Коридор кривых зеркал - Илья Владимирович Рясной

– Куда вы прёте? – воскликнул в сердцах полицейский офицер. – Там опасно!

– К кофейной богине, – застенчиво улыбнулся Абдулкарим.

Офицер постучал себя выразительно пальцем по углепластовому шлему. И махнул нам рукой:

– Езжайте!

У Музейной площади выстроилась целая цепь полицейских в доспехах. Мне пришлось изворачиваться и придумывать какие-то дикие фантастические истории о срочном культурном обмене, но все же удалось запудрить мозги представителям закона, и нас пропустили в Музей неестественной истории.

Охранник нас уже ждал и незамедлительно проводил в хранилище. Там мирно и уютно пили хваньский чай Румб Кувалда и Эльгара Ветер. Мы присоединились к ним. Здесь царила домашняя атмосфера умиротворённости и уюта, которая особенно остро ощущалась после безумных вихрей, свирепствующих за этими стенами.

– Румбик, – потрепала по плечу Эльгара своего друга. – Вот освободим Тима. Потом и за тебя примемся.

– В смысле? – не понял я.

– Да его только что объявили в розыск за нападение на полицейский участок.

– Меня не сломить никаким узилищем! – сжал могучий кулак Румб. – И не смирить оковами.

– Конечно, мой герой, – участливо проворковала мулатка, как мне показалось, с известной долей ехидства. – Только этот шум, гам и разбой уже выдыхается.

– Выдыхается, – вынужден был согласиться Румб. – Нам не хватает чёткой организации, достаточного количества идейных активистов, агитаторов, а также оружия. Вот когда мы…

– В будущем, Румб. Всё в будущем. А пока констатируем очевидное. Послезавтра Демократический вождь введёт в город войска.

– Почему так долго? – спросил я.

– Он хочет, чтобы энергия восстания выдохлась. А заодно надеется встряхнуть чёрное население, заплывшее в последнее время жиром и потерявшее цель жизни. Показать, как бывает в жизни всё плохо. Ну и ещё у него есть некоторые иные, сугубо политические соображения. Но это всё не так важно. Главное, максимум через неделю эта волна погромов полностью схлынет. И всё потечёт своим чередом. Значит, мы можем опять начать действовать спокойно, без обвинений в потворствовании государственной измене.

– И как нам действовать? – спросил я. – Мне кажется, мы использовали все мыслимые и немыслимые способы.

– Традиционно в этом месяце проводятся подпольные аукционы и торги на замещение должностей, – заявила мулатка. – В этот раз клан Генерального прокурора решил перераспределить средства в пользу Руководителя Ячейки торговли и развития. Равно как и клан Верховного судьи не будет торговаться за эту позицию. То есть основной торг будет вестись за эти две должности.

– Ну и что? – недоумевал я.

– Как что? Появляется возможность для манёвра. Там будут новые люди…

– Будут, – тут у меня будто сняли предохранители в сознании, и предстала глазам чёткая картинка – я знал, как действовать. – Только не новые.

– Почему?

– Есть идея.

Я изложил её в двух словах. Сперва моя авантюра была гневно отвергнута. Потом Эльгара призадумалась и сказала, что в принципе что-то можно тут сделать, однако… Потом принялись анализировать, строить комбинации. И, наконец, родился план.

– Румб Кувалда, – обратилась к своему другу мулатка. – Тебе всё равно делать нечего – ты в розыске, а твои соратники разбежались грабить овощные лавки. Так что посиди тут спокойно пару дней и выдай все обоснования, которые возможны по нашему законодательству. Сможешь?

– Смогу. Особенно если учесть, что у вас тут располагается одна из лучших правовых библиотек.

– Ну, тогда вперёд! – хлопнула в ладоши Эльгара.

* * *

– Очень приятно встретиться с вами в неформальной, можно сказать, даже дружеской обстановке, – доброжелательно произнёс я, предлагая гостю присесть на неудобный, скрипучий, угрожающе раскачивающийся стул – я его специально выбрал для этого визитёра.

Говорят, негры не бледнеют, а сереют от стрессов и переживаний. Сейчас я мог убедиться в этом. На моих глазах чёрный, как сапог, судья Рукамук Хитросплетённый превратился в мокрую серую подвальную крысу. Губы его тряслась. Он хотел что-то сказать, но от растерянности не мог произнести ни слова.

– Пригласил вас поболтать, как старого знакомого, – продолжал разглагольствовать я. – Вы же знаете, я человек здесь новый. Вот и хочу вашего совета и напутствия, как старого знакомого. Могу рассчитывать?

Судья закивал, прокашлялся, но так и не выдавил из себя ни одного осмысленного звука.

– Знаете, я уже начал немного входить в курс дела. И что меня заботит больше всего? Мы просто завалены рассмотрением материалов о злостных нарушениях правил парковки. Их тысячи и тысячи. Не так ли?

– Д-да, – наконец, изрёк судья.

– Это очень важно. Незаконные парковки – это спутники дорожных пробок. И это транспортный коллапс, кризис бизнеса и политики. Вы понимаете всю важность этого направления?

– Д-да!

– А кто рассматривает эти дела? Молодые стажёры без житейской мудрости, по глупости своей вынужденные по четырнадцать часов проводить на работе. Нет, тут нужен ум и опыт. Так что назначаю вас на этот, несомненно, один из самых важных, передовых рубежей нашего судейского, можно так сказать, фронта!

– Но! – завопил, было, судья.

– Кстати, учитывая ваши высокие моральные качества и преданность долгу, я снимаю с вас все денежные надбавки и премии, как унижающие достоинство гражданина. Что за подачки, право?

Наконец, судья прочистил горло и прокаркал:

– Но я буду получать в четыре раза меньше!

– Конечно! – расплылся я ещё в более доброжелательной улыбке. – Но посмотрите на это с другой стороны – это какая же экономия бюджета! Любой честный гражданин должен радоваться этому. Или вы не честный гражданин? Тогда это смелое заявление для судьи.

– Я честный гражданин, – судья начал приходить в себя, и глаза его наливались тяжёлой ненавистью. Вот и хорошо.

– И, ваша законность, боюсь, что придётся вам заканчивать с этими унизительными административными торгами, – решил добить я своего оппонента. – Это же коррупция. А она карается по закону. И Демократический вождь объявил следующий год эпохой перелома в борьбе с коррупцией… Правда ведь?

– Правда, – судья сдерживался, чтобы не кинуться на меня с кулаками. – Борьба с коррупцией – это важно.

– Ну, вот и хорошо. Не смею вас задерживать. Боритесь с транспортным коллапсом! Люди будут вам благодарны!

Он выскочил из моего кабинета, серый уже от ярости, а не от испуга. А я был мелочно удовлетворён своей местью, что непозволительно для человека, выросшего в обществе этического консенсуса в рамках гуманной концепции, но все равно очень приятно. Да и вопрос воздаяния тоже никто во Вселенной не снимал с повестки дня.

Бедолага судья. Когда его вызвали к только что назначенному Верховному судье, он не мог даже в страшном сне представить себе, кого увидит в этом кабинете, куда ещё недавно заходил, открывая ногой дверь.

Но обо всём по порядку.

Румб Кувалда сделал отличную проработку, и нам с Эльгарой оставалось только донести его выкладки до нужных людей.

Как