Консультант - Александра Торн

– Неужели вам жалко? – прошипел пироман. – Ему следовало довести дело до конца, чтобы вы…

– Дядя! Энджел! – раздался голос Маргарет. – Вы где? Мы тут…

– Пег, не подходи! – крикнул комиссар, но поздно: девушка вынырнула из темноты, увидела Ляйднера и отпрянула со сдавленным воплем, зажав рукой рот.

Энджел переменился в лице и метнулся к ней.

– Маргарет! – Он поймал ее за руку. – Это Ляйднер! Вы понимаете? Маргарет, вы же помните, я обещал!

Он он уставился на нее жадно и умоляюще одновременно. «Смотрите! – прочел Натан в его взгляде. – Смотрите, я сделал это для вас! Вы же довольны? Довольны, правда?»

– Маргарет, я ведь обещал вам, и он поплатился, вы же помните… вы же…

«Рады?» – с горечью подумал Натан. Маргарет, дрожа, вгляделась в моряка – и узнала его. Натан понял это по тому, как изменилось выражение ее лица. Отвращение и ужас исчезли, словно узнавание мигом их смыло; она отстранила Энджела, чтобы окинуть Ляйднера долгим оценивающим взглядом – матрос уже не трясся, только издавал слабые клокочущие звуки.

– Маргарет… – прошелестел пироман.

Она наконец отвела взгляд от моряка и прижала ладонь к запавшей щеке Редферна.

– Ох, Энджел, – нежно сказала Маргарет, он слабо улыбнулся и привалился к стене: вспышка ярости угасла, отняв у него последние силы. – Вы совсем устали. Идемте, я нашла место, где вы сможете отдохнуть.

Она подставила ему плечо, и Энджел тяжело оперся на девушку. Он был весь в поту, как от лихорадки, и ребра ходили ходуном, натягивая обожженную кожу.

– Что наверху? – сухо спросил Бреннон.

– Рагнихотри сбежал, – ответила Маргарет. – Проблемы остались. Добей его и понимайся на палубу – тебя ждут мистер Лонгсдейл и ведьма.

– Добить? – холодно уточнил комиссар, хотя в сердце что-то сжалось. – Ты настаиваешь?

Маргарет насмешливо фыркнула:

– А ты что, думаешь, я прощу его во имя милосердия и сострадания?

– Нет, – сказал Бреннон, – не думаю.

* * *

Комиссар глубоко вдохнул сырой холодный воздух. После затхлого трюма он показался Натану опьяняюще свежим. Как будто удалось вырваться из удушающего сна – не кошмара, но липкого полубредового видения, после которого реальный мир при всей своей неприглядности выглядит чертовски милым местом.

– Что здесь у нас? – осведомился Бреннон.

Над палубой свистел пронизывающий ветер, в небе сгустились тучи, вид которых Натану не нравился. Корабль натужно скрежетал, словно собирался вот-вот развалиться на части и выбирал подходящий момент.

– Рагнихотри сбежал, – сказал Лонгсдейл; пес с виноватым видом сидел у его ног. – Мы сцепились, и он попытался провернуть со мной какой-то брахманский трюк с подчиняющими чарами, но безуспешно.

– Так что ж, от расстройства он сиганул за борт? – Комиссар огляделся. Джен нигде не было видно, и он встревожился: черт знает, кого ведьма испепеляет в эту минуту… и не утонула ли, надорвавшись после драки со змеем.

– Ну… да, – признал Лонгсдейл.

– Что да?

– Сиганул.

Бреннон поперхнулся. Море за бортом могло вызвать мысли о купании разве что у самоубийцы.

– Зачем? – Тут он заметил группку матросов, собравшихся вокруг седого мужика, который кинул ему топор. Бреннон все еще сжимал оружие в руке.

– Чтобы сбежать. Он оседлал змея, отсоединил корабль и…

– Даже не нагадил напоследок? Эта тварюга может одним ударом хвоста полкорабля разнести, а Рагнихотри просто взял и уплыл? Куда он, черт подери, вообще может направляться верхом на змее?

