Ирина Орковна - Вера Платонова

сказал Дом и выразительно посмотрел на нее. — Причем уже достаточно долго. Идите вперед, — почти лишь одними губами скомандовал он, а сам остановился за валуном, быстро накладывая стрелу на тетиву.

Хорт с Иркой отправились вперед, делая вид, что продолжают непринужденно болтать. Дамиан ждал.

Из-за поворота, который они сами не так давно миновали вышла закутанная в коричневую ткань фигура, и осторожно двинулась в сторону черных камней. Спустя несколько шагов остановилась, вероятно, сбитая с толку тем, что впереди идет только двое.

— Стой, где стоишь, — негромко сказал Дом, выходя из укрытия, и держа фигуру на прицеле.

Та посмотрела на него женскими глазами, обведенными черным кайалом и забормотала что-то себе под нос.

— Иди вперед! — скомандовал Дом, — вперед!

Со второго раза женщина поняла и послушно засеменила вслед за Хортом и Иркой, которые уже стояли, ожидая их, почти у самых камней.

Дом увидел, как от камней один за другим стали отделяться силуэты людей в темных доспехах, по которым легко можно было определить воинов его дядюшки, герцога Фольша. Значит, их ждали на выходе. Сколько там? Сначала он насчитал шесть, восемь, двенадцать, четырнадцать… Еще? У него всего девять стрел, включая ту, что уже наложена и ожидает спуска.

Ирка быстро оглянулась и мгновенно вынула из перевязи топор. Хорт жался к ней, создавая помехи и путаясь под ногами. Один из темных стал раскручивать над головой сеть. Дом знал, что герцогу стоило больших усилий добыть этот артефакт, и что тонкую по виду сеточку не разорвет и скальный тролль.

Ирка завращала топором, стараясь не попасть по Хорту, и встретила первого противника, одним мощным ударом выбивая меч у него из рук,

Дом спустил первую стрелу и побежал к ним, попутно накладывая новую и оставляя загадочную женщину стоять на месте.

Все девять зазубренных стрел с сине-черным оперением были спущены. Он вынул из-за пояса нож, понимая, что ближний бой не оставит ему шансов против рыцарей, вооруженных длинными мечами. Но выбора не было. Ирка, как рыба, брошенная на землю, уже билась в сети.

В эту секунду воздух вокруг разрезал пронзительный свист. Дом рефлекторно оглянулся: приложив два пальца к губам свистела женщина в коричневом.

Не успел он добраться до первого противника, как местность, ограниченную с двух сторон скалами, заполонили фигурки в коричневом, которые выкрикивали:

— Дун Гоорн! Дун Гоорн!

И еще что-то, что Дом не мог разобрать.

Ирка видела, что Дом держал на прицеле какую-то женщину в коричневом балахоне. А потом бежал к ним с Хортом на выручку. Но было уже поздно, она лежала на земле, плотно спеленутая поразительно крепкой сетью, которую не могла порвать, как бы ни напрягала мышцы. Затем она услышала громкий и резкий свист и увидела много людей в коричневых одеждах. Похоже, это были женщины. Они с воинственными воплями бросились на рыцарей, по пять-шесть человек на одного, вжимая их в скалы, забивая дубинками, сдирая доспехи.

— Дун Гоорн! — кричали они незнакомые Ирке слова. Девушка перекатилась на спину. В небе парило две огромные птицы, на каждой из которой можно было разглядеть восседающую всадницу.

Глава 20

Иппотерапия

Ранним субботним утром, Вырка сидела на ступеньках возле бара в полной готовности. Джинсы, футболка, спортивная кофта и кроссовки. У нее теперь даже была бейсболка с надписью «BOSS», которая ей очень нравилась, — Рома подарил. Часы на телефоне показывали 6.58. Вдруг Тоха обманул ее про лошадей и не приедет? Что если пошутил? Она прошлась туда-сюда по тротуару.

К бордюру подъехала светло-серая машина:

— Запрыгивай! — Тоха высунулся из окна авто и махнул головой.

Вырка за пять секунд заскочила на переднее сиденье, точным движением руки пристегнулась, и уселась, гордая собой.

— Молодец, — Тоха оценил ее старания.

— А ты сам будешь вести машину? — удивленно уставилась она на Тоху и его поджатую левую руку.

— А какие-то сомнения есть? — переспросил он, надевая темные очки, и отъезжая от бордюра. — Чем вызваны?

— Я думала, что таким, как ты нельзя.

— Таким, как я? Интересно, это каким. Калекам, инвалидам, болезным и несчастным?

Тоха, с детства привычный к любопытным, жалостливым, а иногда и брезгливым взглядам, думал, что уже отрастил толстую кожу и ему ничего не страшно. Но сейчас поймал себя на мысли, что его задело. И разозлился сначала на недалекую умом Ирину, а затем на себя за то, что принял близко к сердцу ее недоумение. Нужно бы сдержаться, а лучше свести все в шутку, но раздражение уже полезло ядовитой лавой:

— А по-твоему нас таких что, надо сразу в ямку прикапывать? Мол, неликвидные?

Вырка слова «неликвидные» не знала, но смысл уловила. И чего он так разозлился на очевидные вещи?

— Ну у нас слабых и больных…

— У вас это где? В волшебном мире из твоих фантазий?

— Грыня рассказал? — Вырке стало неприятно, что они обсуждали ее.

— Нет, — резко поменял линию Тоха, который понял, что брякнул лишнего. — Я просто так сказал.

— Вы опять насмехались надо мной? — нахмурившись, спросила Вырка. Настроение резко спикировало вниз.

— Просто шутили. Ну, знаешь ли, ты тоже не королева такта, — более миролюбиво сказал Тоха.

— Я не королева тактов. Я королева варваров. Будущая, — заявила Вырка, поправляя бейсболку. А затем с серьезным лицом добавила:

— Шутка. Ха. Ха. Ха.

— Ха-ха, — ответил Тоха, покосившись на нее. — Скоро будем проезжать твой дом, кстати.

Вырка уставилась в окно, чтобы не прокараулить, но подумала, что «свой» дом она, наверное, уже никогда не увидит. И вот они уже проехали переулок Кривоколенный, и еще много других улиц и переулков, а бесконечный город все не заканчивался. Наконец, начались двух- и трехэтажные постройки, а затем и вовсе одноэтажные домики, про которые Тоха бросил загадочное: «частный сектор». Тут Вырке определенно нравилось больше, чем среди многоэтажек.

Они свернули с основной дороги и поехали по проселочной до большой металлической арки с изображением скачущей лошади.

— Раньше тут был ипподром, теперь они называются эко-ферма. Но смысл от этого не меняется. Я тут часто бываю, — объяснил Вырке Тоха, подыскивая место для парковки. — Когда родился, матери с отцом врачи сказали, что ходить сам не буду, только на коляске передвигаться. Чтобы готовились морально. В четыре года попал в группу экспериментальной программы по детской иппотерапии, это когда лошади лечат, понимаешь? Когда ты на лошади верхом, все группы мышц включаются. Начинают работать такие, которые до этого были выключены. Программа давно закончилась, а я до сих пор сюда езжу, за деньги уже, конечно, каждый год абонемент покупаю. Тебе сейчас разовое оплачу.

Вырка