Bраг Империи - Максим Шторм

Кулагин поджал губы, не торопясь с выводами. От слов Бестужева веяло ощущением надвигающейся беды. Кажется, он на самом деле так думает. И опять таки, ни в чем не врёт. По спине Кулагина пробежал холодок.

— Ты говоришь о заговоре против Государя?

— Против Государя, против законов нашей державы. Против людей. Против меня. Я как кость в горле одному наделёному большой властью человеку. А все это, — огромной Часовой раскинул мощные руки, способные сломать хребет медведю. — Все это приз, которым этот человек стремится завладеть. И это только начало. Уверен, заполучив Северные земли, он не остановится. И дальше пойдёт на всё. Уже пошёл. Его семья продалась вторгшимся в наш мир Ведьмам ещё сто лет назад. Именно эти люди подставили моего прадеда Владимира, открыв межпространственные врата, и впустив сюда Ковен. Не смотрите на меня так, граф. Я знаю, о чем говорю. И могу это доказать.

Кулагин, уже не скрывая своего озабоченного вида, заерзал по кровати, внезапно почувствовав себя как на иголках. Задери его все демоны, этот человек действительно верит в то, что говорит! Уж не безумен ли он? Но, снова всмотревшись в глаза Бестужева, Кулагин с внезапной тоской понял, что нет. Скорее это мир вокруг сошёл с ума. И вот тогда следователю стало страшно. Уж лучше бы он сейчас разговаривал с сумасшедшим, чем с человеком, который открывает ему нелицеприятную и жуткую правду!

— Я так думаю, что нам предстоит долгий разговор, — медленно кивнул Кулагин, сцепляя руки на колене. — Но позволь мне все же задать тебе наперёд несколько вопросов, если не возражаешь.

Бестужев посмотрел на него и предельно серьёзно сказал, улыбаясь чуть загадочной улыбкой.

— Даю слово, что расскажу обо всем, о чем бы вы не спросили. Только не надо интересоваться, как я проник в вашу комнату и вообще оказался в Цитадели. Что касается всего остального, я в вашем распоряжении.

— Почему ты сбежал и где скрывался? И что заставило тебя вернуться именно сейчас?

Кулагин спросил первое пришедшее ему в голову. Ломалась его отработанная годами схема ведения подобных бесед. Но и такого подозреваемого у него еще никогда не было! Как ни крути, а ситуация вырисовывалась чертовски нестандартная.

Часовой посмотрел на тлеющие в очаге угли, замер, словно к чему-то прислушиваясь, и, вздохнув, сказал:

— Пожалуй, времени у нас достаточно, если пробежать по основам деталям вкратце. Слушайте, граф. Пожалуй, начну с того, как ваш барон Рыков заявился в мой дом и начал разговор с пушечных выстрелов…

* * *

Стараясь не упускать основные, самые важные моменты, я начал свой рассказ. Кулагин проявил себя превосходным слушателем, не перебивая и сдерживая эмоции. Мне этот человек понравился. Грифону тоже. Правы оказались Кречет с Корнедубом, когда уверяли, что с главой комиссии можно иметь дело. Он был человеком чести, без гнильцы и подлости. К такому можно было повернуться спиной. Хочет услышать много нового и интересного? Пожалуйста. Нужны доказательства? Чуть позже он их получит.

Завершив первую часть своего повествования на том, как вошел в ворота соженного Имения, я замолчал. Разумеется, я многое опустил. То, что совершенно не предназначалось для посторонних. Но основное поведал. Следом же, не давая внимательно слушающему меня Кулагину передышки, я начал рассказывать и о других вещах. О нашем злополучном рейде за энергокристалами, о том, как нас провели за нос, почти законно забрав ящик с минералами. Рассказал о происходящих в последнее время на севере страны страшных и непонятных делах, о том, как добирался ещё курсантом до Кромлеха. Поведал о многом пережитом, прежде чем уже в ранге Часового отправиться на свое первое задание… Много чего рассказал. И я видел, что то и дело вытирающий потеющие ладони о штаны граф мне верит. Страшится услышанной истории, но верит.

Я рассказывал долго. И поведаное мною потрясло моего благодарного слушателя. Под конец он не выдержал и, вскочив с кровати, начал расхаживать по комнате, заложив руки за спину. Он хмурился и бросал на меня странные взгляды.

— То, что ты рассказал, просто в голове не укладывается… Невероятно! Ты понимаешь, что эта информация может быть просто бесценной? Черт, да тебя надо к высшей награде представить за уничтожение этого ведьминого кубла! А мы травили тебя, как волка…

Возбуждённо хлопнув в ладоши, граф повернулся в мою сторону.

— Пятёрка Рыкова… Ты понимаешь, что будет, если откроется, что ты их убил?

Я спокойно выдержал его тяжёлый буравящий взгляд и честно ответил:

— Эти люди не были достойны звания Часовых, граф. Как и сам Рыков. Они заслужили свою участь. И я готов на любом суде повторить свои слова.

Кулагин, остановившись посреди комнаты, неожиданно усмехнулся:

— Возможно, ты несколько опередил императорское правосудие, Алексей. Выступил в роли палача. Эти люди подозревались в свершении страшных преступлений. Рыков… Он подонок. Я не хотел, чтобы этот человек летел вместе со мной. Но его мне навязали. И я не давал приказа брать твою сестру в заложники. Впрочем, и не распорядился освободить ее…

— Я знаю, граф. И даже знаю имя того человека, что прикрывает Рыкова, — невозмутимо сказал я.

Кулагин вопросительно уставился на меня.

— Мы думаем об одном и том же человеке, граф. И по стечению обстоятельств, этот человек и тот загадочный предатель, что плетет интриги и заговоры, является одним и тем же лицом. Он стоит за всеми преступлениями и очерняет меня, так же как никогда его дед отправил Владимира Бестужева своим предательством на костёр. Это граф Властимир Перумов. Один из самых влиятельных людей в государстве, приближённый к Императору и командующий Шестой Стражей. И он не остановится ни перед чем. Он не менее опасен, чем любая Ведьма из Ковена.

Кулагин налил себе воды из стоящего на столике кувшина и жадно выпил. Вытерев губы, он снова посмотрел на меня и осторожно сказал:

— Понимаешь, Алексей, это очень серьёзное обвинение. Перумов большой человек. Пойми, я верю тебе. И вполне допускаю, что ты прав по многим пунктам, даже если ошибаешься, но сам так думаешь… Черт, я даже готов признаться, что верю тебе во всем и сам теперь так думаю. Готов думать. Но я не могу закрыть дело и предоставить государю отчёт с обвинениями столь уважаемого человека на основании лишь твоих слов и собственных умозаключений. Мне нужна доказательная база, парень. И такая, которую примет к рассмотрению наш монарх. Наплюй на судей. Представь, что стоишь перед императором. Если он поверит тебе, поверит вся страна. И что ты можешь