Стеллар - Роман Прокофьев

— В тебе горит его огонь, его не перепутаешь, — резко ответила Ракша. — Мы — Инкарнаторы! Имя, облик, память — вторичны, важна внутренняя суть.

— Я знаю, — кивнул я. — И понимаю, что за именем Прометея пойдут многие. Но мне не нужна война и кровь в Городе!

— Людям, да и Инкам, нужен лидер, знамя, — сказал Корвин. — Мы давно думали о том, как покончить со старыми порядками, но без тебя восстание не имело бы шансов на успех. Сейчас они есть.

— Мне не нужна эта война. Вы слышите меня или нет? — я начал понемногу закипать и встал. — Мне не нужна власть! Те, кто свергнут архонтов, могут оказаться еще худшими чудовищами! Зачем вы хотите сделать меня знаменем этой борьбы?

— Потому что это твоя судьба, — сказал Крестоносец. — Я люблю этот Город, построенный тобой. И мне больно видеть, во что он превращается… Во что превращаемся мы сами…

— Город погряз во мраке, Грэй, — заговорил Буран. — Этого не видно со стороны, но он прогнил изнутри… и мы все это понимаем. Мы вырождаемся, теряем технологии и силу. Каждое поколение все слабее. Много Инков покинуло Город и Легион, видя, что тут происходит. Были и те, кто пытался это изменить. Они тоже ушли… или их не стало.

— Архонты не хотят перемен, — каркнул Корвин. — Врата в Город, открытые во времена Прометея, теперь заперты. Мы почти не принимаем людей и берем с кланов живую дань, чтобы пополнять ряды одаренных. Снятие Тревог ограничивается рейдами, которые могут принести Синие Звезды архонтам и их приближенным.

— Наше существование бесцельно, — угрюмо кивнула Ракша. — Мы, Инкарнаторы, не можем ничего изменить, и нас осталось очень мало. Мы утратили надежду. Легион больше не защищает людей, он защищает себя и статус-кво, которое создали архонты. Грэй… даже если ты не считаешь себя Прометеем — ты должен стать им!

Они смотрели на меня, и я вдруг понял их чувства — потому что ощущали все собравшиеся здесь примерно одно и то же. Бессмертные несчастные старики, утратившие вкус и интерес к жизни, они потеряли надежду на изменения. Бесконечные годы, бесчисленные Тревоги, победы и поражения, любовь и ненависть — все выцветало, превращаясь в серую золу. Лучшие из них, те, в ком огонь жизни горел особенно ярко, вступили в Первый Легион и поклялись защищать людей. Девяносто из ста погибли, а оставшиеся — те, кого я видел перед собой — вынуждены были смотреть, как старые идеалы превращаются во что-то противоположное и мерзкое. Это было больно — бессильно смотреть, не имея сил изменить. Мое появление, как искра, зажгло старые угли, и в них снова зарождалась надежда.

Город, когда-то созданный оплотом цивилизации, путеводным маяком и очагом ее возрождения, теперь закуклился. Политика архонтов и хитрые интриги Шепота постепенно извратили все, на чем стоял его нравственный фундамент, и даже Легион становился больше похож на карателей, чем на защитников людей. Я и сам убедился в Энджело, как люди из «дикого мира» воспринимают городских эмиссаров, видя в них угрозу, а не помощь. Кланы, трибуты, Клятва, из-за которой вассальные поселения отдавали Городу свою молодую кровь — все это тоже выглядело крайне неприятно, хотя и эффективно работало. Однако кипяток рано или поздно все равно выплеснется из бурлящего котла, сколько ни накрывай его крышкой.

И, кажется, это время пришло.

Глава 7

Ночка после совета выдалась нелегкая. Предстояло многое обдумать. К счастью, ощутив мое настроение, Инки не стали торопить с принятием решения.

В Городе сложилась взрывоопасная ситуация, и я оказался той искрой, от которой загорелся запал. Те из Инков, кому поперек горла стоял Совет Архонтов, готовы были встать на мою сторону. Казалось бы, это полностью соответствовало моим интересам, но чутье, которому следовало доверять, шептало, что ситуация немного сложнее, чем кажется.

Проблема заключалась в том, что меня хотели использовать. Ракша, Буран, Корвин и другие Инки видели во мне идеальный инструмент для свержения архонтов. Да, они повторили клятву Первого Легиона, но я чувствовал, что Прометей для них в первую очередь острие копья, знамя, символ. Придя к власти, их диктатура могла оказаться ничуть не лучше диктатуры архонтов. Глава Кошек говорил мне, что в Городе сейчас живет более двухсот Инкарнаторов. Даже в известных списках Легиона их значилось больше сотни. Поддержать меня пришла лишь малая часть — это означало, что остальные на стороне Шепота или нейтральны.

— Мико, подскажи…

Мико: Грэй, эту задачу ты должен решить сам. Подумай, чего ты вообще хочешь…

Нейросеть совершенно по-человечески зевнула и отключилась.

Я задумался. Все это время я шел по следам своего предшественника, по его маячкам, а сейчас неясное противоречие, которое разрывало с момента последнего видения, приобрело отчетливую форму. Я не хотел быть тем, кем меня видели, не хотел становиться Прометеем. Я — Грэй, и это моя жизнь! Да, я должен войти в Ядро, чтобы осуществить замысел своего прошлого «я», но при этом не потерять себя и остаться человеком.

Мы, Инкарнаторы, были созданы для защиты людей, а не для того, чтобы властвовать над ними. Мне пришла в голову простая мысль — не бодаться с архонтами, а создать свой центр силы. Покинуть Город с теми, кто захочет, и основать новый анклав. У меня есть Десница — незаменимый инструмент для строительства, мы восстановим Монолиты и привлечем новых сторонников…

А потом Город ударит «Абсолютом» или вышлет рейд Легиона, чтобы стереть с лица Земли конкурирующий проект, закончил беспощадный рассудок. Судя по намекам, Клятве и истории кланов, так бывало уже не раз. Нет, этот узел противоречий придется распутать — или разрубить именно здесь, и никак иначе.

С этими тяжелыми мыслями я заснул, а утро принесло новые дурные вести. Меня пробудила бдительная Мико, потому что совсем рано пришел необычный гость. Отведенный мне жилой отсек был закрыт изнутри на магнитный замок, но ему это не помешало. Знакомая фигура в коричневом балахоне с капюшоном стояла посреди комнаты как ни в чем не бывало. Умеет проходить сквозь стены? Интересно, что там еще в запасе у этого типа?

— Не теряешь бдительности, это прекрасно, — философски заметил глава Кошек, глядя на направленный в лицо ствол «Крысы». — Не спрашивай, как я сюда попал. Кошки, как всем известно, гуляют где хотят.

Я прищурился. Хотя теперь не было сомнений, что передо мной Инкарнатор и, скорее всего — тот самый легендарный основатель гильдии Кошек, интерфейс Стеллара по-прежнему помечал его профиль знаками вопроса. Разве что добавилась уточняющая надпись: предположительно А-человек, класс