Фантастика 2026-108 - Борис Владимирович Романовский

лежит древняя музыкальная шкатулка, которая принадлежала египетской правительнице Хенутмире Второй. Если ты сможешь её достать для меня, то я соглашусь пойти с тобой.

— Понял тебя, постараюсь.

Музыкальная шкатулка — надо же. Впрочем, насколько я понял, чудачество старика как-то связано именно с пением — Амина упоминала, что он очень любит петь.

Отключившись, я позвонил на этот раз Николь.

— Да? — ответила она почти сразу.

— Императрица планирует транслировать турнир между двумя Академиями по всей стране. У нас есть возможность заработать на этом? — прямо спросил я. — Мне нужен быстрый ответ.

Николь помедлила пару секунд.

— Это связано с политикой? — спросила она.

— Да.

— Транслировать столько масштабное событие в Доминионе мы не сможем, этим займётся Императорский Род, — задумчиво сказала она. — Но мы можем предложить наши услуги как субподрядчики — техническое обеспечение, дополнительные камеры, профессиональных комментаторов. У нас есть опыт в трансляции как сугубо немагических, так и магический состязаний. Также мы можем действовать на опережение. Если трансляция состоится, это откроет новый рынок — немагам очень интересен магический мир, и мы можем быть одними из первых, кто будет его показывать.

— Отлично, составь контракт и отправь его Императорскому Роду, — я отключился и перезвонил Императрице.

Анастасия ответила сразу же.

— Ну что? — спросила Императрица. — Позвонил?

— Да, — я кивнул. — Я готов обменять двух Ледяных Стражей взамен на те два пистолета, о которых вы говорили, и одну музыкальную шкатулку, которая должна храниться в вашей сокровищнице.

— Какую шкатулку? — нахмурилась Императрица.

— Шкатулку египетской правительницы Хенутмиры Второй, — уточнил я. — Слышали о такой?

— Я не знаю ни о какой шкатулке, — покачала она головой. — Но поищу. Позже отправлю тебе сообщение со своим ответом.

— Если у вас есть эта шкатулка и вы можете её мне дать, то я точно буду участвовать в турнире, — улыбнулся я.

Императрица задумчиво хмыкнула и спросила:

— Ты собираешься раскрывать свой настоящий ранг?

— Не знаю, — вздохнул я. — Мне нужно это хорошенько обдумать. Такой шаг вызовет слишком много внимания к моей персоне.

— Не только к твоей, но и ко всей нашей Империи, — кивнула Анастасия. — И это докажет, что мы ещё сильны. В общем, жду твоего ответа завтра.

Она хотела положить трубку, но я быстро сказал:

— Постойте.

Анастасия вопросительно посмотрела на меня.

— У меня есть возможность улучшить ваших Ледяных Стражей. Если точнее — объединить четырёх Ледяных Стражей с силой Магистров в одного стража Старшего Магистра.

Глаза Анастасии расширились.

— Ты правда такое сможешь? — быстро уточнила она.

— Да, — кивнул я. — Но мне потребуются довольно редкие ингредиенты.

— Какие? — резко спросила Императрица.

— Мне нужно сердце Старшего Ледяного Фейри, а также кровь Высшего Ледяного Фейри — пять капель, думаю, хватит.

— Это крайне ценные материалы, — пробормотала Анастасия. — Но думаю, я смогу их найти.

— Ещё вы позволите медиа-компании моего рода поучаствовать в предстоящей трансляции, — добавил я.

— В рамках разумного, — предупредила Императрица. — Позже отпишу тебе.

— Хорошо, буду ждать, — кивнул я.

Она отключилась.

Положив ноутбук на стол ректора, я вышел из кабинета и пошёл на следующую пару. Но мои мысли были далеко от учёбы. Я обдумывал разговор с Императрицей и пытался понять все её мотивы.

Она хочет, чтобы я раскрыл свой ранг стране и остальному миру.

Но тут вроде всё понятно. Во-первых, Красная Академия ярко выступит, а за ней стоит именно Императорский Род.

Во-вторых, мы покажем себя на международной арене — раньше не было шестнадцатилетних Мастеров, и один такой станет яркой звездой, о которой будут говорить везде.

Конечно, это может стоить мне жизни, но престиж Империи, думаю, для Анастасии важнее.

Дальше она попросила стражей.

Очевидно, что уничтожение императорского дворца сильно подкосило род — в новостях говорили, что умер один из Императорских Высших. Уверен, с ним погибло немало стражей. Поэтому Анастасии нужны новые сильные фамильяры.

Это и сподвигло меня предложить ей помощь в создании Старшего Ледяного Стража. Всё же я не хочу, чтобы Императорский Род был полностью подавлен Советом Князей.

Отсидев две пары, я сходил и записался на турнир. Точнее, я думал, что меня запишут на отборочные — но нет, сказали, что мне можно обойтись без них, свою силу я доказал в дуэлях.

Затем я пошёл в библиотеку. Мне нужно кое-что проверить — достать кое-какую информацию, которая связана с предстоящим приёмом дочери Князя Уральского.

Да, у меня есть метод, как сильно удивить молодую шестнадцатилетнюю девушку — настолько сильно, что именно я выиграю в состязании, какой бы подарок там ни подготовил Граф Аянский.

Но мне нужно понять, насколько продвинулось человечество в кое-какой сфере.

В библиотеке я сел за компьютер и принялся изучать материалы.

* * *

Китайская Империя.

— Будьте уверены, господин Сяо Хуэй, — тихо сказал Тимур. — Мои люди справятся с волнениями.

— Уж надеюсь, — хмыкнул дородный китаец в дорогом костюме. — Если они не справятся, то ты знаешь, что с тобой будет!

Тимур поклонился и вышел из кабинета.

Как и следовало ожидать, начались проблемы — причём как внутренние, так и внешние. Другие страны начали давить на Китайскую Империю, в то время как в самой стране начались волнения.

Тимур со своей командой менталистов прилагает все усилия, чтобы устранить хотя бы внутренние проблемы.

Люди Тимура осторожно влияют на мысли и чувства протестующих — на каждой крупной площади находится минимум один опытный менталист, который способен влиять на сознание большой толпы.

Иногда и самому Тимуру приходится вступать в игру, и тогда любое волнение, даже самое крупное, успокаивается. За такие навыки Тимура и ценили.

Но при этом у него начались проблемы — ведь он был одним из вдохновителей, который сподвиг правительство страны связаться с Кошмарами. Чиновники помнят об этом и постоянно напоминают.

Мрачное настроение Тимура было разбавлено пришедшим сообщением. Он прочитал его и нахмурился.

— Это возможность, — пробормотал Аксаков.

Переместившись к себе домой, он связался с Ильясом.

Старик, появившись на экране, тут же начал грязно ругаться.

— Этот Вася, никчёмное чмо! — орал Ильяс, брызгая слюной. — Я его столько лет лечил, а он взял и предал меня, взял и подвёл! Ненавижу этого урода! Как он посмел пойти против меня⁈ Как он посмел