Фантастика 2026-108 - Борис Владимирович Романовский

— Давай, жду.

Через минут пять в ритуальную комнату вошёл Лазарь.

Он принёс с собой небольшой артефакт в виде кулёчка. Скорее всего, что-то подобное на шар Волобуева, в котором тот притащил жертву.

Так и оказалось — Лазарь бросил кулёк на пол, и тот развернулся в довольно большой кокон, в котором застыл уродливый старик с сильно деформированным телом.

Причём тело было деформировано не из-за внешних травм, а само по себе — из-за каких-то непонятных болезней и проклятий.

Первым делом я взял мозг монстра и добавил его в подготовленную смесь. Когда раствор был готов, я нарисовал все руны.

Затем, по моему указанию, Лазарь вытащил Проклинателя из кокона и закинул его на один из ритуальных кругов. А сам лёг во второй.

— Готов? — спросил я.

— Да, — он сосредоточенно кивнул.

— Предупреждаю, будет больно.

— Ничего страшного, — Лазарь сцепил зубы.

Я зачитал заклинание. Из тела Лазаря вырвались полупрозрачные нити и накинулись на старика-Проклинателя. Тот очнулся и заорал. Попытался взбрыкнуть, но сила ритуала прижала его к земле.

Само по себе Проклятие Забвения не убивает человека, оно лишь полностью стирает ему память.

После того, как ритуал завершится, мне останется живое тело Старшего Магистра, которое можно будет использовать для других целей. Например — скормить его Присной.

Старик-Проклинатель громко кричал от боли и царапал своё лицо.

Лазарь же тихо стонал, стиснув зубы.

Я ждал подходящего момента, чтобы вмешаться в ритуал.

И вот он настал — резко сунув руку в ритуальный круг, я схватил одну из белёсых нитей.

Та тут же внедрилась под мою кожу и застряла в области ладони.

Сразу несколько нитей последовали за первой, и скоро на моей ладони закрутился небольшой белёсый клубок. Я быстро начертил нужные руны на запястье и стиснул кулак, пытаясь сжать проклятие — сдавить эти нити в единую субстанцию.

Сейчас, после ритуала Шимерса и после того, как я стал полноценным Мастером, процесс получения Проклятой Жемчужины значительно облегчился.

Я крепко сжимал кулак, рисуя руны на запястье. Шёпотом зачитал заклинание, чтобы воздействовать на нити в моей руке.

А в это время ритуал продолжался — Лазарь и старик терпели жуткую боль, но один избавлялся от Проклятия, а второй пожирался им.

Наконец я ощутил, как нити спрессовались в жемчужину. Я резко раскрыл ладонь, и вниз полетела чёрная Проклятая Жемчужина, отливающая серым цветом.

Не позволив упасть Жемчужине на пол, коснулся её жезлом, и она исчезла в пространственном хранилище концентратора.

Начал рисовать круг для ритуала Восстановления, чтобы исцелить ладонь — она вся покрылась волдырями. Но в этот момент ритуал Передачи Проклятия закончился.

Проклинатель превратился в глупое существо без разума, в то время как Лазарь избавился от Проклятия Забвения.

Ему ещё предстоит множество восстановительных процедур, в том числе и для того, чтобы вспомнить всё, что он забыл. Но главное — он спасён.

— Благодарю, — хрипло сказал он. — Артефакты и кровь там.

Он поднял дрожащую руку и ткнул пальцем в свою поясную сумку, которую оставил на стуле.

Я кивнул и закончил ритуал. Моя кожа начала стремительно восстанавливаться.

Затем я подошёл к сумке. Открыл её. Внутри лежали два моих артефакта и пара стеклянных бутыльков.

Око Циклопа выглядело как оранжевый шар с чёрной точкой внутри, в то время как Громовержец был похож на нефритовый треножник.

Сперва я вынул два бутылька. В них находилась вторая часть платы — пять капель крови Высшего монстра.

В одном бутыльке было три капли крови, а во втором — две. Одна кровь отливала оранжевым, а вторая — серым. Я откупорил первую крышечку, вдохнул аромат и тут же закрыл её.

— Если я правильно понял, то это кровь Высшего Циклопа, — задумчиво сказал я.

— Ты угадал, — Лазарь с трудом встал и подошёл ко мне.

Я откупорил вторую крышечку.

— А это — стальной орёл или что-то такое?

— Высший Стальной Грифон, — кивнул он. — Ты невероятно чутко ощущаешь кровь. Впервые такое вижу.

Я усмехнулся, убрал все сокровища в свою поясную сумку и вернул Лазарю его сумку.

— Давай перекусим, — предложил я. — Поболтаем.

Как-то проголодался я. За последнее время особо ничего не ел.

— Не откажусь, — согласился старик.

Мы поднялись в обеденный зал, где нам быстро накрыли на двоих.

За едой я начал разговор об интересующей меня теме:

— Ты ведь знаешь, что сейчас идёт скрытая борьба за титул нового Князя?

— Скрытая? — хмыкнул Лазарь. — Нет, Руслан, она уже не скрытая. Но да, я слышал.

— Уральский хочет сделать Князем своего подопечного — Юрия Аянского, — раскрыл я.

Лазарь скривился.

— Это тот ещё подонок, — процедил он. — Не удивлён, что он продался Уральскому.

— Вместе с Уральским также работает и Орден Проклинателей, — продолжил я. — Они дважды предупредили меня, чтобы я тебя не исцелял.

— Знаю, — кивнул Лазарь. — Поэтому я и предложил столь высокую цену — два полноценных замковых артефакта.

— Поэтому я и был вынужден согласиться, — хмыкнул я.

Лазарь пожал плечами.

— Это политика. Со временем ты сам научишься понимать все её скрытые механизмы.

«О да, я ведь ещё такой маленький, глупенький», — мысленно прокомментировал я. А вслух спросил:

— Скажи, ты сможешь претендовать на роль следующего Князя?

Я знал ответ на этот вопрос. Уральский не так просто опасается Лазаря — в предках у Родиона был Высший Маг, который оставил после себя неслабое наследие.

Лазарь задумался на несколько секунд и ответил:

— В теории — да, могу. Двадцать лет назад я спас жизнь принца, и мне был дарован Графский титул с возможностью один раз восстановить его. Я могу вновь стать Графом в любой момент, используя эту бумагу, а затем вступить в борьбу за титул Князя. Там уже, по негласным правилам, Графы должны сами решить между собой, кто является сильнейшим. Но Уральский уже пытается нарушить это правило. Ты ведь знаешь о его затее?

— Да, — кивнул я. — Аянский должен удивить его дочь, и Уральский выполнит одно его условие.

— Да, — кивнул Лазарь. — Уральский не сможет напрямую вмешаться и сделать Аянского Князем. Но, например, он может одолжить ему свой знаменитый молот — один из немногих артефактов Высшего ранга во всей стране. И тогда