– Не знаю, – расстроенно признался консультант. – Мне следовало отправиться за ним, но я не могу оставить вас на корабле в таком положении. – Он выразительно взглянул на тучи. – Я послал в погоню Джен, но, боюсь, ей придется вернуться. Море – не слишком дружественная ей стихия, особенно в бурю.

– Как она? – буркнул Натан, сам не зная, о чем спрашивает: о здоровье ведьмы или о том, сколько еще жертв она выкосила.

– Змей ей не навредил.

– А она ему?

Консультант неопределенно пожал плечами. К Бреннону решительно направился седой моряк, окруженный тесной толпой товарищей по несчастью.

– Клаус Гюнтер, – отрывисто назвался он и сунул Натану куртку, которую комиссар с благодарностью натянул. – Боцман «Кайзерштерн».

– Комиссар Бреннон, отдел особо тяжких преступлений, полиция Риады. Это наш консультант, мистер Лонгсдейл.

Гюнтер посверлил Лонгсдейла тяжелым подозрительным взглядом – ничего удивительного после всего пережитого моряками.

– Эт у вас там в полиции терь такие есть? – недоверчиво спросил боцман. – Эт ваш собственный, что ли, zauberer[10]?

– Угу, – согласился комиссар.

Треснувшая мачта со скрежетом накренилась, отчего весь корабль заскрипел. Лонгсдейл вскинул руку и забормотал заклинание. Мачта встала на место, но матросы отпрянули от консультанта; Гюнтер неприязненно на него покосился. А Бреннону стало ясно, что далеко с такой мачтой они не уплывут.

– Где мы? Корабль сильно поврежден?

– Мы шли к Дессенбергу. Но дороги туда судно не выдержит. – Моряк кивнул на мачту. – Можем повернуть обратно, если повезет.

– Почему – если повезет?

Гюнтер ткнул пальцем в клубящиеся до горизонта тучи:

– Видали? Если двинемся к вашему берегу, пойдем в самое сердце шторма.

Перспективы комиссару не понравились. Матросы смотрели так, будто ждали решения проблемы – и почему-то именно от него.

– Поганая гнида и здесь свинью подложила, – буркнул боцман. – Таких штормов не бывает в этих водах в середине сентября.

Бреннон потер бородку и наконец постановил:

– Отправьте ваших людей осмотреть корабль. Я узнаю, что мистер Лонгсдейл сможет сделать с мачтой. А, и еще: в трюме находится мистер Ляйднер. Если он еще жив, разместите его где-нибудь.

– Ляйднер, – медленно повторил моряк и добавил что-то, явно нелицеприятное, на доргернском; матросы поддержали его согласным гулом. – Сдохнет – туда ему и дорога!

– Он был членом вашего экипажа до того, как переметнулся к Рагнихотри?

Гюнтер кивнул.

– А кто такой этот Рагнихотри?

– Доктор Йоганн Ройзман. – Боцман презрительно сплюнул за борт. – Профессор, мать его. Прикончил секретаря министра, полицейского, капитана и за пассажиров взялся. Никто не уцелел. Сукин выродок.

– С ним был мазандранец. Где он?

– Дикаря никто не видел с тех пор, как его хозяин прыгнул за борт.

Бреннон подошел к Лонгсдейлу, задумчиво изучавшему треснувшую мачту. Пес обнюхивал основание мачты и при виде комиссара сокрушенно покачал головой.

– Зачем вы вообще это сделали? – ворчливо осведомился Натан.

– Хотел отвлечь его внимание.

– Вам удалось. Кстати, наш мазандранец по духу – доктор Йоганн Ройзман. Он перебил пассажиров, своих спутников и прикончил капитана «Кайзерштерн». А сейчас, пока мы торчим на разваливающемся корыте, он верхом на змее уматывает в свое логово.

– По-моему, безопаснее всего будет убрать эту мачту, – заметил Лонгсдейл.

– А потом? Приближается шторм. Надо сваливать с этого корыта.

Консультант посмотрел на тяжелые черные тучи. Ветер