Консультант - Александра Торн

– Хреново выглядите, – заметил комиссар, наклонившись и изучив пиромана поближе. – Валентина вами займется.

Глаза Редферна широко распахнулись.

– Нет! – яростно вскрикнул он. – Не надо мной заниматься! Снимите эту дрянь, и хватит! – Он злобно рванул браслет, попытался подняться, но Пегги мягко удержала его на месте.

– Но почему? – удивленно спросил комиссар. – Валентина вылечит вас одним прикосновением, я сам видел…

– Нет!

– Энджел, вас лихорадит, – увещевающе сказала Маргарет. – Вы потеряли немало крови и почти ничего не ели. Успокойтесь, пожалуйста, вы делаете себе же хуже.

– Не смейте меня трогать, – прошелестел пироман, но в его голосе уже почти не было напора. – Она… она испортит! Отнимет у меня…

«Это ж надо так трястись над тем, чем тебя облучило из провала на ту сторону», – подумал Натан, но мысли оставил при себе, а вслух сказал:

– Мы раздобудем одеял и горячего питья. Но снять с вас браслет сможет только мистер Лонгсдейл. Вам придется поехать в его лабораторию.

– Отлично, – выдавил Энджел.

Зубы у него мелко постукивали от озноба. Бреннон вздохнул. Тяжко, наверное, Пегги приходится.

– Ладно. Договорюсь с Лонгсдейлом.

Редферн вытянулся на кушетке и снова закрыл глаза. Он был вконец заморенным, а посторонние люди вокруг явно его раздражали – глаза под веками беспокойно двигались. Маргарет теснее прижалась к наставнику, пытаясь согреть.

– Наконец-то вы хоть на минуту оставите меня в покое, – устало пробормотал этот неблагодарный сукин сын.

Бреннон хмыкнул и направился к Лонгсдейлу, который вместе с парой полицейских осматривал моряков.

…Комиссар произвел неизгладимое впечатление на своих коллег, стоявших в оцеплении. Он их не винил – успел мельком оценить свое отражение в зеркале: нечасто служитель закона, отправившись на обыск, возвращается в таком виде, словно морской змей хорошенько пожевал его и выплюнул. Не дав полицейским прийти в себя, Бреннон сразу же отправил одного человека в департамент, второго – в ближайшую больницу, а Джен – за экипажем Лонгсдейла. Еще двое полицейских вместе с Натаном вошли в театр и сейчас заканчивали с опросом доргернцев и составлением поименного списка.

– Сочувствую, – негромко проговорил Бреннон, остановившись рядом с Гюнтером.

– Че уж там, – буркнул боцман. Он мрачно, исподлобья глядел на полицейских. – Полоумный ублюдок больше угробил. Теперь что?

– Мы отправим вас в больницу, затем разместим в гостинице, а после того, как вы дадите показания, купим вам билет на поезд до Бресвейн или до любого порта на ваш выбор, – Бройд, конечно, сигарой подавится от таких расходов, но что поделать.

– Показания? – Гюнтер зыркнул на комиссара из-под кустистых бровей. – Эт че ж, вы его ловить собрались?

– Да.

Боцман долго, вдумчиво глядел на Бреннона и наконец изрек:

– Эт да. Эт вы сможете. С ним-то, – он мотнул башкой в сторону Лонгсдейла, – че б не смочь. Но сволочной недоносок вряд ли даст себя повесить.

– Посмотрим, – отозвался комиссар. Мысль о самосуде его не прельщала, но он не мог представить, каким образом доказать в суде, что Ройзман, он же Рагнихотри, убил половину экипажа и всех пассажиров «Кайзерштерн». –   Ну что? – спросил он у Лонгсдейла, когда тот закончил с осмотром матросов.

– Они все – люди, – сказал консультант. – Влияния Рагнихотри не осталось, так что они вне опасности. По крайней мере, пока.

