снова.

— Когда начинаешь?

Я посмотрел на солнце — оно уже поднялось над горизонтом, утро шло к середине.

— Сейчас, — ответил я. — Мне нужно найти столяра и кузнеца, договориться о сырье, а потом идти к Прошке.

Серапион кивнул.

— Егорка пойдёт с тобой?

— Нет, — я покачал головой. — Егорка нужен здесь, у коптилен, он руководит артелью, без него работа встанет. Я пойду один.

Серапион нахмурился.

— Один? В Слободу? После того, что ты сделал с Касьяном на причале?

Я усмехнулся.

— Касьян не тронет меня днём, на людях, он не дурак. Он будет ждать удобного случая, но я буду начеку.

Серапион покачал головой.

— Ты слишком самоуверен, Мирон.

— Не самоуверен, — возразил я. — Просто знаю, как работают такие люди, Касьян — это мышца Саввы, он действует по приказу, а Савва не отдаст приказ убить меня просто так. Это привлечёт внимание, создаст затруднения. Савва будет ждать ярмарки, чтобы решить всё «законно». Это он с самого начала задумал от меня избавиться, чтобы забрать остаток имущества Заречных.

Серапион посмотрел на меня долго, затем вздохнул.

— Хорошо, но будь осторожен, и если что — беги, не геройствуй.

Я кивнул.

— Буду осторожен.

Я взял планку со схемой и пошёл к воротам монастыря, чувствуя спиной взгляд Серапиона. Я обернулся на пороге. Настоятель всё так же стоял на том же месте, его лицо было напряжённым и суровым.

Может, он сейчас думал, что я расту не по дням, а по часам. Что я уже не просто рыбак, а логист и координатор. Что я думаю, как купец, а действую, как полководец. В точности как мой отец. Я почти физически ощущал, как он сравнивает меня с Заречным-старшим… И понимает: для Саввы я становлюсь опасен.

За воротами монастыря я увидел их — десять пацанов Егорки, сидящих на брёвнах, ожидающих.

Гришка со шрамом, Митька рыжий, Ванька с торчащими ушами, и остальные семеро — вся артель, которая таскала дрова в ту ночь, когда мы выполняли контракт Тихона.

Егорка стоял рядом с ними, облокотившись на край коптильни, и когда увидел меня, выпрямился.

— Мирон, — окликнул он. — Они здесь.

Я подошёл к ним, оглядывая лица — усталые, но внимательные, они смотрели на меня с ожиданием.

— Спасибо, что пришли, — сказал я, останавливаясь перед ними. — Я звал вас не зря.

Гришка усмехнулся.

— Мы поняли, что не зря, когда Егорка сказал, что ты платишь серебром, а не медью.

Несколько пацанов рассмеялись, и я улыбнулся.

— Верно, но сначала мне нужно объяснить, что изменилось.

Я присел на корточки перед ними, взял палку и начал чертить на земле простую схему — три прямоугольника, соединённые стрелками.

— Работа больше не на рыбе, — сказал я, указывая на схему. — Работа на таре и дровах. Мы с вами налаживаем бондарный промысел для «золотого дыма», и мне нужны люди, которые будут доставлять сырьё и помогать в работе.

Митька наклонился вперёд, разглядывая схему.

— А что за сырьё?

— Дрова для коптилен — ольха, яблоня, берёза, — ответил я. — Доски и чурки от столяра, железные полосы от кузнеца. Всё это нужно привезти сюда, на двор монастыря, и подготовить для бондаря, который будет собирать бочки.

Ванька почесал затылок.

— А сколько платишь?

Я выпрямился, положил палку в сторону.

— За каждый поставленный набор сырья и каждую собранную бочку копчёной рыбы вы получаете еду от Серапиона и один серебряный рубль на всю артель, деньги с каждой бочки.

Тишина.

Пацаны переглянулись, считая в уме.

Гришка первым кивнул.

— Один рубль серебром на десять человек — это десять медяков каждому, если делить поровну.

— Правильно, — подтвердил я. — Но есть условие: работа должна быть сделана без порчи, без задержек. Если что-то из сырья приходит не вовремя или с изъяном, оплата уменьшается.

Митька нахмурился.

— А кто решает, что с изъяном, а что нет?

— Я, — ответил я просто. — Или Егорка, если меня нет, но мы будем справедливы: если вы работаете хорошо, вы получите всё, что заслужили.

Гришка посмотрел на Егорку.

— Он справедливый?

Егорка кивнул.

— Справедливый, я работал с ним всю ночь на дровах, он не обманул ни разу, заплатил больше, чем обещал.

Гришка кивнул медленно, затем посмотрел на остальных пацанов.

— Кто за?

Все десять рук поднялись без колебаний.

— Хорошо, — сказал Гришка, поворачиваясь ко мне. — Мы в деле, что делать?

Я улыбнулся, чувствуя, как внутри что-то расслабляется.

Артель сформирована, теперь нужно распределить роли.

— Слушайте, — сказал я, поднимая руку. — Я разделю вас на три отряда, у каждого отряда будет своя задача.

Я указал на Гришку и ещё четырёх пацанов.

— Гришка, ты и четверо на твой выбор — дрова. Раз в три дня нужна новая партия.

Гришка кивнул.

— Понял.

Я повернулся к Митьке и ещё одному пацану.

— Митька, ты