На острие проклятия - Виктория Хорошилова

небольшую пещеру за водопадом. Алекс пушистой тенью забрался туда, и через пару мгновений

послышался его рык и женский визг. А потом парень с девушкой на руках спрыгнул в воду.

В воде Ира сразу высвободилась и оттолкнула кота от себя, а потом в её руках откуда-то даже

камень появился. Рик, пользуясь моментом, что Ира отвлеклась на Алекса, спеленал её и

вытащил из воды.

— Так поди надёжнее будет. А то ещё покалечится.

— Кто вы?! — родной голос, но интонации и взгляд чужие.

А я словно эхом слышу голос своей любимой конфетки:

«Помоги мне! Ты обещал!»

Перехватил её у Рика и накрыл рот и нос рукой, не давая вдохнуть. Девичье тело начало

брыкаться. Волки с Риком в шоке смотрят на меня. У меня самого слёзы катятся по щекам.

Только Лия стоит абсолютно спокойно. Рик переводит взгляд с меня на неё и начинает что-то

понимать.

— Лучше магией ей перекрой кислород и останови сердце, так чтобы наверняка ведьму убить, —

подливает масла в огонь Рик.

Тело Иры забрыкалось ещё сильнее. И я сделал то, что друг посоветовал. В глазах отразился

ужас и страх, а ещё огромная жажда жить. Притом было ощущение, что кто-то хотел жить любой

ценой. Через пару минут тело любимой перестало трепыхаться и обмякло. А из её тела что-то

вылетело. И это что-то было темнее самой черноты. Волки отшатнулись в сторону и припали к

земле.

— Это что за хрень?

— Это то, что мы потом отдельно ловить будем, — сказал Рик. — Лия, что скажешь, уже можно

реанимировать?

Девушка кивнула и, присев на корточки, положила руку на грудь в районе сердца. Я убрал

защиту, мешающую дышать. Через минуту услышал вдох, взгляд стал осознанным и родным.

— Спасибо, — сказала любимая и провалилась в обморок.

— Лия?!

— Всё хорошо. Она просто в обмороке. Ей нужно прийти в себя, явно не здесь. С алтарём когда

будете разбираться?

— Посмотрим сейчас. С наскоку ничего не делается, — сказал очевидное Рик. — Скажи лучше:

теперь твой дар видит алтарь?

— Нет. Именно алтарь — нет. Только всё, что вокруг. Его как что-то экранирует. И ту ведьму

я тоже не вижу, к сожалению.

Маринира

В себя я пришла на руках у Тони. Он шёл по лесу. В душе поднялся ужас.

— Всё хорошо, любимая. Я сделал, как мы договаривались, и она сбежала. Мы идём к тому

алтарю. Его нужно исследовать и понять, как от него избавиться.

Возле алтаря мне стало плохо. Я села на землю и с трудом сдерживала рвотные позывы. Мне

даже видеть алтарь было больно. Я вспомнила, как очнулась на нём в первый раз от боли. Рядом

стояла тёмная тень в виде старухи и просила:

— Уступи старушке тело, деточка.

— Нет.

— Уступи мне своё тело, дрянь! — орала она.

— Нет.

Она начала читать какое-то тягучее заклинание, и мне стало очень больно. Боль была не

телесной, а душевной, словно меня рвали на части. Как я вырвала руки из кандалов, уже не

ощутила — это было уже не больно. Но я сразу скатилась с алтаря и побежала прочь.

— Ты пожалеешь, что отказала мне! Я проклинаю тебя на вечные скитания. Ты нигде не найдёшь

себе покоя и будешь сходить с ума от одиночества. Ты не сможешь задержаться дольше, чем на

месяц, потому что ты нигде не будешь нужна. Даже если полюбишь, он тебя предаст и бросит. Не

родился ещё в этом мире маг, который сможет тебя полюбить всем сердцем. Не родился ещё тот,

кто сможет тебя отстоять и защитить. Ты сама придёшь ко мне и попросишь об избавлении от

страданий.

После этого центр груди сдавило болью.

В себя пришла от прикосновений Лии. Рядом сидели обеспокоенные Тони и Алекс, муж Лии.

— Я всё вспомнила, — сказала им.

— Ты позволишь, я посмотрю? — ласково спросил Тони.

Кивнула ему. Он, едва касаясь, посмотрел мои воспоминания и потом улыбнулся.

— Да, я немного младше тебя. И родился уже после твоей встречи с ведьмой. Вот она удивится.

— Перескажи для тех, кто не подглядывал и не слышал, — попросил Рик.

Тони сам всё дословно пересказал, что со мной было и что ведьма говорила.

— Это понятно. Но что с этой глыбой делать, я пока не знаю.

— Сделайте слепок, — сказала не подумав. — Потом разберёмся.

Рик очень осторожно, просто ювелирно, сделал слепок, и мы отправились к границе, перед этим

выставив предупреждающие знаки об опасном артефакте, который убьёт любого, кто его

потрогает. Тони заклинаниями привёл меня в приличный вид, и мы сразу зашли в наш участок.

Меня все обнимали и радовались, что я жива. После обнимашек мне стало плохо, и я сбежала в

туалет.

— Может, она в положении? — спросил Тин.

— Нет, — сказала подошедшая Мира. — Она пока не беременна. Пойду помогу. У неё выходит

кое-что оставленное в ней ведьмой. Потом отдам тебе на изучение.

Тони ошарашенно кивнул. Мира не пустила его в туалет. У меня было ощущение, словно меня

сейчас наизнанку вывернет. Мира успела вовремя, когда из меня стало выходить что-то тёмное и

похожее на солому. Пришлось помогать себе руками. Это было так омерзительно, что ещё сильнее

вызывало рвоту. По частям из меня вышло что-то похожее на соломенную куклу и какие-то

короткие палки и камешки. Мира пинцетом всё сложила в непрозрачный контейнер и дала мне

выпить тёплой воды.

— Нужно, чтобы до конца всё вышло. Там ещё камни остались.

— Откуда они в желудке взялись?

— Это всё было не в желудке, а на тебе, просто на тонком плане. А сейчас выходит именно

так. Пей залпом. Там под дверью уже целитель стоит. Если хочешь, он может помочь дочистить.

Кивнула. Запустили целителя, он помог дочистить организм и остановил пустую рвоту. Подлечил

мой израненный пищевод и передал в заботливые руки Тони.

— Дома дашь ей выпить зелье. Сейчас всё сложу и распишу, в какой последовательности пить.

Там всего на пару дней. И обеспечь полный покой — особенно эмоциональный. Можно только

положительные эмоции.

— Отдыхайте, — сказал шеф. — Позаботься о ней. Можете деток сделать. Кадры нам всегда

нужны.

— С детьми советую повременить. Хотя бы месяц, — проворчал целитель. — Дайте девочке в себя

прийти. Там, конечно, если получится, хорошо.