Долг человечества - Артем Сластин

Полуминутой позднее к нашим потугам Варя присоединилась. Она казалась холодной и нелюдимой, а покрасневшие белки глаз отчетливо оповестили о ее состоянии. Дима, не будь он столь деревянным в вопросе чужих эмоций, наверняка бы это как-то прокомментировал, но воздержался. А может, я думаю про него хуже, чем он есть на самом деле, и парень все понял, оттого решил ничего не говорить?

Ее огненная вспышка с легкостью заняла сухой трут, собранный неподалеку, но сгорал он слишком быстро. Жара точечно подавалось многовато, а вот сырые ветки, собранные нами в костровище, заняться не спешили, тут сил волшебницы не хватало. Все, чего мы добились, даже смешав ветки с трутом, лишь горстки пепла и едкого дыма от сырых палок. Что-то явно мы делали не так, но как офисные хомячки, последний раз разжигавшие огонь ещё в детстве, понять не могли.

— А можешь огонь чуть добавить, а? — С надеждой в голосе уточнил Дима у Вари.

Девушка покачала головой из стороны в сторону:

— Я это не контролирую.

— Да уж… огня не развели, да и видно нас теперь из-за дыма.

— Сами пробуйте! — Вдруг взорвалась Варя, зло глянув на нас. — Сказала же, не контролирую я силу, и так делаю что могу!

— Тише, тише, попробуй не трут разжечь, а сразу палки. — Принял оборонительную позицию воин.

Вот как оно бывает — еще вчера крепкий средний класс, каждый с определенной степенью достатка и уровня требуемого комфорта, считали себя людьми высшего сорта, благостно воспринимая достояние человечества. Да что там, считали воду в кране и зажигалку в кармане чем-то настолько обыденным, что даже не задумывались над тем, через что исторически пришлось пройти людям, чтобы у них это было.

А сейчас у нас этого нет. И все, чего смог добиться «средний класс» в разведении костра без привычных приспособлений для пикника — резь в глазах от дыма. Но это и делает нас людьми. В ситуации, в которой мы оказались, нам был жизненно необходим огонь. И именно поэтому мы не бросали попыток.

Попытки номер два, три и далее, тоже не увенчались успехом. Слишком высокая влажность, ветки сырые насквозь, вдобавок покрытые росой, хоть выжимай. Мы посидели немного, обреченно переглянулись с парнем, думая каждый о своем, а вскоре появилась и Катя.

— Проблемы, мальчики? — Ехидно спросила она, окидывая надменным взглядом наши безуспешные потуги, проигнорировав при этом Варю.

— Ага. — На голубом глазу отозвался Дима. — Древесина какая-то негорючая.

Девушка вернулась к стоянке чистая, с влажными волосами, сейчас лежащими на ее спине длинными светлыми локонами. В руках она держала связку какой-то широколистной травы.

— Так значит ты и родник нашла? — Удивился парень, наблюдая за пришедшей.

— Ручей. Я ведь говорила. И, на правах первооткрывательницы, сама же им и воспользовалась. Вам бы тоже не помешало, а то от некоторых смердит.

Варя отчего-то восприняла это на свой счет, фыркнула и ушла к расселине, ни сказав ни слова. Либо же просто не могла находиться в обществе Кати. После произошедшего или в общем развилась такая неприязнь? Мне невдомек. Тем более, задача стоит куда более конкретная, чем разбираться в человеческих душах. Нужен огонь, нужно согреться, вычистить одежду, и действительно помыться. Еще день-два в такой обстановке, и на очередной ночевке не сможем спать от рези в глазах.

Может ли мне как-то помочь мой навык в разведении огня? Сходу на ум не пришло ничего, а изучение интерфейса в погоне за мыслью привело меня к магазину. Там были и дрова, и трут, и огниво. Но все это — местная валюта, которые я на манер Вари собираюсь называть деньгами. Больно уж долго каждый раз в голове прокручивать «очки достижений». Ведь что это, как не деньги? Но не об этом сейчас. Тратиться на столь прозаическое занятие я не видел экономического смысла. Что, совсем не придумаем, как огонь разжечь? От раздумий меня отвлек голос.

— Всем привет. — Это был Антон, широко зевающий и осматривающий окрестности. — Чем это вы тут заняты?

— Да вот, как пещерные люди, пытаемся разжечь огонь. — Ответил Дима.

Я же молча кивнул лучнику в приветствии.

— Почему «как»? — Спросила Катя. — Вполне себе пещерные.

— Действительно. — Шумно выдохнул Дима.

К попыткам подключился и Антон. Ход его мыслей был почти на сто процентов схож с нашим, и вначале он попробовал несколько камней постучать друг о друга, а затем предложил позвать Варю. Мы ему объяснили, что ее способность так же оказалась бессильной, и проблемой был именно влажный валежник. Что уж говорить о сырых ветках на деревьях, которые полны сока.

Вскоре проснулись и остальные. Первой после прочих из расселины выбралась Женя, а самым последним на свет уже вовсю греющего наши кости солнца показался и Борис. Целительница тотчас принялась выспрашивать Катю о том, отчего она такая чистая и где она помылась, а та, вопреки ожиданиям, не съязвила, а вызвалась показать дорогу до ручья. И, под веселое обсуждение бесполезных мужиков, не способных добыть огня, испарились в чаще леса. Антон не возражал.

Я закусил язык. Но не от того, что Катя оказалась права в нашей бесполезности, а главным образом из-за изменившейся обстановки. Дима сидит перед сырым костровищем и пучит в него глаза, никак не реагируя на обстановку, Антон легкомысленно отпускает жену куда-то, а у меня перед глазами все так же стоит разорванная глотка Лены. Нет, я не призывал никого рефлексировать и устраивать сорокадневный траур, а лишь думаю об осторожности. Но, судя по всему, окружающие не очень-то и разделяли мои опасения. Может, оно и к лучшему?

Мы вновь попытались, и вновь потерпели неудачу. Антон, понимая, что огня иначе не добыть, потратил свою последнюю заначку на тюк с дровами. Сухими дровами. И дальше, кстати, все пошло как по маслу. Сухие волокна травы, мелко порванная сухая кора и огонь занялся, стремительнее нагревая камни, сложенные в костровище.

— Получилось! — Воскликнул Дима, уже час сидящий на корточках.

— Спасибо, Антон. — Поблагодарил я за вклад лучника, а тот кивнул мне, внимательно оглядел, словно не решаясь что-то сказать, но все же, что-то для себя решив, заговорил:

— Сейчас Женя вернется, и мы объявим о нашем уходе. Без обид, мужики. — Удрученно ответил на мою благодарность мужчина.

Сказать, что это неожиданно? Нет, совру, никакой неожиданности тут нет. Но все же его заявление — как снег на голову. Думаю, я где-то внутри себя все еще рассчитывал на группу, прикрытие, навыки каждого и выживание в действительно опасном месте, сплотившись. Но местная