"Фантастика 2026-197". Компиляция. Книги 1-18 - Регина Грез

Ничего не выйдет, господин консул!

Я шагнула назад, причем, довольно неуверенно, потому что более всего мне хотелось притиснуться как можно ближе к его груди и погладить его сильные плечи. Какой мужчина… Хочу трогать его и гладить везде, хочу раздеть его и облизать его как леденец, что здесь такого? Я взрослая темпераментная женщина, а он привлекательный мужчина, мы оба свободны.

Давай, Натаха, вперед, может, это как раз ты его поимеешь, а не он тебя, вот только что будет потом? А потом ты ему станешь безразлична, он и думать про тебя забудет, у него дома куча рабынь всех сортов и в Риме полно борделей, они тут называются лупанары, но суть от этого не меняется.

Я отстранилась еще дальше и заметила в его потемневших грозовых глазах что-то вроде досады и сожаления. А еще желание и тоску.

– Не уходи.

Он взял меня за плечи и приблизил к себе, еще мгновение и мое лицо едва не обжигает его горячее дыхание, но рядом раздался шорох и белая голубка вспорхнула ввысь, задев крылом голову консула. От неожиданности Каррон вздрогнул, ведь еще секунду назад птичка неподвижно лежала на бортике бассейна. Я засмеялась и хлопнула в ладоши, а не последовать ли и мне ее примеру, не удрать ли и мне от обольстительного вояки.

Круто развернувшись, я побежала в сторону дома, пусть мчится в погоню, если хочет, тоже мне фавн нашелся. Но Гай лишь медленно пошел следом – вид у него снова был хмурый и отчего-то смущенный, будто он спорил сам с собой.

Второй раз я обернулась у порога атриума и помахала ему рукой, пусть знает наших – падать в его объятия, сломя голову и подол задирать вовсе не собираюсь. И вообще я не очень-то шутила насчет женитьбы… кажется, ма-а-аленький шанс у меня все-таки есть. Но пора вытаскивать Клодия и собираться домой.

Однако к полуночи пиршество было в самом разгаре, гости шумели, икали и даже блевали в золотые чаши, которые с невозмутимым видом держали специально для этих целей приставленные рабы. На столах появились два маленьких ослика, нагруженные всяческой снедью, как только эти обжоры не лопнут?!

Вокруг столов под резкие звуки флейты извивались полуголые плясуньи, а пожилые патриции вовсю тискали и лапали их за особо выпуклые места, кажется, здесь скоро начнется настоящая оргия.

Клодий ухватил меня за руку и заплетающимся языком промямлил:

– Она хочет провести со мной эту ночь…

– Кто? – изумилась я.

– Богиня!

Я невольно возвела взор к высокой мраморной статуе, что украшала угол атриума, не иначе сама Юнона возжелала поэта печального образа.

– Так не теряйся. Ты же у меня – лев!

Клодий схватился за голову и замычал:

– Какой я лев… я – осел, я тупой, никчемный осел…

– Вот и прекрасно, ослы очень выносливые животные! Иди скорее к ней, я в тебя верю.

– Я не смогу, я ни на что не годен, я не умею обращаться с благородным женщинами, я привык к дешевым шлюхам, – причитал мой щепетильный товарищ.

– Ну, ты дурак, уж прости меня, дядя Кло, но пора бы уже понять что к чему в этом вертепе. Твоя «богиня» давно пресытилась всякими изысками, отшлепай ее как следует по пышному заду, а потом возьми грубо и жестко, и при этом назови как нибудь… э-э-э… как можно более неприлично… ну, вроде того… ты моя похотливая сучка… ну, не ослица, конечно, Оливии, думаю, не понравится сравнение с копытным животным.

– Вот, значит, каковы твои пристрастия, отшлепать и обозвать… Значит, именно это тебя возбуждает?

Я чуть не подпрыгнула. Гай Марий стоял рядом и слышал мои дружеские советы. Это же подло вот так подкрадываться из-за спины и наносить удар. Мне надо взять себя в руки и держаться независимо. Оправдываться будет не с руки.

– Я волнуюсь за своего робкого родственника и хочу помочь в его амурных делах. Хоть кого-то пристроить из нашей непутевой семейки, авось повезет… А что до меня… Мне нравятся заботливые и ласковые мужчины. Еще настойчивые и в меру строгие, такие как ты. Ничего не могу с собой поделать, Гай Марий Каррон. Ты – мой идеал! А ведь мы едва знакомы, может, у тебя множество дурных привычек. Поэтому, не вздумайте гордиться, генерал… то есть консул…

Будто густое вино ударило в голову, а ведь я почти не пила. Высокий чернокожий раб подошел к нашему стихоплету, низко поклонился и что-то прошептал, указывая на желтые занавеси, ведущие в соседние покои. Надеюсь, Клодий не оплошает, ему бы только начать… Более чем уверенна, поэту и трудиться не придется, страстная матрона сама выжмет из него все поэтические соки.

– Ступай, Клодий, – и пусть твой «гладиус» будет столь же могуч, как орудие самого Приапа.

Хорошо же я выразилась. Приап! Вон его мозаичное изображение на одной из стен дома. Низенький крепкий божок с фаллосом небывалого размера. Где же найти подходящую пещеру для такого огромного бивня… Но у Богов свои причуды. Есть объемный фаллос, найдется и вместительное лоно.

Вокруг меня раздались пьяные голоса:

– Красавица… нимфа… идем к нам, у нас есть вино и сладости… я подарю тебе целый ауреус…

– Наталия… мой дом всегда открыт для тебя… вернемся же в него вместе…

– Наталия… я готов бросить к твоим ногам ларец с драгоценностями… все равно на моей старухе они смотрятся мерзко… иди сюда… покажи свои ножки…

Я с ужасом оглядывалась по сторонам, пытаясь увернутся от цепких рук, которые пытались ухватить меня за одежду, голова кружилась от терпких, тяжелых запахов, над атриумом нависла пелена сладковатого дыма из курильни, раб нарочно бросил на тлеющие угольки щепоть белого порошка.

– Гай, выведи меня отсюда, умоляю!

Я почти без сил рухнула на руки консула, и он тотчас подхватил меня, направляясь обратно в сад. Там я немного пришла в