Путь строителя 6 - Алексей Ковтунов

забывали промазывать пеком, или наносили настолько тонкий слой, что он и не считается. Нечего его жалеть! Надо мазать как следует, чтобы потом не мучиться с отдиранием, я же только недавно показывал, как это делается, и показывать второй раз не хочется.

Ну и в итоге началась заливка. Бочки снова покатились по каменной дорожке, журавль начал поднимать вёдра одно за другим, а я наконец выдохнул. Солнце где? За облаком, и пара часов до того, как спрячется за деревьями. Должен успеть до сумерек, а если не успею, придётся отложить на завтра.

Но откладывать не хочется, так что сходил домой, взял весь свой инструмент, тачку, вёдра и пошёл в лес. Посмотреть бы ещё, как там железная роща поживает, не закончилась ли…

Прогулялся по знакомой тропе, свернул с неё в сторону рощи. Дышалось легко, и прохладный воздух после пыльной строительной площадки казался чем-то вроде подарка, который не просил, но всё равно получил. Птицы заливались так, будто соревновались за право петь громче всех, и где-то высоко в кронах стучал дятел, отбивая длинные трели и избавляя тем самым деревья от паразитов.

Солнце пробивалось сквозь листву косыми лучами и раскладывало по земле пятна теплого света, в которые так и тянуло наступить, хотя ничего они, разумеется, не давали, кроме ощущения, что мир временно перестал торопиться. Папоротник доставал до колена, под ногами мягко пружинил мох, и несколько минут я просто шёл, ни о чём не думая. Редкое удовольствие, на самом деле, потому что мозг обычно не умолкает ни на секунду, а тут вдруг взял и замолчал, будто тоже захотел послушать птиц.

Лес в этой части рос густо, березы перемежались с чем-то похожим на дубы, только кора темнее и листья мельче, а между ними набивались молодые колючие ёлки.

Минут через двадцать лес заметно поредел, деревья здесь пониже, а подлесок вытоптан десятками ног настолько основательно, что кое-где проглядывает голая утоптанная земля. Колея от тачек уходила назад и терялась за поворотом, а навстречу попалась пара подростков с железным бревном на плечах. Пыхтели, но шли бодро, кивнули на ходу и потопали дальше.

К роще подошел и сразу оценил обстановку. У края собралось человек десять, включая Тобаса, который стоял чуть впереди остальных и что-то втолковывал мелкому парнишке, тыкая пальцем в сторону просеки. Подростки, мужики помоложе, кто-то из тех, кого староста определил на заготовку. Работа стояла, все толпились у мостков и выглядели скорее расслабленными, чем занятыми.

— Не ссышь? — кивнул Тобасу. — Жилы как-никак могут прийти.

— Я-то? — Тобас расхохотался и расправил плечи так широко, будто пытался заслонить собой половину рощи. — На себя посмотри, вон как коленки трясутся! Пусть только придут, порублю их и в деревню отнесу!

Остальные одобрительно загудели, но ровно до того момента, как встретились со мной взглядом. Гул стих, лица приобрели деловое выражение, и кое-кто даже потянулся к сложенным у мостков бревнам.

— И чего встали? — хлопнул в ладоши, подгоняя рабочий процесс. — Железное дерево само не ходит!

Мужики зашевелились, подростки схватились за веревки, и рощица наконец перестала напоминать зрительный зал перед началом представления. Сам же перебрался по мосткам вглубь рощи и огляделся.

Да уж… Наружный слой деревьев ещё вроде остался нетронутым, а вот внутри Больд явно не сдерживался. Куда ни кинь взгляд, всюду следы разрухи. Где-то топор не справился со стволом, и дерево валялось выдранным с корнем, а рядом с ним лежал пласт земли размером с хорошее корыто. Где-то срубил, и от ствола остался только низенький пенёк с гладким срезом. А в одном месте удар видимо пошёл криво, потому что вместе с целевым деревом Больд выдрал с корнями добрый десяток соседних, и теперь они лежали на земле аккуратным веером, как будто их специально разложили для просушки.

В общем, повеселился здоровяк, и хорошо. Запасов угля тут наберётся на месяц вперёд, и это при нынешних темпах производства. А судя по тому, что на месте срубленных деревьев уже проклюнулись свежие ростки, рощица обновится к весне. Да и через пару недель можно будет собирать арматуру, причём смело. Первые срубленные деревья дали прутки около пяти миллихоргов… Кхм. Около сантиметра, в общем. Какая заразная система измерений, однако. От родных метров так отвыкнуть недолго. Причём что забавно, килохорг это считай межевая верста, ну, плюс-минус, а полкилохорга это уже как раз обычная.

Так вот, если через две недели тут будет расти нормальная арматура, то на данный момент растёт вполне себе неплохая проволока. Шестерёнки в голове заскрипели с утроенным рвением, и идея родилась сама собой.

Вот так, значит… Присел на корточки, пустил в ноготь большого пальца каплю Основы и слегка надавил на тонкий росток у земли. Едва заметный щелчок, как от пьезо-зажигалки, и вот прут длиной метра в полтора и толщиной у самого основания миллиметра четыре уже в руках. А ведь тут таких тут сотни. Да, ржаветь они будут быстро, но проволока мне нужна всего на разок.

Второй пруток, третий, четвёртый. Срывал, отрезал тонкий кончик с ветками, сворачивал аккуратно и складывал скрутки в телегу. Остановился только когда набралось полсотни, а Основа просела до семи единиц. Ничего, скоро ещё просядет, а потом, может, и восстановится, хотя не факт. В прошлый раз после боя с големом не восстановилась, видимо там был недостаточно инженерный подход. Ну да, загасил известью и ямку выкопал, делов-то.

Тачка от мотков проволоки заметно потяжелела, но идти стало куда легче. На лице сверкала улыбка, ноги сами перешагивали торчащие из земли корни, а ольдовская рессора из лиственницы мерно поскрипывала на каждой кочке.

По пути к ручью наткнулся на знакомую яму с останками мелкого голема. Точнее, на то, что от неё осталось, потому что яма за это время оплыла, края оползли, и на дне лежала бурая каша из сломанных кольев и рыжеватой крошки.

Некрасиво с моей стороны, конечно. Бросил как есть и даже не удосужился прибрать за собой. Взял лопату и закидал яму с останками обратно, чтобы никто не наступил. Колья там все переломанные, так что напороться вряд ли кто-то напорется, да и известь давно погасилась, но все равно лучше прикопать. Не памятник, конечно, получился, но хотя бы совесть перестала скрести.

Зашел в ручей и сразу копнул хорошей бурой глины в ведра. Густая, маслянистая, приятно тяжелая в ладонях. Поход к голему авантюра интересная, и может быть даже что-нибудь из этого получится, но лучше все же заранее озаботиться запасами. Потом если придется убегать, домой все равно вернусь не