Человек-Миксер - Денис Райт

не работает, потому что они выглядят не «молодо» или «старо», а «опасно ухоженно». Тёмные волосы были собраны в аккуратный хвост, без единой выбившейся пряди. Чёрное платье под светлым пиджаком, тонкие серьги, колготки и чёрные туфли на длинном каблуке. На губах красная помада, глаза спокойные, крайне очаровательные. Она подняла взгляд на меня и улыбнулась. Да так тепло и крайне ласково! Мне стало страшнее, чем в переулке с Алисой…

— Максим Константинович, — сказала она. Голос мягкий, ровный, приятный. Такой голос мог бы читать аудиокниги, колыбельные или приговоры, — Наконец-то познакомимся лично.

Я посмотрел на Киприянова, потом на Алису. Затем снова на эту женщину.

— Здравствуйте, — поднял я ладонь, — Вы тоже будете угрожать мне смертью или у вас другие инструкции?..

— Я стараюсь не угрожать людям в их первый день, — женщина улыбнулась шире. Видимо оценила моё чувство юмора.

— Очень современный подход, — показал я большой палец.

— Но вы в ГОСТ уже не первый день, — щелкнула она авторучкой.

Я тут же закрыл рот, чтобы из него не вылетела очередная тупорылая шутка.

Эта женщина церемониться со мной и терпеть не станет — сразу оторвёт башку.

— Меня зовут Серафима Андреевна Волкова, — представилась она, — Начальник отдела оперативной стабилизации носителей ГОСТ. Вы будете работать под моим руководством.

«Серафима Андреевна Волкова. Конечно. Имя ангела, фамилия хищника. Просто прекрасно!»

— Максим, — сказала она, словно пробуя имя на вкус, — Можно ведь так?

— Я бы сказал, что можно, но вдруг это тоже часть соглашения…

— Нет, что ты. Просто мне удобнее обращаться к людям по имени, без лишних формальностей, — хихикнула она.

«Людям». Вот на этом слове я чуть не подавился слюной. После суток «объект», «носитель», «МКС», «БРД-ЛОХ» и «нестабильная личностная структура» простое «людям» прозвучало почти как отрезвительная пощёчина.

— Спасибо, — сказал я уже тише, чем хотел.

Волкова заметила. Конечно же. Она, кажется, замечала вообще всё.

— Павел будет вашим куратором по полевой подготовке, — продолжила она, — Алиса — напарником на первичных выездах.

— Простите. Напарником? — я резко посмотрел на Алису.

— Да, — сцепила пальцы замком Серафима.

— С ней?..

— Со мной, — уточнила Алиса.

— С человеком, который вчера предлагал мне принять смерть спокойно?

— Оперативник Алиса обладает большим опытом работы с нестабильными носителями. Тебе будет легче и полезнее работать именно с ней, — объяснила Серафима.

— Она меня чуть не поджарила!

— Но ведь не поджарила же, — спокойно аргументировала Серафима.

Я открыл рот, задрал указательный палец… и закрыл, опустив руку. Аргумент был грязный, но юридически крепкий.

— Кроме вас троих, — продолжила Волкова, — в группе числится четвёртый оперативник. Вероника Сергеевна Лазарева.

— И где она? — в поиске заозирался я.

— В отпуске, — ответила Алиса, — Вроде как в Сочи.

— У вас бывают отпуска? — уронил я челюсть.

— Представляешь, на нормальной работе существует оплачиваемый отпуск. Сюрприз, — сухо рассказала Алиса.

— У носителей? — сделал я важное уточнение.

— У носителей, — завела руки за спину Алиса.

— Я уж думал, вас просто ставят на зарядку, — проговорил я под нос, — а Вероника кто? Ну, в смысле…

— КФМ-класс, — сказал Киприянов.

— Что такое КФМ?…

— Кофемашина, — Алиса усмехнулась.

— Нет… — вздрогнул я, — девушка… кофемашина?

— Только не называй её так в лицо, — предупредила Алиса, — Ей это очень не нравится.

— Ребят, я не уверен, что готов работать с человеком-кофемашиной после того, как моя трагедия началась с кофе…

— Привыкнете, — Серафима посмотрела на меня с неким сочувствием.

— Почему все в ГОСТ всегда говорят так, будто у меня есть выбор?..

— Выбор у вас был, и вы его сделали, Максим, — также мягко и спокойно сообщила мне Серафима.

Вроде прозвучало без угроз, не наиграно, наверное… Тем не менее, в комнате почему-то стало холоднее. Наверное, потому что она была права. Я действительно сделал выбор, сам. Но не потому что хотел… Просто остальные варианты были куда хуже: смерть или камера без окон. Но подпись в документах стояла моя — символ добровольного согласия, а также моя фамилия. Мой новый статус. БРД-ЛОХ, чтоб его…

— Я понимаю, что для вас всё произошло слишком быстро. Но чем раньше вы примете новую структуру жизни, тем выше у вас шанс сохранить себя, — Серафима сложила руки на столе.

— Сохранить себя, — повторил я.

— Адаптироваться и выжить, — хищно ухмыльнулась она.

— Все тут любят это словосочетание…

— Оно очень важное, — посмотрела она прямо мне в глаза, даже скорее «вцепилась» в них.

Удивительно, что она пошла на такой зрительный контакт. Обычно все смотрят на мой пропуск, шаловливое ухо, или как на «объект». Ещё и человеком назвала… Именно потому это было жесть как опасно. Когда на тебя смотрят как на живого человека, после того как сутки объясняли, что ты объект, тебе хочется поверить. А если поверишь не тем людям — с тобой можно сотворить что угодно. Хоть утопить как котёнка, когда исчерпаешь себя.

— Алиса, — обратилась Серафима, не отрывая взгляда от меня, — Проведите Максиму экскурсию по штабу. Основные сектора, тренировочный блок, медчасть, оперативный зал. Без лишней информации.

— Есть, — ответила Алиса, и отдала честь.

— Павел, подготовьте документы по первичному выезду. Если резонанс подтвердится, ваша группа может понадобиться раньше графика.

Киприянов кивнул.

— Простите, какой выезд? — я поднял руку.

— Пока никакой, — улыбнулась она

— Вот это «пока» мне очень не нравится.

— И не должно, — облизнула она губки, — вы быстро учитесь.

— Это не обучение, а травматический опыт какой-то…

— Порой разница невелика, Максим. Любой опыт полезен, мы учимся на протяжении всей жизни.

Алиса уже открыла дверь.

— Пошли, БРД-ЛОХ, — позвала она меня пальчиком, как будто я собачка какая-то… не знаю, чихуа-хуа…

— Эть… Н-не называй меня так! — притопнул я ногой.

— Это твой статус, — пожала плечами Алиса.

— Мой статус — Максим.

— Максим БРД-ЛОХ.

— Искрина, я когда-нибудь отомщу…

— Сначала научись держать лицо, — указала она на свою щёку.

Как назло, в этот момент у меня щёлкнула щека, и под кожей совсем чуть-чуть проступил металл. Вот что вы со мной творите!