Беглец. Бегство в СССР. Часть 2 - Влад Радин

— Ну все обследования тоже потребуют какого то времени. А Миша мечтает первого сентября пойти в школу. Что пока конечно, целиком из области невозможного.

— Ничего некоторое время поучится на дому. А там глядишь и свой класс догонит.

— Ах, Андрей, сейчас не об учёбе думать надо! Надо, что бы к нему хотя бы частично вернулись утраченные функции!

— Вернутся, Софья Абрамовна, никуда они не денутся, вернутся. Миша крепкий мальчик. Раз он справился с этой опухолью, то и функции к нему вернутся. Может быть даже быстрее чем вы думаете. Где -то я читал, что мозг это такой орган, что способен полностью или почти полностью, восстанавливаться даже после очень тяжёлых травм.

— Ох, будем надеяться.

Тут из комнаты раздался мишин голос,звавший мать. Софья Абрамовна вскочила со стула и выбежала из кухни. Через минуту она вернулась обратно и сказала мне:

— Миша зовёт вас, к себе.

Я поднялся и направился в комнату.

Когда я вошёл в неё и подошёл к кровати, на которой лежал мальчик, он улыбнулся мне и сказал:

— Спасибо тебе Андрей!

— Пожалуйста, — ответил я ему.

— Я здоров? — спросил он меня

— Ну опухоли у тебя больше нет

— Мама сказала, что мне надо опять ложится в больницу, а я очень не хочу обратно туда. Если у меня нет опухоли, то зачем мне ложится?

— Понимаешь, Миша, тебя надо обследовать,на всякий случай,- ответил я ему, вдруг у тебя, что-то осталось.

— Когда я смогу ходить?

— Думаю скоро.

— Ладно, Андрей, иди. Только знаешь приходи ко мне, хоть иногда, а то мне одному скучно.

Я пожал ему руку и вышел из комнаты. В моём горле стоял комок. Я вдруг понял,что вижу перед собой уже не мальчика, а маленького мужчину, прошедшего через такое страшное испытание, пройти через которое я бы не пожелал и своему лютому врагу.

Глава 10

Через несколько дней Варвара сказал мне;

— Софья Абрамовна и Геннадий Алексеевич приглашают нас, завтра к себе в гости. Так, что готовься.

— А как дела у Миши? — спросил я.

— Точно не знаю. Он ещё в больнице. Но думаю, что если бы было, что-то серьёзное, то Софья Абрамовна непременно сказала бы мне об этом. Так, что думаю, что у него всё хорошо.

— А,что мне готовится? — умою лицо, приглажу волосы и всё я готов! — весело сказал я, — всё, молчу, молчу,- произнёс я наткнувшись на осуждающий взгляд Варвары, — кстати не забывай нам с тобой ещё в ресторан идти. Надо отпраздновать очередную победу!

* * *

Назавтра в шесть часов вечера мы подошли к ставшем мне уже очень знакомым дому. Поднявшись на третий этаж, мы оказались у такой же знакомой двери. Позвонить мы не успели, дверь распахнулась и я увидел стоящую на пороге Софью Абрамовну. На ней было надето красивое и очень шедшее ей серое платье и вообще она словно бы сбросила десять лет. Я ещё раз поразился тому, как она изменилась всего за несколько дней. Я увидел перед собой вполне себе моложавую и миловидную женщину, чьи глаза сияли от счастья.

— Заходите Андрей и Варечка, я увидела вас в окно и сразу поспешила к двери,- сказала она нам.

Мы вошли в прихожую, в которой казалось был наведён абсолютный порядок. От прежней захламлённости не осталось и следа. Поздоровавшись с Софьей Абрамовной я поинтересовался, как обстоят дела у Миши.

— Ни малейшего следа опухоли Представляете, Андрей, ни малейшего! Профессор Агафонов, который консультировал Мишу, когда он в первый раз лежал в больнице, просто потрясён. Он с лечащим врачом устроили мне форменный допрос. Естественно я ни словом не обмолвилась о вас. Миша, кстати тоже. Я специально неоднократно предупреждала его об этом. В общем я разыграла из себя классическую дурочку. Мол знать ничего не знаю, и не ведаю. По моему, где то я даже переиграла. Агафонов, что -то заподозрил, судя по выражению его лица. Под конец, он даже с такой досадой в голосе, заявил, что имеет дело с опухолями мозга почти сорок лет и не мог принять за глиобластому, что-то иное. А с другой стороны случай такого быстрого выздоровления от неё, это явный артефакт. В общем Миша полежит в больнице ещё несколько дней и его выпишут под наблюдение детского онколога. Он учится заново ходить. По палате передвигается уже самостоятельно. На дальние расстояния его пока возят в кресле. А вот со зрением пока, никаких улучшений. Я уже засела за программой реабилитации для Миши. Тут мне коллеги обещали помочь. И самое смешное. Представляете в палату в которой лежит Миша, постоянно заглядывают разные врачи! Слух о мальчике, который прямо — таки чудесно выздоровел от глиобластомы, разнёсся по всей больнице и всем хочется увидеть Мишу. Кстати он очень скучает по вам. Но я сказала ему, что навестить в больнице вы его не можете. Он очень надеется, что вы придете к нему в гости после его выписки.

— Обязательно приду, — сказал я, — Миша теперь для меня совсем не чужой человек.

— Проходите в большую комнату,- пригласила нас Софья Абрамовна,- там накрыт стол. Геннадий Алексеевич сейчас подойдёт. И вот ещё, что, Андрей, я пригласила сегодня своего двоюродного брата Якова Семеновича Лернера. Он очень большой чин в Мосгорторге и может помочь вам с пропиской. Как вы знаете, его дочь больна тяжёлой формой псориаза. Девочка просто в отчаянии. Мой брат истратил уже круглую сумму как на врачей, так и на знахарей всех сортов, но толка чуть. Если бы вы взялись помочь…

— Я понял вас, Софья Абрамовна, — сказал я ей,- что же посмотрим. Я конечно ничего не гарантирую. Как никак с псориазом я ещё не имел дело. Вот одна надежда на Варвару Викторовну. Она перед тем как я в первый раз пожаловал к вам, прочла мне целую лекцию о глиобластоме. И представьте я почти всё понял! Надеюсь, что насчёт псориаза она меня так же просветит. Просветите Варвара Викторовна?

— Я не специалист по кожаным заболеваниям такого рода, как псориаз,- ответила мне Варвара.

— Ну самые общие сведения, ты можешь мне преподать?

— Разве