Легендарный Повар 2 - Гриша Гремлинов

Грумхильда, которая всё это время стояла у входа, согнувшись в три погибели, хмыкнула.

— Я, значит, тоже буду смотреть, — сказала она, беря Бекона на руки. — Мы, может, на этой кухне и развернёмся, но встать в полный рост я всё равно не смогу. Так что хоть Торку компанию составлю. Вдвоём ворчать веселее.

— Договорились, — кивнул я.

Орчиха, кряхтя, устроилась на низкой скамье у стены и тут же завела с Торком разговор о том, как тяжело работать в таких тесных помещениях, а гном, неожиданно для себя, подхватил тему, и вскоре они уже вдвоём обсуждали, что мало, кто думает о тех, кто ниже ростом.

Я же повернулся к Крегу и Бруму, которые уже собирали в стопки мытые горшочки.

— Отлично. Я собираюсь готовить мясо в горшочках. Блюдо сытное, как раз на двадцать голодных гномов.

Мои помощники озадаченно переглянулись. По их лицам пробежала тень сомнения, и я понял, что они уже успели обсудить между собой этот странный набор продуктов, который они же и подсунули. Сочетание, конечно, такое себе. Поэтому они и ждали, как я буду выкручиваться.

— Что, вот так, вместе? — спросил Крег, недоверчиво глядя на продукты. — Курица с огурцами?

— Именно, — ответил я, беря в руки первую тушку. — И не просто вместе, а так, что вы пальцы проглотите. А теперь за работу! Крег, ты будешь ответственным за курицу. Разделай каждую тушку — отдели мясо от костей и нарежь кубиками примерно в два пальца шириной. Кости не выбрасывай.

— Кости? — Крег удивился. — На бульон? Ты и суп будешь делать?

— Не суп, а бульон. Без него мясо получится сухим. А ты, Брум, берись за огурцы.

Оба гнома кивнули и принялись за дело. Гномы пока не понимали, что я задумал, но старались сделать все качественно. Сначала я поглядывал на их движения, но вскоре понял, что помощники мне достались толковые и они умели держать ножи. Нарезка у них выходила аккуратная, руки двигались уверенно. Значит, можно не опасаться подлости, ведь гномы готовили для себя и своих друзей.

— Ты что ж, Винтер, — раздался голос Торка из столовой, — курицу с огурцами тушить собрался? Где ж это видано?

— Увидите, — ответил я, даже не обернувшись.

— И сыр туда же? Плавленый? — в его голосе так и сквозило недоверие. — Да он же растечётся! Будет жирное месиво!

— Не будет, — спокойно сказал я, развязывая мешочек со специями. — Если сделать правильно, то не будет.

Я достал из своих запасов чёрный перец, сушёный тимьян и лавровый лист, потому что у гномов в запасах одна труха осталась. А вот вполне приличный чеснок нашёлся в коробке у моих ног.

— Брум, нарезанные огурцы сложи в миску, — я увидел, что он уже закончил. — Крег, как дорежешь, быстро обжарь куски на сильном огне вон на той сковороде. Если нет топлёного масла, бери сало.

— А сметана? — спросил Брум. — Куда её?

— Рано ещё. Её мы смешаем с плавленым сыром. Кстати, раз ты спросил, то натри сыр на тёрке или разомни руками. Добавь половину стакана воды и размешай до однородности.

Гномы работали быстро. Ножи мелькали, куски курицы падали на сковороду с громким шипением, и по кухне поплыл запах жареного мяса. Гномы, сидящие вокруг, зашёптывались, и я услышал обрывки фраз: «Курица с сыром?», «Да он рехнулся…», «Никогда такого не ели…».

— А я тебе говорю, не получится! — громко заявил вдруг Крег, отрываясь от сковороды. — Мы ж не в княжеском дворце, это тебе не…

— Получится, — отрезал я, не давая ему закончить. — Ты своё дело делай, а я буду делать своё. Если я сказал, что это будет вкусно, значит, будет вкусно. Понял?

Крег захлопнул рот и вернулся к сковороде, продолжая ворчать вполголоса. Брум же хмыкнул в бороду и промолчал.

Когда курица покрылась золотистой корочкой, я велел разложить мясо по горшочкам, добавить в каждый горсть солёных огурцов, залить сметанно-сырной смесью и долить бульоном, который уже успел свариться. Заполненные горшки я проверял лично, вливая в них немного маны. Потратил почти всю, и в интерфейсе теперь болтались сиротливые 5 единиц.

— Теперь в печь, — скомандовал я. — На средний жар, примерно на час. Крышками не накрывать — пусть сыр зарумянится.

Гномы расставили горшочки в печи и отошли, вытирая руки. Я же повернулся к оставшимся и обвёл кухню взглядом.

— Теперь уборка.

— Что? — Торк аж со скамьи привстал. — Какая уборка?

— Полноценная! — рыкнул я. — И обучение товарному соседству, чёрт вас дери. Вы посмотрите, как сами продукты портите. Сил смотреть нет на это безобразие.

Я подошёл к мешку с мукой, который стоял вплотную к бочке с соленьями, и указал на него.

— Мука впитывает влагу от солений. Видите пятна плесени? Вот это результат. Муку нужно держать в сухом месте, подальше от жидкостей. И травы над печью не вешают — они от жара и пара теряют силу. Лучше убрать их вон в тот шкаф, где темно и прохладно.

Крег и Брум удивлённо переглянулись, и в их глазах я заметил что-то новое. Не враждебность, не снисхождение, а уважение. Ведь это была их кухня, их вотчина, и теперь они выглядели виноватыми.

— А ты откуда знаешь? — спросил Брум.

— Это основы, — ответил я коротко.

Бекон, который всё это время сидел на скамье рядом с Грумхильдой, вдруг спрыгнул на пол, подошёл к дальнему углу, где стоял открытый мешок с чем-то, что я не успел проверить, и громко чихнул.

— Куда это твой кот полез⁈ — возмутился Торк. — Ему не место на кухне!

Я подошёл к Бекону и заглянул в мешок. Испорченная крупа, так и знал! Гномы хранили её в сырости, и теперь она годилась только на выброс.

— Даже кот понимает, что этот мешок следует выбросить, — сказал я. — И вы собирались этим кормить работников?

Гномы смущённо загудели, а Брум торопливо оттащил мешок в сторону, бормоча что-то о том, что «это не наше, это от старых запасов осталось».

Крег, который до этого молчал, подошёл ко мне и тихо сказал:

— Ты это, Винтер, того… не серчай. Мы должны были проверить тебя и притащили на кухню всё,