Консультант - Александра Торн

Энджел стиснул зубы так, что под кожей желваки выступили. Маргарет уложила наставника к себе на грудь и обняла, хотя сейчас больше хотела хорошенько стукнуть его по гениальной голове за ослиное упрямство. Консультант склонился над ладонью Редферна и забормотал заклятия, рисуя пальцем знаки над ранами. Энджел сверлил его ревнивым взором. Маргарет вздохнула. Причина, по которой взрослый мужчина ведет себя хуже пятилетнего мальчика, так и осталась для нее загадкой.

Дядя тем временем изучил дверь, которая так волновала Маргарет, и переглянулся с псом. Зверь обнюхал замок и щель у пола, отступил на несколько шажков и прыгнул, в щепки разнеся преграду. Внутри оказались ряды закрытых прозрачными дверцами полок, книжных стеллажей и три больших зеркала, привинченные к полу и бортам. Энджел зашевелился в объятиях девушки и подался вперед, как кот на запах валерьянки.

– Цыц, – нежно мурлыкнула ему в ухо мисс Шеридан. – Не то удавлю подушкой.

– Вот отсюда он их и выпускал, – сказал Бреннон; склянки за дверцами угрожающе позвякивали в такт корабельной качке. – Как думаешь, Кусач, успеем протащить всех в Блэкуит? Двадцать два матроса и нас шестеро.

Пес покосился на иллюминатор. За ним сгустилась чернильная темнота, корабль качало все сильнее.

– Здесь готово. – Лонгсдейл отпустил ладонь Энджела: шрамы выглядели жутко, зато на лицо наставника вернулись хоть и бледные, но живые краски, и дышал он гораздо ровнее.

Консультант протянул руку к ожогам и встретился с Энджелом взглядом. На миг Лонгсдейл замер; вдруг в его глазах загорелся огонек. Консультант поднялся, опираясь на колено, и угрожающе навис над Редферном. Рука Лонгсдейла сжалась в кулак, лицо потемнело от ярости. Энджел ударил первым – ребром ладони в горло, коленом в живот. Консультант увернулся, поймал его руку, выкрутил за спину и повалил Редферна ничком на кровать.

– Какого черта?! – рявкнул Бреннон.

– Эй! – закричала Маргарет и вцепилась в плечи и локоть Лонгсдейла. Его мышцы были просто каменными, и девушка втиснулась между ним и Энджелом. – Прекратите! Что на вас нашло?!

Лонгсдейл перевел взгляд на нее – и смотрел неотрывно, словно боялся отвести глаза, с такой нежностью, что у Маргарет сердце сжалось. Выпустив Энджела, он обнял ее одной рукой, а другой притронулся к запекшейся ране на ее щеке. Затем прошептал заклинание; по щеке протянуло приятным теплом, и боль исчезла. Маргарет подняла руку и невольно коснулась его руки. Взгляд консультанта задрожал и стал рассредоточиваться.

– Нет, нет-нет! – вскрикнула девушка и вцепилась в Лонгсдейла. Опять! Как в прошлый раз! – Куда вы уходите?!

Внезапно Энджел вцепился в нее и зашипел:

– Оставьте его!

– Вы, трое! – заорал Бреннон; справа в корабль как будто ударил кулак, и судно резко накренилось на левый борт.

* * *

Пес метнулся в сторону, пропахал когтями тлеющие борозды в полу и вытянулся вдоль борта. Комиссара с такой силой впечатало в мягкий бок, что вышибло из груди весь воздух. Мимо него почти единым клубком прокатились Лонгсдейл, Маргарет и Редферн. Грохнул об стену графин, опрометчиво забытый кем-то на столике у кровати, следом посыпались подушки и постельное белье. Мимо Натана со свистом пронесся поднос с едой, оставляя за собой след из мазандранского острого рагу и пряных хлебцев, и украсил иллюминатор длинной трещиной.

– Комиссар! Сэр!

Бреннон кое-как приподнялся на локтях. В дверном проеме висела ведьма, обеими руками вцепившись в притолоку и упираясь ногой в дверной косяк.

– Мы в порядке! Ты цела?!

– Да! Началось! Шторм!

– Где матросы?!

– На палубе! Сейчас спустятся!

– Тащи всех сюда!

Комиссар обернулся к зеркалам. Они, слава богу, были целы и работали: в них ничего не отражалось, кроме синего неба с россыпью звезд. Он заскреб руками по полу, пытаясь встать, и быстро признал бесполезность всех усилий. Корабль страшно скрежетал, кренясь на левый борт все круче.

– Скорей! Нога здесь, нога там! Лонгсдейл, вашу мать!

– Тут! – бодро, хоть и несколько сдавленно отозвался консультант из-под Пегги и пиромана.

– Займитесь этими чертовыми зеркалами! Пока они еще целы!

Консультант послушно отодвинул в сторону Редферна с Маргарет и перебрался к зеркалам. По счастью, все шкафы и полки были крепко прикручены к полу и стенам, а дверцы – заперты на ключ. Они с честью выдержали град книг и склянок, обрушившихся на них изнутри от резкого наклона судна. Правда, теперь в стеллажах что-то клубилось и булькало. Лонгсдейл забормотал заклинание над первым зеркалом, а Натан обернулся к племяннице:

– Пегги, ты в порядке?

– Относительно, – немного сипло ответила девушка. – А ты?

– Ничего. Редферн, вы можете помочь Лонгсдейлу?

– Нет, – раздраженно сказал пироман и поднял руку с браслетом. – Пока на нас эта дрянь – никакой магии.

– А если его распилить? Лонгсдейл как-то избавился от цепей с похожими рисунками.

– О, да чтоб вас! – рявкнул Энджел. – Похожие рисунки! Это ни черта не похожие рисунки! Дефо нанесла руны на первый попавшийся предмет, а это, – он потряс рукой, – специально изготовленная вещь, с интегрированными в ее состав менди, которые…

– Не орите, я уже понял, – оборвал его комиссар, подумав, что это весьма недурная штука. Поймал колдуна, надел браслет – и вперед, в камеру, на допрос, в суд…

– Не надо рассуждать о том, в чем ни черта не понимаете, – пробурчал Редферн, но гораздо спокойнее. Может, дело было в Маргарет, которая уютно прильнула к его боку. Энджел заботливо ощупал ее и зашептал что-то по-иларски. Корабль мотало, как пьяного, и Бреннон немного завистливо заметил, что пироман с редкой прозорливостью устроился в единственном углу, в котором меньше всего бултыхало. Даже пес цепко впивался когтями в пол, чтобы устоять на месте.

– Они настроены на театр, – сказал Лонгсдейл. По одному шкафу рядом с ним уже пошла трещина, из которой сочится дым.

– До сих пор?

– Да. Видимо, Рагнихотри не пользовался зеркалами с того дня.

– Ладно, не будем терять время. По сколько человек сможет пропустить каждое?

– Оптимально – по двое.

Комиссар поскреб бородку. В иллюминатор с силой хлестала вода, и трещина на нем быстро расширялась. Корабль выровнялся, но от каждого удара волн казалось, что он вот-вот расколется, как орех. Угрожающее шипение и бульканье в стеллажах тоже не радовали. Пес перебрался к ним и напряженно принюхался.

– А если больше?

Лонгсдейл поразмыслил.

– Максимум – по трое. Но тогда есть вероятность разрыва тропы. Корабль крайне нестабилен, и я бы все же не стал рисковать.

– Хорошо. Тогда по двое. Когда они будут готовы?

– Уже, – невозмутимо сообщил консультант. – Тропа проложена.

– Тогда начнем с этих. – Комиссар ткнул