Весь Пол Андерсон в одном томе - Пол Андерсон

Остальные ожидали спуска на воду, когда это будет безопасно для рыбной ловли. Эту пару держали до следующего Перевоза Мертвых. Она узнала «Оспрей», заново отремонтированный, заменяющий сейчас другой корабль в доке. Был отлив, на прибрежной полосе сияли мокрые, усыпанные водорослями скалы. Рычал океан. Здесь, внизу, было холодно, противно от соленых ароматов, ветрено, тенисто.

Виндилис выбирала дорогу на тропе, ведущей к ряду вбитых в землю домиков. Хоть она и не была здесь много лет, с самого детства, она знала, какой ей нужен. Знать о таких вещах стало ее делом. Суставами пальцев она легко постучала по двери. Она не пряталась.

Отворилась дверь. В проеме возникла дородная фигура Маэлоха. Он разинул рот.

— Госпожа, госпожа Виндилис! Это и впрямь вы? Что стряслось?

Она сделала знак. Он быстро отошел. Королева вошла. Он закрыл дверь. Единственная комната освещалась толстой лампой у очага, над которым его жена, сидя на корточках, готовила вечернюю похлебку. Она дышала с трудом. Изумленно смотрели два юнца; двое детей поменьше отпрянули в непонятном испуге; в примитивной детской кроватке спал младенец. Место было теплое, дымное, полное запахов, загроможденное утварью и бедными семейными принадлежностями.

— Позвольте взять ваш плащ, королева, — сказал Маэлох. Виндилис кивнула, и он неумело его снял, когда она расстегнула брошь. Тем временем самообладание к нему вернулось. Он является свободным человеком, владельцем и капитаном исправного суденышка, и сам знаком с некоторыми тайнами. — Садитесь, прошу вас. — Он указал на стул. — Боюсь, что вино у нас бледное и кислое, пока не запаслись, да и эль немногим лучше, но добро пожаловать, моя Бета сварит крепкий травяной настой.

— Я выпью его, — сказала Виндилис, присаживаясь. — Но не пережарьте ужин. — Она поманила. — Иди сюда и слушай. Буду кратка. Дневной свет быстро слабеет.

— О, я провожу вас домой, королева, с фонарем…

— Нет надобности, если ты так быстро схватываешь суть, как об этом бытует мнение.

Маэлох сел на глиняный пол у ее ног. Бета прошептала мальчикам указания касательно стряпни и принялась подогревать воду.

— Слышал ли ты о скоттском чужестранце, Ниалле? — спросила Виндилис.

Маэлох нахмурился.

— Кто ж не слышал?

— Ты сам его видел?

— Издалека, когда он был в городе.

— С ним была королева Дахут?

Маэлох кивнул с неохотой.

— Мне показалось, что ее не стоит окликать.

— Тогда тебе есть смысл знать, что он гостит в ее доме. По Ису ходит эта новость.

— Не на моих устах. Вчера вечером в таверне я выбил зубы увальню, который посмел над нею хихикать.

Виндилис долго смотрела на мужчину, прежде чем сказать:

— Ну, она… вызывающе себя ведет. Опрометчиво. Ты бы хотел, чтоб твоя дочь так себя вела?

— Наша старшая дочь давно уже замужем. Не пристало таким, как я, это говорить, но, да, спроси меня девушка, я был бы категорически против.

— Когда ее отец вернется, он не сможет закрыть на это глаза, хотя, может быть, ему и хотелось бы.

— А какое это имеет отношение ко мне, королева? — проскрипел Маэлох.

— Сколько помнит история, вы, народ с Причала Скоттов, имели дело с этими племенами. Зачастую мы в городе об этом не знали, потому что это было запрещено.

— Когда приходилось, мы с ними воевали.

— Допустим. Сегодня торговля по большей части течет мирно. Копуалл Коркк в Муму настроен дружелюбно. И приезжие скотты обычно смешиваются с простыми исанцами вроде тебя. А иногда, задавшись целью, или отклонившись от курса, вы, рыбаки, у них бываете. Значит, что-то о них знаете — вполне может быть, больше, чем воображаем мы, пренебрежительные суффеты и королевская семья.

Маэлох ссутулил плечи.

— Вы ходите услышать, что я могу сказать об этом Ниалле.

Виндилис кивнула. Маэлох подергал бороду.

— Боюсь, этого недостаточно. И я расспрашивал, и сам искал ответа, вскоре начали слагаться небылицы о нем и, и о ней. Ниалл — имя распространенное у скоттов. Мида является одним из их королевств, собранных вместе племенами. Его верховный король на севере острова стал таким же могущественным, как на юге Конуалл, — и, даже могущественнее, я слышал. Его тоже зовут Ниалл. Его называют Ниаллом Девяти Заложников. Он столь гостеприимен к цивилизованным людям, что даже киль наш не рискнул коснуться их берега, и мы владеем лишь байками, прошедшими через вторые руки… Госпожа?

Виндилис смотрела сквозь него.

— Ниалл Девяти Заложников, — прошептала она. — Да, мы слышали. Слуга Грациллония, Руфиний, поведал бы нам больше, но он ввязался в эти дела… Ниалл. — Она покачала головой. — Нет, едва ли это возможно.

— Не хотите ли вы сказать, что средь нас может находиться тот самый дьявол, надеясь ухватить еще одно королевство? — У Маэлоха вырвался смех.

Виндилис слегка улыбнулась, с меньшей веселостью.

— Я сказала, едва ли возможно. Удачливый военачальник вроде него должен быть сумасшедшим, чтобы отказаться от наживы и пойти на смертельный риск, и, в лучшем случае, добиться изгнания среди чужих. Король Иса — узник Иса. Должно быть, это одинокий искатель приключений, оставивший позади, на римской территории, несколько последователей. — Она нахмурилась. — И все же это почему-то не может быть чистой правдой. Он — нечто большее.

Маэлох обдумывал.

— У них сильна гордость и честь, у этих скоттов. Лгать для них бесчестие. Если Ниалл говорит, что это его имя — не забывайте, достаточно распространенное — и дом его — Мида, то я бы ему верил.

— Но что он недоговорил? От каких вопросов уклонится, если задать ему их в лоб? Он всегда может потребовать гейс.

— Ой? — поднял голову изумленный Маэлох.

— Да брось. — Тон у Виндилис был нетерпеливый — Оттого, что он неграмотен, и у них суровые законы поведения, варвар не обязательно должен быть тупым либо бесхитростным. Слишком часто цивилизованные люди делают ошибку. — Она наклонилась вперед. Голос усилился. — Сегодня я натолкнулась на Ниалла, — заявила королева. — Это произошло на праздновании, которое Дахут устроила в его честь, бесстыдно, в самом дворце. Она заблудилась в любви. Этого нельзя не заметить. Но и причина не таится в глубине. Он красив, мужественен, внушителен, умен, и… чрезвычайно очарователен. Я могла бы по пальцам пересчитать тех женщин в Исе, которые отказали бы ему, если бы он за ними ухаживал.

— Девять, — сказал Маэлох почти в отчаянии.

— Конечно. Но Дахут пока еще не совсем… одна из галликен. Что же! Я почувствовала его удовольствие, когда мы обменивались нашей парой слов. Мы препирались, и он сразу разглядел достойного противника.

Он бесстрашен. Иначе он никогда бы не осмелился бы сделать то, что уже сделал. К тому же он не опрометчивый юноша, не осознающий своей собственной