Киноманьяк 3 - Наиль Эдуардович Выборнов

Я приготовился к тому, что нас сейчас выгонят. Однако Крис умудрился попасть в точку.

— Хорошо, ты меня убедил, малец, — Миллер, слегка покрасневший от слов нашего агента, встал с места и показал ладонью на стул напротив него. — Тридцать так тридцать. Но учтите: если наш зал ничего не заработает, вы не получите ни пенни.

— Пенни? — Мартин поднял одну бровь. — Вы тут, в Филадельфии, ими пользуетесь?

— Это… устойчивое выражение, — раздраженно ответил директор кинотеатра. — В общем, лично я на вашем месте принял две тысячи долларов. Это щедро. Не факт, что у нас будет прибыль от этого вашего «Отпора».

— Все-таки мы хотим процент, — мягко, но настоячиво сказал Крис.

— Хорошо. Давайте поскорее закончим с формальностями.

К директору сел Мартин, он выложил фильмокопию в пластиковом корпусе. Следующие десять минут они подписывали бумаги.

Покинув кинотеатр, наша троица направилась по узкой мостовой, выложенной кирпичом и булыжником, обратно на парковку. Мы шли мимо отреставрированных колониальных домов с палисадниками перед ними — цветы уже отжили свой сезон и завяли, но их пока не убрали. Карнизы украшали тканевые полотна с синими звездами и цифрами 1776.

Наконец, мы дошли до парковки. Мартин с Крисом расселись по местам, я завел двигатель и посмотрел в туристическую карту с отметкой клуба. Немного подумал, прикинув маршрут, и понял, что ехать придется недалеко.

Всего за десять минут езды улицы изменились до неузнаваемости. Благопристойным видом в Филадельфии мог похвастаться только исторический центр, а на примыкающих к нему улицах уже было грязновато. Когда мы заехали на Южную улицу, я увидел обшарпанные стены некогда ярких домов, старые вывески закрытых заведений и машины позапрошлого десятилетия на обочинах. Тротуары, впрочем, мне показались на порядок чище, нежели в Нью-Йорке. Либо их убирали лучше, либо местные не были такими свиньями, как жители мегаполиса.

Клуб располагался на первом этаже невысокого здания, стены которого недавно тронул огонь — это было заметно по лопнувшим стеклам, трещинам на фасаде, обвалившейся крыше и следам от едкого дыма. Иронично, что клуб назывался «Горячим».

Я припарковался на заднем дворе, прижавшись поближе к фургону «Слипстрим Эмоушен». Внутри клуб показался мне до боли знакомым: выглядел он в точности как «CBGB» в Нью-Йорке: тесный, с неприятным запахом, весь обклеенный стикерами и постерами, с граффити на стенах. Его изюминкой был тронутый сажей потолок. Народу пока особо не набралось, музыканты настраивали инструменты на приземистой сцене. К нам навстречу вышел мужчина в приличном костюме.

— Добрый вечер, джентльмены. Меня зовут, Дэвид Кэрролл, это мой клуб, — сказал он глубоким бархатным голосом, характерным скорее для джазового исполнителя, нежели для панка. Впрочем, он и выглядел как джазмен. — Роза мне уже рассказала о вас и вашем фильме. Я сочту за честь помочь вам в этом деле. Искусство — единственная драгоценность в этом мире.

— Очень мило с вашей стороны, мистер Кэрролл, — сказал Кристофер своим телеголосом. В присутствии манеристых людей он и сам словно становился выше, выпрямлял осанку и говорил звонче. — Почему вы так легко согласились? Не все рады съемкам.

— Заведение доживает последние месяцы. Как вы заметили, мой «Хот клаб» вполне оправдывает свое название. Пару лет назад мы сгорели и с тех пор терпим финансовое бедствие. Долги, налоги и обязательства… Знаете, это не Нью-Йорк, у нас не слишком большое сообщество, — последнее прозвучало как-то печально. — У нас выступали «Кьюр» и Игги Поп, некогда этот клуб был лучшим во всем городе. Но всему рано или поздно наступает конец. «Слипстрим Эмоушен» станет последней известной группой, которая выступит в моих стенах.

— Мы пока не слишком уж популярны, — сказала Роза, стоявшая рядом. — Мы только записали первый альбом…

— Бросьте, мисс Блэквуд, я не первый год в этом бизнесе верчусь, а потому хорошо знаю, какие группы попадут таблоиды, а какие останутся в андеграунде. У вас большое будущее. Если вы, конечно, не умрете. Такое я тоже часто наблюдал, к сожалению… В общем, не буду отвлекать вас от концерта. А вы, — Дэвид Кэрролл обернулся к Мартину, — как думаете, ваш фильм обретет успех?

— Хотелось бы в это верить.

— Я буду рад, если мой клуб останется в памяти хотя бы благодаря вашему кино. Я попросить вас об одолжении?

— Я слушаю.

— Прошу, запечатлите нашу вывеску. Я хочу, чтобы зрители знали, в каком клубе прошло выступление.

— Это запросто, — Мартин кивнул.

— Мистер Кэрролл, — начал я. — У нас по сюжету будет потасовка и драка, вы не против?

— Никаких проблем. Все-таки мы рокеры и панки. Хорошая драка на прощание, так сказать.

Перед концертом мы поболтали с музыкантами. Дин волновался, что из-за Мировой серии по бейсболу все пойдут на стадион, но ценители авангарда, синт-рока, холодного звука и новой волны сделали свой выбор — и пришли на концерт. Зал, рассчитанный на две сотни мест, набился битком. Мартин, облаченный в свой киношный доспех, снимал концерт, а я стоял рядом, надеясь, что мне не придется защищать режиссера от пьяных панков. Но выступление прошло гладко. Роза пела, как в последний раз, парни тоже не отставали. Их холодная музыка звучала пронзительно и искренне, люди подпрыгивали, качали головами, воздух блестел от капель пота. У меня возникло чувство единения, охватившее всех присутствующих здесь людей.

Концерт длился полтора часа, группа сыграла все песни своего нового альбома и парочку из тех, что они еще не успели записать. Многое я услышал впервые. Выступление прошло как одно горячее мгновение. Роза поблагодарила слушателей за поддержку довольным и вкрадчивым голосом. Еще полчаса толпа не расходилась, люди скупали прямо со сцены фирменные футболки и кассеты с автографами.

Я тем временем вышел на улицу и встретился с нашей массовкой — пришли не все, только половина от всех желающих. Впрочем, и этого хватит. Главное, что они оделись правильно, мы предупреждали их, что нужно выглядеть эпатажно. Пока я объяснял ребятам их роли, наружу вышли музыканты, а за ними выползли их новоявленные фанаты. Они вместе курили, увлеченно обсуждая что-то. И я решил этим воспользоваться, скорректировать сценарий. По нашей задумке, на группу нападает кучка местных панков сразу после концерта, подкараулив их на улице. Но теперь в моей голове созрела новая идея. Я объяснил ее Мартину, а Мартин — местным фанатам «Слипстрима». Вскоре мы начали съемки эпизода.

Концерт закончен. Дуглас вышел