Хозяйка горного замка.(не)истинная жена дракона - Эля Шайвел

Не хватало ещё, чтобы он отрубился, я столько сил в этот поцелуй вложила! Ну и что, что моральных! Тем более, чтобы добраться до этого крайне самостоятельного тела, мне пришлось поймать ночью, на горе, чёрного козла в темноте, обнаружить, что это мой бывший, не убить его само́й, подговорить его протаранить эту мерзавку, а после отпустить этого козла! Нет уж, товарищ Марк, я не дам этому всем пропасть зазря.

Пока я, как тень, следовала за Марком, мужчина упрямо карабкался вдоль края кровати на почти негнущихся ногах. И куда ползёт?..

Добравшись до Кайлы, Марк сел рядом и положил ей руку на голову. Первые секунды ничего не происходило, а следом Кайла начала мычать, дёргаться и биться, словно в истерике. Массивный дубовый стол, к которому были привязаны её ноги, с жутким скрежетом скользил по наборному паркету, а вся кровать ходила ходуном.

Я не знаю, это она с такой силой билась или же это делал с ней Марк — мне было плевать. Единственное, что меня волновало, — это чтобы она не вырвалась. Но судя по тому, что я видела, привязала я её насмерть.

Хотя наверняка дело не только в этом. Она же маг какой-то там сильный? Вряд ли её бы обычные бельевые шнуры могли бы так обезоружить, да? Наверное, это ещё и магия Марка помогает удерживать её в таком состоянии.

Когда она затихла и перестала биться, снова безвольно опустив голову на грудь, Марк, взмокший, словно после марафона, привалился к спинке кровати и хрипло проговорил:

— Готово. У нас есть сутки, чтобы я восстановил силы и провёл обряд развоплощения этой ламии.

31

— Но вот теперь мне всё же понадобится твоя помощь, — продолжил Марк. — Мне нужно дойти до кухни. Я так кушать хочу, Полли, ты себе не представляешь. Целого козла съел бы. Мне кажется, в беспамятстве я даже видел здесь в комнате одного, чёрного такого.

— Да, был здесь такой, — подставляя плечо, чтобы мужчина мог встать, кивнула я. — Но этого козла есть не надо, его судьба и так уже наказала: он был на всю голову, а теперь и на всю жизнь козёл.

— О! Я теперь в дверях ещё один козёл, но уже белый, — отстранённо прохрипел Марк и начал заваливаться набок. — Кажется, мне уже чёрт знает, что мерещится. Откуда в моём замке столько козлов? Всё-таки эта гадина здорово мне мозги запудрила.

— Этого козла я тебе тоже съесть не дам, — посмотрев на маячившего в проходе Себастьяна, ответила я. — Это мой друг. Полежи-ка ты здесь, а мы с козлом еды раздобудем.

— Всё-то водишься с козлами, Полли, — то ли с сарказмом, то с упрёком усмехнулся Марк, — то чёрный, то белый, то Мерит, то Фрэнк…

— То Марк… Целое стадо уже набралось, — припечатала я. — Лежи, я сейчас принесу еды, вожак моего стада.

«Это возмутительно. Во-первых, не стадо, а отара. Во-вторых, вожак здесь я», — раздался у меня в голове голос Себастьяна.

«Ты абсолютно прав, мой дорогой Себастьян, — усмехнулась я про себя. — И потому я прошу о помощи тебя. Но ты же понимаешь, что уязвлённое самолюбие Марка не позволит ему признать эту истину? А он с тобой нужен: только он знает, как по-настоящему одолеть ламию».

«Согласен, — немного подумав, ответил козёл. — Для меня главное, чтобы ты понимала, что я главный козёл в этом стаде».

Стараясь не рассмеяться и не особо веселиться по поводу этого забавного возмущения фамильяра, мы оставили бледного как смерть Марка в комнате и поспешили за подкреплением.

— Ну что, мой белоснежный рыцарь на четырёх копытах, — обратилась я к фамильяру. — Ты знаешь, где здесь находится кухня? Нужно найти еды, чтобы наш НЕ «вожак стада козлов» не отбросил копыта.

«Всё ещё, что здоровье этого неприятного типа в моих интересах, — невозмутимо «ответил» Себастьян. — И как можно копыта отбросить, хозяйка? Чушь какая-то. Козлы не ящерицы, вообще-то!».

Себастьян флегматично цокал копытами по полу, я шла за ним и думала о том, что какое же странное существо человек: умеет выживать и приспосабливаться к любым, самым диким условиям. Я вот уже, например, настолько погрузилась в жизнь в этом мире, что считаю нормой ментально разговаривать с козлом. Или если взять Дмитрия, то ведь он тоже смог адаптироваться к новому формату существования.

На кухне царила предрассветная тишина. Само помещение выглядело необычно для нашего мира, хотя бы потому, что ни холодильника, ни плиты в нём не было. Зато был самый настоящий очаг, и как мне позже показал Себастьян холодильная комната вместо холодильника. В общем, выглядело это как кухня из фильмов о восемнадцатом-девятнадцатом веке. Чистенько, но жутко старомодно.

Не церемонясь, я нарезала хлеба, сыра, наскребла остатки холодной мясной поджарки с картошкой из огромного блюда и налила в кувшин молока, найденного в холодильной комнате. Всё это поставила на поднос и была готова идти, но Себастьян, наблюдавший за моими действиями, остановил меня.

«Думаешь, холодное молоко — хорошая идея? — поинтересовался он. — Он и так едва на ногах стоит. Надо либо молоко подогреть, либо чая ему принести. И чего-нибудь из сладкого».

— Хмм… Справедливо. Соглашусь, — кивнула я. — Вот только я не знаю, как здесь подогреть молоко или чай. Сможешь мне подсказать как?

С помощью Себастьяна и, как я её мысленно окрестила, волшебной палки-зажигалки я быстренько развела огонь в специальном месте, оборудованной кованой «подставкой», на которую можно было поставить два предмета. Я рассудила, что принесу и молоко, и чай. И еду подогрею ему и себе тоже, ведь мне тоже не помешает подкрепиться после бессонной ночи.

Поднос в итоге получился жутко тяжёлым. Или это усталость напомнила о себе? Я с трудом донесла его обратно, благо дверь в комнату мне распахнул Себастьян. Картина внутри спальни мало изменилась, разве что Марк лёг на кровать и приобрёл более естественный оттенок лица. Кайла, на мою радость, также лежала без сознания и попыток двигаться.

Едва я поставила поднос на прикроватный столик, Марк с блаженством в голосе выдохнул: «Спасибо» и тут же, взяв чашку с чаем, отпил большой глоток, а следом переставил поднос к себе на кровать, откинулся на подушки и стал кушать.

— Присаживайся рядом и кушай. И конечно, рассказывай, моя милая новая Полли, — жмурясь от удовольствия, проговорил Марк. — Что тут происходило, пока я был марионеткой в этой твари.

32

И вы знаете, я начала рассказ! Сочно, в красках, со