Расследования Марка де Сегюра - Лариса Куницына

class="p1">— Наглый грубиян! — фыркнул Жоан и повернулся к коню — Что нашёл де Бриенна и его убийц, молодец. За это ты будешь награждён, да и его наследник наверняка пожелает отблагодарить тебя. Не велика радость, получить графскую корону, утратив любимого брата, но ты исполнил его просьбу. Подробности расскажешь после. Насчёт твоей безопасности я уже сделал внушение Раймунду.

— Ваше величество… — начал Марк, но Жоан хмуро взглянул на него.

— Не спорь со мной! Что у тебя за дурная привычка спорить с королём?

И Марк невольно улыбнулся, услышав от Жоана эти слова, которые когда-то часто слышал от Армана.

— Он ещё улыбается! — воскликнул Жоан. — Ты понимаешь, баранья твоя башка, что мог погибнуть? У тебя жена и пасынок, но нет сына. Кто бы унаследовал твой титул? Я уж не говорю о том, что такая утрата повергла бы в траур весь двор, особенно женскую его половину! А мне пришлось бы сбиваться с ног, разыскивая нового партнёра для дурацких розыгрышей и пикантных развлечений. И мне, вряд ли, удалось бы найти тебе достойную замену! А кто ещё сможет сохранить в тайне мои любовные похождения, даст разумный совет в щекотливой ситуации и вовремя напомнит мне, что я хоть и не простолюдин, но и не бог, и должен помимо величия иметь мозги и совесть. Ну, что ты ухмыляешься, негодяй? — король, наконец, улыбнулся. — Ты понимаешь, что заставил меня беспокоиться о тебе? Я ночей не спал, думая о том, что ты остался там один, без поддержки и защиты, и наверняка опять влезешь в какую-нибудь заваруху! Не делай так больше! И я рад, что ты вернулся!

— Я тоже рад видеть вас, мой господин, даже когда вы сердитесь, — признался Марк. — Хотя лучше, когда вы улыбаетесь.

— Согласен, — кивнул Жоан и снова повернулся к коню. — Какой красавец! — с восхищением произнёс он, погладив шёлковую гриву Грома. — Откуда он у тебя?

— Это подарок, ваше величество, — ответил Марк. — Хотите взять его себе?

— Нет, я просто хотел сказать, что он достоин своего седока. Мне будет приятно видеть его, так что всегда приезжай ко мне на нём, и на охоты, и на турниры. А кто его тебе подарил?

— Маркиз де Лианкур.

— В самом деле? — король удивлённо взглянул на него. — Вот уж не думал, что старик так к тебе благоволит. Меня уверяли, что в былые годы он на дух тебя не переносил.

— Для меня это тоже было полной неожиданностью, — признался Марк. — Но маркиз оказал мне всемерную поддержку в моём деле, предоставив кров, средства и людей. Он очень мне помог. К тому же он всё также верен вассальным клятвам своих предков, принесённых ими престолу Сен-Марко.

— Хорошо, — одобрил Жоан и усмехнулся, указав на своего оруженосца. — Посмотри, как горят глаза у этого мальчика. Может, позволим ему проехаться на твоём красавце?

— Это Гром, мой милый Жан, — произнёс Марк, обратившись к юноше. — Не обижай его.

— Я буду нежен с ним, как с девушкой, — воскликнул тот и, мгновенно взлетев в седло, помчался по лугу.

— Тебе придётся остаться здесь, Марк, — безапелляционно заявил король, обняв его за плечи. — Здесь собралось много друзей, но мне не хватало тебя. Слуги уже приготовили твои апартаменты во дворце. Отправь гонца к жене, пусть приезжает сюда вместе с сыном. Это ненадолго, до следующего вечера. Потом мы вернёмся в Сен-Марко и займёмся каждый своими делами. Смотри! Бертран опять промазал! Если б из лука он стрелял так же метко, как глазами! Идём, ты покажешь ему, как должен стрелять рыцарь короля Жоана!

И они направились туда, где смущённый Бертран Нуаре под свист и смех зрителей снова пытался прицелиться в неуловимый центр мишени.

Дело о смерти фрейлины

1

Тёмная половина дня подкралась незаметно, и Марк, получив небольшую передышку между своими делами, решил, наконец, разобрать письма. Его секретарь Монсо уехал в Лейден, чтоб проститься со своим тяжело заболевшим учителем и другом, и потому Марк снова остался один на один с лавиной поступающей в его адрес корреспонденции. Он временами поглядывал в окно, где постепенно наливалось яркой синевой небо, расчерченное свинцовыми переплётами. Ему хотелось бросить это скучное занятие и поехать в маленький дом на нижнюю площадь, чтоб навестить семью, но он понимал, что уже завтра на него может свалиться новое расследование, а куча непрочитанных бумаг на столе будет только расти. И беда не в том, что скоро они будут падать со стола. В них могло оказаться что-то важное, какая-то маленькая деталь или прямой донос, которые укажут на свершившееся или задуманное преступление или даже на заговор против короля.

— Нужно завести ещё одного секретаря, — пробормотал он устало. — Где взять денег на его жалование? После пожара нужно ремонтировать дом, а это оказалось слишком дорого. К тому же теперь протекает крыша. И управляющий в имении в каждом отчёте напоминает о том, что нужно чинить ограду парка, чтоб туда не ползали деревенские ребятишки и нищие. Боги, как всё сложно…

Он выбрал из стопки очередной неподписанный конверт и вытащил из него надушенное послание, написанное изящным почерком, но с орфографическими ошибками. «Ваша светлость, я осмелилась написать вам, потому что душа моя томится от любви…»

— У меня нет на это времени, — проворчал он и, скомкав листок, швырнул его в сторону камина.

Дверь кабинета распахнулась, и на пороге, как всегда, без стука появился Рене де Грамон. Он был в парадном костюме с филигранной цепью на груди.

— Ты идёшь? — спросил он, входя, и его новые ботфорты из голубой замши слегка поскрипывали при каждом шаге.

— Куда? — ворчливо поинтересовался Марк.

— В зал вассалов, — ответил Рене. — Король велел явиться туда всем титулованным вассалам и служащим двора.

— Он даёт кому-то официальную аудиенцию? — без особого интереса уточнил Марк. — У меня нет времени торчать там. К тому же в этой толпе, собравшейся на его призывный свист, он не заметит моего отсутствия.

— Ты не понял? — Рене упёрся руками в стол и склонился к его лицу. — Король приказал явиться всем, тебе в том числе!

— Рене, я полдня бегал по городу, мой костюм не для официальных приёмов, к тому же покрыт пылью.

— Ну, не капризничай, Марк! Если ты не изображаешь бретёра или бродягу, то в любом случае выглядишь как барон. Я что, должен расточать тебе комплименты, чтоб заставить исполнить приказ