Апелляция кибер аутсайдера 1-5 - Семён Афанасьев

— Не в курсе насчёт вас, у нас что, сходный рейтинг? О себе, пожалуй, согласен. Хотя и не в вашей формулировке.

— Вы и не можете быть в курсе насчёт меня. "Да" на ваш последний вопрос, рейтинг рядо...

Мне просто повезло, а он как поднялся? Интересно.

— Тогда начну первым, — перебиваю его вполне осмысленно. — У меня задача очень простая. Узнать, кто убил мать и за что, раз. В зависимости от ответа на вопрос — выбрать инструмент наказания, по возможности оставаясь в рамках законодательства, два.

— А если окажется, что враги выше уровнем, чем вы рассчитывали? — сейчас он смотрит как-то испытывающе.

— Пф-ф-ф, выше первого списка? Как это возможно технически?

— Не выше, — соглашается он. — Но и сам первый список — немало. Тем более с учётом нашего с вами в нём положения.

Занятное обобщение.

— Что вы будете делать, если окажется... — продолжает дознаватель.

— Там, откуда я родом, — снова перебиваю, — мне приходилось заниматься спортом. Перечень квалификаций такой: первый разряд, мастер спорта, между ними ещё один ранг, промежуточный. Будучи в этом промежуточном ранге, мне приходилось не раз побеждать мастеров спорта.

— Хм. Командой, залистованной в низшей лиге, били команду из более высокой? — он слегка заинтересовывается. — Как?

— Это был индивидуальный вид спорта, о командах речь не шла. Но можно и так сказать.

— Что позволяло вам компенсировать разницу в классе?

Похоже на какой-то непонятный экзамен. Ладно. Выглядит он естественно и ничего, выходящего за рамки, пока не говорил.

— А кто вам сказал, что у нас была разница в классе? — копирую его движение и тоже почти касаюсь ухом плеча. — Бывает так, что уровнем ты уже давно выше. Но этот вес неудобный, а в твой родной тренер переходить не даёт — интересы клуба. Получается, в квалификации ты этим мастерам не уступаешь, просто официально ранг ещё не присвоен.

— Я вас услышал. — Коули начинает что-то активно прикидывать про себя.

— Могу спросить, почему вы искали контакта именно со мной? — а я тем временем спрошу, всё равно они тут могут говорить и думать одновременно.

Плюс Мартинес жестами делала очень прозрачные намёки, что этот парень — умный череп, просто страх.

Кое-какие детали у меня уже выстроились в мозаику. Для начала, представитель некоего министерства, которого опасается даже дядя Эрнандес (эдакий серый кардинал, заруливающий из восемнадцатого участка всем городским департаментом) — не та фигура, чтобы тратить столько времени и сил на простого пацана.

Последнее тут же говорю ему вслух. Всё, дальше можно ожидать реакции.

— А вы не простой пацан, — возражает он серьёзно. — Вы одного со мной рейтинга, тоже цветной — соответственно, не титульный. Чтобы остаться на вашем нынешнем уровне, вам, как и мне, придётся очень здорово работать локтями, и не только ими. О симбиозе слыхали?

Изо всех сил удерживаюсь, чтобы не пуститься в остроты насчёт себя-цветного. На заднем плане мелькает мысль, что Айя бы их точно оценила.

Хотя, если подумать, для записных японцев-ортодоксов мы с ним оба можем быть одного поля ягодами — уже молчу, что упражняться в остроумии в адрес темнокожего будет не самой лучшей идеей. Наверное.

— А на вашем новом уровне вам понадобятся точки опоры, — ровно продолжает полицейский. — В данном деле у вас личная заинтересованность — родная мать. Соответственно, в дополнительной мотивации вы не нуждаетесь.

— Э-э-э, в мотивации на тему чего?

— Поиска виновных, — веско кивает он. — Кем бы они ни были. С привлечением к ответственности.

— Да я уже понял, что это китайцы... Не могу только сообразить, чем им этот этаж помешал. И каким образом мои родители постоянно оказываются не в том месте, хотя по отцу всё было совсем иначе.

— Я очень рад, что вы наконец сказали это вслух сами, — детектив опускает веки. — Я, в отличие от вас, планирую очень быстро установить, какие именно цели ставились на этом этаже. Но вот потом, по мере получения результатов, встанет вопрос: расследую ли и дальше я? Или дело уйдёт государственному обвинителю, в прокуратуру, а меня оставят за бортом и поблагодарят лишь рукопожатием?

— Не до конца понимаю свою роль на этом этапе. Как и ваши в собственный адрес ожидания.

— Зато те, кто за вами стоят, поймут всё очень хорошо, — он разлепляет глаза, упирается взглядом в меня и двигает подбородком вниз. — После того, как вы им всё подробным образом перескажете. Цель моего разговора с вами — скорее, заручиться их поддержкой. Пользуясь оказией и вами, как контактом.

— Чисто чтобы избежать двойных трактовок. Кого вы сейчас имеете ввиду? С вашей точки зрения, кто стоит за мной?

— Фамилия ваших опекунов, мне не важны конкретные персоналии.

Хм. А ведь он не в курсе, что Тика разводится. Сказать или промолчать?

Какая досада, что я абсолютно ничего не понимаю в здешних раскладах.

Мои размышления темнокожий явно истолковывает по-своему:

— На этапе любых резонансных расследований, — он указывает большим пальцем себе за спину, — главным является не найти виновного. Это как поймать рыбу, вопрос техники и времени. Поверьте, ничего сложного.

— А что тогда главное?

— Удержать пойманное. Чтобы рыба не сорвалась с крючка, приходится использовать сачок или аналогичные инструменты; это если рыба большая-большая, как ожидается в нашем случае. — Он оглядывается по сторонам.

— А откуда вы знали, что я сюда приду?

— Не именно вы. Я ожидал, что появится кто-либо из верхушки HAMASAKI INCORPORATED — я же сказал, мне не важны персоналии. Поскольку вашу мать сюда размещала ваша же опекунша, в первую очередь ожидал её. Но вы — так даже лучше. С вами мне проще договариваться, не уговаривая, поскольку мы на плюс-минус одном уровне.

— Детектив, мне никогда не приходилось вести подобные разговоры, потому позвольте, я буду полностью откровенным.

— Сделайте одолжение, — он собранно кивает, ожидая продолжения.

— Наш с вами разговор сейчас похож на кривую вербовку. Во всяком случае, на основании бульварной литературы у меня складывается именно такое впечатление. Но я абсолютно искренне не понимаю, кто из нас двоих кого сейчас доминирует.

— Вы новичок в подобных раскладах, — констатирует он. — Рейтинг у вас запредельный, но недавно, вот и не успели пообтереться.

— Вроде не скрываю.

— Я бы сформулировал иначе. Наши возможные договоренности, которые могут стать результатом нашего с вами личного знакомства, должны быть выгодны обеим сторонам.

— А такое бывает? Там, откуда я родом, все сплошь и рядом бредили категориями игр с нулевой суммой.

— Вы же сами даёте этому оценку, — равнодушно пожимает плечами полицейский. — Бред. Я должен как-то прокомментировать?