Кайа. История про одолженную жизнь. Том 7 - Александр Алексеевич Иванов

Устроившись в одном из шести пассажирских мест, достал кофе (шоколад не хотелось) и принялся ждать.

Позже.

«Водила» не явился ни через двадцать минут, ни даже через тридцать. У меня уже проскочила мыслишка отправиться в Москву самостоятельно, хотя и не на этом авто, конечно…

— А ну, замер! — от испуга взвизгнул я и, выхватив барабанник (в этот раз получилось даже с первого раза), слегка подрагивающими от всплеска адреналина руками, навел его на незнакомого мужика, преспокойно усевшегося за руль. — Я вооружена!

— Это я, не кричите так. — обернувшись ко мне, голосом «водилы», произнес этот тип.

Это точно он…выглядит как тогда, в покоях принцесс. — подумал я, разглядывая ничем не примечательную худощавую физиономию мужика средних лет. И никакой проплешины более у него уже нет. Обычный чуть посеребренный «ежик» коротко стриженых волос.

— Когда вы обещали прийти? — мой вопрос не был укором.

— Через двадцать минут. — все так же спокойно ответил тип.

Я убрал оружие, вернулся в кресло и налил себе еще кофе.

— Почему высадили меня на дороге, а не на стоянке возле машины? — справившись наконец с эмоциями, спросил я.

— Чтобы не облегчать жизнь тем, кто вас ищет. Хотя сейчас это уже ненужно. — ответил «водила».

— Почему?

— Коммуникационная Сеть отключена. Значит, виртуальные камеры не работают. — ответил он, добавив. — Конторщица надолго задержала, извините. И за то, что напугал тоже.

— Увольнялись?

— Можно и так сказать. — ответил он.

Наша машина вырулила со стоянки, а мысли мои вернулись к сказанному «водилой» насчет видеорегистраторов в автомобилях.

Дорожные камеры — это понятно. Там информация передается на сервера и обрабатывается при помощи ИИ. «Кукушонок», имеющий доступ к системе, обнаружит меня моментально. А вот регистраторы «пишут» на накопители. И если предположить, что нужная запись каким-то чудесным образом все же окажется у Воланда или у кого-то из его банды, то я к тому времени уже давным-давно буду в Москве, в высотке. Сумеют ли Филатовы скрыть мое присутствие там? Сомнительно… Или меня все же везут не в Москву?

От промелькнувшей мысли во рту моментально пересохло. Принцессы…

Если меня отправляют к ним, то я не сумею забрать накопитель с компроматом и тогда все, «гейм овер»!

Однако немалым усилием воли я все же сумел прогнать эту мысль. К принцессам меня не повезут, ибо я даже не представляю, какой стресс они испытают, когда увидят меня вновь. Царю этого точно не надо.

— Какие-то неполадки с оборудованием? — «вернувшись в себя» и совладав с эмоциями (теперь делать это стало чертовски сложно), я сменил тему.

— Вряд ли. В город вводится армия. Потому Сеть и отключили. — ответил он, притормозив на нерегулируемом теперь перекрестке. — Нам нужно быстро проехать Петербург.

Армия в городе… Вот и начинаются главные события этой ночи. Что это будет? Ремейк декабристов?

Меня охватило нехорошее предчувствие, это с одной стороны…

— А возможно просто объехать город? — спросил я.

…но с другой, я отчего-то уверен — ощущение того же рода, как тогда, на «узле» — что покидать Петербург мне пока никак нельзя.

— Возможно. Только делать этого не стоит. На объездной наверняка уже куча армейских блокпостов. Их нам следует избегать.

Я уже почти привык к его резким, словно бы топором рубленным, коротким фразам. Он явно чем-то расстроен или тревожится — вряд ли ошибусь, если предположу, что о родных волнуется — но отлично держит «маску» бесстрастия на лице. А вот его уверенность совсем не «масочная». В компании с ним очень…спокойно.

Он остановил машину.

— Через город едем или на объездную? Распоряжайтесь.

Они выполнят любое Ваше указание, без исключений. И вопросов. — вспомнилась мне строчка из письма Государя.

— Мы поедем так, как вы и запланировали. — произнес я, после чего машина вновь тронулась и вскоре свернула на оживленное шоссе.

— И, кстати, куда мы едем?

— К лодке. — ответил он, а затем добавил. — Она будет ждать за городом.

На «Галактике», что ли? Это вряд ли, она же моя. Если плыть на ней, то теряется смысл в подобной конспирации.

— Мы же в Москву поплывем? — уточнил я.

— Не знаю. — последовал ответ.

Мы выехали на весьма оживленное для этого часа шоссе, но «водила», будто бы резко передумав ехать по нему, свернул в ближайший переулок.

— Как вас зовут? — спросил я, отодвинув ламели жалюзи и глядя в окно.

— Павел. — представился он.

Паша довольно долго вез нас по каким-то улочкам, закоулкам, проездам. Мы молчали, да и заряд бодрости от хорошего кофе во мне явно иссяк, так что я, продолжая глазеть в окно, начал потихоньку «клевать носом» (странно, но в авто вопли сирен практически не были слышны). В итоге заснул. Снилась мне жизнь до. Здесь, не там. И я — пусть даже и во сне — наконец-то почувствовал какую-то внутреннюю целостность. Ощутил себя единым целым, а не странным «гибридом» единого сознания двух разнополых тел. Я понимал, что вижу сон. Кажется, это называется осознанным сновидением.

А затем сюжет сна резко изменился.

«Мне прямо сейчас необходимо знать, сможет ли мой сын все еще рассчитывать на свою старшую сестру, на тебя?» — пронесся в моем сне мыслеобраз Жени.

В этот момент машина довольно резко притормозила, меня дернуло инерцией, отчего я и проснулся.

Какой странный был сон… — протерев глаза, подумал я, а затем вновь отодвинул жалюзи и выглянул в окно.

Мы сейчас возле реки, и в отличие от промзоны на набережной полным-полно любителей ночных прогулок.

На перекрестке (также нерегулируемом), ожидая, когда наведется разводной мост, встал довольно большой кортеж, перегородив нам путь. Позади скопилась уже немаленькая «пробка», то есть развернуться и объехать не выйдет, придется ждать.

В этот момент мое внимание привлекло весьма странное зрелище…

— Сеть уже работает? — поинтересовался я.

— Нет. — ответил Паша.

…мимо нашего авто по тротуару цепочкой ехали роботы-доставщики. Здесь они повсюду. Я к ним давно привык и уже не обращаю внимания. Обычное явление, в общем, странность которого заключается лишь в том, что для функционирования им необходима Коммуникационная Сеть — это мне известно наверняка —