Андер. Книга 3 - Виктор Сергеевич Викторов

Весь его вид выражал праведное возмущение, но подходить он не стал, тут же исчезнув с нашего поля зрения, поняв о чём я ему сигнализировал. Не сомневаюсь, что своё «фи» он мне обязательно выскажет, но это будет потом. А пока — следовало уделить внимание этой маленькой разбойнице, раз уже она умудрилась спланировать и осуществить свой дерзкий побег.

— Давай с тобой договоримся, Ника. Мы сейчас идём на прогулку, потом — ты отправляешься на обед, а потом — ты всё равно вернёшься на занятие. Договорились?

— Не хочу! — тут же надула губы она, а глаза моментально заблестели. — Не хочу заниматься.

— Ну, как знаешь, — я пожал плечами. — Тогда нам остаётся дождаться господина Робера. Думаю, он догадается, где тебя искать. Я вот, например, никуда не спешу, — демонстративно сложив руки на груди, я замер, разглядывая потолок.

Переминалась с ноги на ногу Ника недолго.

— Хорошо, — хмуро сдалась она. — Но, только после обеда.

— Ну вот и договорились, — улыбнулся я, толкнув дверь. — Тогда пойдём. Расскажешь, почему тебе так не нравится каллиграфия.

Сделав несколько кругов по территории родового особняка, полюбовавшись на восстановленные цветочные клумбы, мы решили присесть в небольшой, но уютной беседке.

Ника тараторила без умолка, вываливая абсолютно все новости, которые, по её мнению, должны были меня заинтересовать, а я, размышляя о своём, старательно делал вид, что слушаю её.

Ненавистная каллиграфия; господин Робер со своим строгим подходом; любимое голубое платье, из которого она скоро вырастет, и ей нечего будет надевать, чтобы оставаться такой же красивой; Аурита, постоянно находящая отговорки, чтобы не играть с ней в куклы и другие игры… Информации было много, и, как это бывает у настоящих «баронесс» её возраста, подавался этот словесный поток исключительно вперемешку, с обязательным перескакиванием с темы на тему каждые пятнадцать секунд.

Слушая всё это, меня не покидала мысль, что я упускаю какую-то мелочь. И если к методам Якова Робера у меня претензий не было, то вот по поводу Ауриты, которая резко перестала играть с сестрой, возникли некие сомнения.

Насколько подсказывала мне память прежнего владельца, Аурита, хоть и испытывающая не самые тёплые чувства к Андеру, с младшей сестрой была очень дружна. Вернее, «дружна» — это совсем не то слово. Она любила Нику и никогда не отказывалась провести с ней своё свободное время.

— Ника, а почему ты считаешь, что она не хочет с тобой играть? — осторожно поинтересовался я. — Может она просто устаёт? Ты же сама говоришь, что занятия с преподавателями очень утомляют. Каллиграфия еще эта…

— Ага, устаёт, как же., — недовольно пробурчала сестра. — На коммуникатор у неё время всегда есть. А не меня теперь нет.

«Неожиданно, — хмыкнула Миа. — Какой ты заботливый старший брат, оказывается. А так сразу и не скажешь. Ну и дарил бы уже обоим сестрам гаджеты, что ж ты так?».

— Ну теперь понятно, — внешне спокойно произнёс я, хотя самого прошиб холодный пот. — И что? Она тебе его никогда не даёт?

— Вообще никогда, — тут же сдала сестру Ника. — Сама играет постоянно, а мне говорит, что я ещё маленькая. А ты правда и мне подаришь такой, когда мне исполнится шесть лет? Аурита так мне сказала, хоть мы и договорились, что это тайна. Уже чуть-чуть осталось до моего дня рождения. Только я не хочу такой, как у неё. Он чёрный и совсем некрасивый. Я хочу синий. Такой, как цвет платья.

— На твой день рождения я обязательно придумаю что-то особенное, — туманно пообещал я.

Говорить, что я не собираюсь дарить ребёнку гаджет, который в её возрасте ей абсолютно не нужен, я, естественно, не собирался. А вот под определение «что-то придумаю» можно подогнать любой сюрприз, который гарантировано отвлечёт девочку от этой навязчивой идеи.

«Остановите мой ор, — ядовито хохотнула Миагозра. — Вот это я понимаю — настоящий разведчик. Сосредоточившись на выявлении и купировании внешней угрозы, мы проморгали крота в собственной семье. Чернов, да ты в моих глазах вовек от этого позора не отмоешься».

«Ты всё сказала? — огрызнулся я, понимая, что демоница права. — Возможно, всё не так и страшно, как ты себе уже накрутила».

«Ты сам-то себе веришь? — рассмеялась Миа. — Я чувствую все твои эмоции, милый. И в них сейчас преобладает шок от услышанного. Нет, если ты мне сейчас сможешь подкинуть нормальную версию, согласно которой у десятилетнего ребёнка появился дорогостоящий гаджет с ментальной привязкой, то я с удовольствием тебя послушаю. Но что-то мне подсказывает, что ничего вразумительного ты сейчас сказать не сможешь».

Как же я ненавижу, когда эта хвостатая тварь оказывается права. И в эти моменты я испытываю злость не к ней, которая лишь подчёркивает мои просчёты, а к себе, поскольку досадную промашку допускал именно я. Недоработал. Не учёл. Не предотвратил.

— Обещаешь? — плохое настроение Ники сдуло, словно порывом ветра, и сейчас передо мной снова находилась маленькая девочка с восторгом в глазах.

— Конечно обещаю, солнце, — улыбнулся я. — Твой день рождения будет самым лучшим.

Сплавив Нику на попечение одной из служанок, которая увела сестру на обед, с наказом доставить на занятия к Роберу, я достал коммуникатор, отписав Гору короткое сообщение.

— Я оставил человека присматривать за ним, — Винсент правильно понял мой немой вопрос в глазах. — Вы хотели поговорить?

— Можно и так сказать, — задумчиво произнёс я.

— Что-то случилось, ваша светлость? — подобрался Винсент. — Вряд ли вы меня позвали просто так.

— А вот это ты мне скажи, Винсент, — вздохнул я. — Скажи, сколько твоих людей присматривают за моими сёстрами?

— Четверо. Посменно, — тут же отреагировал он. — Смены по двенадцать часов.

— Тогда следующий вопрос. Есть ли среди них те, кто не приведён к родовой клятве?

— Нет. Все прошли процедуру, — уверенно ответил Гор. — Вы можете объяснить, что произошло?

— В принципе, ничего особенного, — пожал плечами я. — Я просто хотел узнать, откуда у Ауриты вдруг появился коммуникатор?

Видимо мне не только удалось удивить Винсента, но и вызвать схожие с моими эмоции. Теперь в гостиной находилось целых два разозлённых человека.

— Я обязательно разберусь, господин барон, — подобрался Гор. — Но, судя по всему, у вас уже есть видение, как с этой информацией нужно поступить?

— Ты правильно думаешь, — кивнул я. — Надеюсь, ты не собираешься отбирать у неё коммуникатор?

— Ваша светлость? — удивился Гор. — Вы же не хотите сказать…

— Это я и хочу сказать, Винсент, — мрачно усмехнулся я. — Ты знаешь, что такое сдваивание агента?

Интерлюдия вторая

Истёртые каменные ступени главного входа Корпуса Инквизиторов хранили