Рыцарь пентаклей - Юрий Витальевич Силоч

Орди покружил по рынку, прощупал карманы у мелкого лавочника с седой козлиной бородкой и собрался уже уходить, как вдруг услышал гвалт и крики. Навстречу юноше побежали люди, началась толкотня. Орди вытянул шею и увидел, что на площади гарцует, едва держась в седле, тучный гвардейский драгун – бородатый, с пышными черными усищами, начищенными до блеска пуговицами на мундире и пьяный до невменяемости. Он громко хохотал и стегал плетью всех, кто попадался под руку. Люди разбегались в стороны, но гвардеец не сдавался, раз за разом направляя коня в самую гущу толпы. На глазах Орди под копыта взмыленного скакуна попал лакей в красной ливрее, вскрикнул жалобно и затих. За всем этим безучастно наблюдали стражники, верней, не наблюдали даже, а стояли, отведя взгляд, словно и не слышали криков, свиста нагайки и конского ржания.

В глазах у Орди потемнело, а в ладонях сам собой материализовался увесистый булыжник. Схватив его покрепче, юноша пошел против толпы, уворачиваясь от бегущих, а затем улучил момент и метнул снаряд прямо в голову усача.

Раздался странный чавкающий звук – и камень опрокинул всадника, едва не выбив из седла. Однако драгунская выучка взяла свое, и усач удержался: он быстро выпрямился, но обмяк и согнулся, обхватив голову ладонями в белых перчатках. Издалека Орди заметил, что между пальцев сочится кровь. Конь, увидев просвет в толпе, рванулся вперед и, громко цокая подковами по камню, унес седока прочь.

И – вот удивительно! – тут же ожили стражники. Они принялись орать и колотить дубинками всех без разбору, а юноша, осознав, что у него могут быть неприятности, поспешил исчезнуть. Внезапно интуиция приказала проверить собственный карман – и не обманула. Внизу раздался писк, и мошенник с удивлением обнаружил, что сжимает грязную тонкую ручонку, принадлежащую совсем маленькому мальчишке. Из-за толстого слоя грязи и одежды, больше похожей на разрозненные куски ткани, он смахивал на гоблина, но огромные зеленые глаза говорили, что это все-таки человек.

– Ой! Пустите! – заверещал ребенок.

– Ты что это делаешь, крысеныш? – прошипел Орди.

Но маленький воришка прекрасно знал, как действовать в таких случаях.

– Помогите! Спасите! – громко завопил он. Тонкий детский голос резанул по ушам так, что юноша поморщился, но хватки не ослабил.

Орди поймал на себе первые взгляды.

– Брат, – виновато улыбнулся он, отвечая на все вопросы сразу. – Из дома сбежал.

– Неправда! Не брат ты мне! – возразил ребенок.

Но взгляды тут же исчезли. К счастью, молодой человек уже был одет достаточно дорого для того, чтобы его принимали за порядочного горожанина.

– Мать тебя обыскалась уже! Как ты мог?! – Орди отвесил мальчишке отеческий подзатыльник. – А ну, пойдем!.. – Он стиснул его руку и потащил подальше от рынка. Площадь осталась позади. Мальчишка пытался укусить Орди и упирался, босые грязные ноги скользили по осклизлой мостовой, но юноша был сильнее и тащил воришку за собой, не обращая на сопротивление никакого внимания.

– Так. – Орди присел на корточки перед ребенком. – Ты что творишь?

– Не бейте меня, дяденька… – Малец решил сменить тактику и захныкал. – Денег нету, есть нечего, мамка с папкой умерли-и-и, – запричитал он, подвывая.

Орди вздохнул. Словам воришки можно было поверить, но интонация…

– Ой, не верю, – сказал юноша. – Ой, фальшивишь, мелкота… Искреннее надо. По-настоящему надо плакать, если хочешь, чтобы тебе поверили. Настоящая слеза – страшная сила.

Мальчик тут же перестал хныкать.

– А ты кто такой вообще? – агрессивно поинтересовался он. – Чего пристал? А? – К удивлению Орди, воришка начал его толкать, однако эффект был таким же, как если бы мальчуган толкал кирпичную стену.

Молодой человек снова вздохнул и покачал головой. Злость ушла, зато пацана стало жаль.

– Ты вообще живешь где-нибудь?

– Ага. В Замке, – ехидно заметил воришка. – А Регент – папка мой. Не видишь, что ль, с улицы я!

Юноша усмехнулся: с сарказмом у ребенка было все в порядке, значит, жить будет.

– Пойдем со мной. – Орди поднялся на ноги.

– Это еще зачем? – настороженно взглянул мальчуган.

– А ты есть разве не хочешь?

– Хочу, – с готовностью отозвался воришка, но тут же с подозрением прищурил зеленый глаз. – А чего это ты такой добренький?..

– А что, я не могу сделать хорошее дело?

– Можешь. Только я в хорошие дела за просто так не верю! Я тут давеча у Храма Всех Богов стоял, так подъехала карета. Там господин – толстый такой, надушенный, напудренный, с буклями. В золоте весь. Тоже жрать предлагал! А когда я к нему в карету сел, начал руками лезть куда не надо!

Орди скривился.

– Я не такой.

– Да все вы не такие, пока к вам в карету не сядешь. – Мальчуган сделал шаг назад.

– Ну, не хочешь – не надо. – Молодой человек примирительно поднял ладони. – Я не заставляю. Счастливо оставаться. – С этими словами он повернулся и зашагал обратно к рынку, намереваясь оставить воришку в прошлом. Но тот внезапно одумался: за спиной юноши раздались шлепки босых ног по булыжнику.

– Нет уж! Обещал жрать, так давай!.. – Ребенок поравнялся с Орди и заглянул ему в лицо.

Тот лишь пожал плечами:

– Тогда пойдем. Я живу тут близко.

– А ты котов тоже кормишь? – полюбопытствовал вдруг мальчишка.

– Котов? – удивился Орди. – Ну да. Котов тоже кормлю.

– А можно мы Рыжего с собой возьмем? Он болеет, уже не ходит почти. Охотиться сам не может. – Юноша опустил голову и натолкнулся на взгляд сорванца – не ехидный и саркастичный, а живой и сопереживающий единственному, должно быть, близкому живому существу.

– Ладно, – кивнул Орди, проглотив ком в горле. – Только сам его неси, мне блохи не нужны, – проворчал он для проформы.

Мальчишка повел мошенника какими-то совсем жуткими переулками, которые больше напоминали трещины между домами. Юноша в мгновение ока перепачкался о стены, вечно покрытые слизью, сыростью и лишайником, и шел негромко ругая себя и порыв, который его сюда завел. Тут легко можно было переломать ноги о мешанину из старых досок, мусора, жердей и каких-то тряпок.

Наконец беспризорник остановился на небольшом пятачке, зажатом между стенами трехэтажных каменных домов. Черные окна скалились зазубренным стеклом, а из дверей подвала воняло даже хуже, чем вокруг, хотя представить подобное было сложно. Дворик сильно походил на колодец, как по виду, так и по размеру, однако в сравнении с тесными переулками казался настоящей площадью.

– Ну и где там твой Рыжий? – недовольным голосом спросил Орди.

– Прямо тут, – хихикнул мальчишка, засунул в рот два грязных пальца и оглушительно свистнул.

У Орди не было опыта общения с енотами, но то, что произошло после, было очень похоже