– Хорошо. Вы сможете избавить Редферна и Пег от браслетов?

– Гм-м-м… разве не стоит сначала его вылечить?

– Мистер пироман не хочет лечиться у нас, он хочет домой, а с браслетом ему туда не добраться.

Лонгсдейл помолчал и осторожно спросил:

– А вы не намерены воспользоваться этой ситуацией, чтобы вернуть мисс Шеридан домой, а мистера Редферна отправить в тюрьму?

– Нет, – отстраненно ответил Бреннон, – не намерен.

* * *

Было раннее утро; прозрачный свет лился в кабинет Лонгсдейла сквозь высокие красивые окна. Камин жарко пылал, перед ним, завернутые в теплые одеяла, сидели Пегги и Редферн. У ног девушки лежал пес, похлопывая хвостом по ковру всякий раз, когда она почесывала ему загривок носком ботинка. Консультант склонился над рукой Энджела и через многоугольную лупу изучал узор на браслете. Будь у пиромана силы, он бы сидел, напряженный, как струна; однако за неимением сил он ограничился подозрительным взглядом, которым неустанно буравил Лонгсдейла.

– Может, его связать? – тихо предложила Джен.

– Кого именно?

– Обоих, – поразмыслив, ответила ведьма.

Комиссар хмыкнул. После загадочной сцены между Лонгсдейлом и Редферном на корабле Бреннон не рискнул оставить их без присмотра. Хотя из-за этого ему пришлось поручить моряков с «Кайзерштерн» заботам Бирна.

«Родственники, – подумал Бреннон. – Интересно, в какой степени, раз тот, другой, так хорошо помнит Редферна и явно не питает к нему теплых чувств?»

– Это из-за самочки?

– Чего? – вздрогнул Натан.

– Ну, они сцепились из-за нее? – Ведьма кивнула на Маргарет.

– Черт их знает, – буркнул Бреннон: эта идея ему не понравилась.

– Вы, люди, странные. Все время делаете какую-то хрень из-за ерунды.

– То есть у ваших, гм, молодых людей, не случается конфликтов из-за девушек? – невольно заинтересовался комиссар.

– Очень редко. Если девушке нравятся двое, а она нравится двоим, то они так и остаются втроем. Не понимаю, что вам мешает делать так же.

Бреннон поперхнулся, удивившись, насколько могут отличаться от моральные устои таких, как Джен, от человеческих правил.

– А… но… но как же дети?

– Какие дети?

Комиссар попытался подобрать слова, которыми прилично объяснить это девушке, но Джен беспечно добила его последним выстрелом:

– Вождь клана решает, какая женщина от какого мужчины будет беременеть. Дети должны рождаться от самых сильных и наследовать их лучшие свойства. Разве вы так не делаете?

– Нет, – обалдело выдавил Натан; ведьма озадаченно нахмурилась:

– Тогда зачем вы жените ваших дочерей на мужчинах, которых сами им выбираете? То есть если дело не в рождении сильного потомства, то… то… то чем вы тогда так недовольны? – Джен непонимающе уставилась на Маргарет и ее пиромана. – Она же нашла себе подходящего мужчину, что вас не устраивает?

Комиссар мог бы перечислять несколько часов, но не находил выражений, которые помогли бы объяснить ведьме, что юные мисс из приличных семей никоим образом не должны «находить» себе мужчину. Да еще и такого, прости господи!

– Сволочь, конечно, – задумчиво подытожила Джен, – если так, вообще, посмотреть. Но вон как ее облизывает. Здоровый, сильный, мозги есть, чародействует неслабо – приплод даст неплохой. Чего вам еще надо?

– Замнем, – твердо решил Натан. Хотя в его разуме роились десятки вопросов: кто в таком случае воспитывает детей? знает ли Джен своих родителей? а братьев и сестер? ее мать живет с ее отцом или нет? а если нет, то как Джен относится к своему отчиму? или у нее их два?!